В поисках своей судьбы (СИ)

Шон.
В очередной раз Эланиэль поспешно приняла импульсивное решение следовать за чужаком. Не то, чтобы я не справился с этим выскочкой из допотопной планеты. Больше сыграло роль, что я хотел единолично владеть идеальным телом малышки, не делясь ни с кем. Красивая внутри неуемной харизмой, завораживающая плавными изгибами и формами, изюминкой в виде огненных кудряшек на сладком местечке, в которое я еще не успел зарыться и попробовать, - только моя. Одна мысль о недавнем соитии и я еще больше скрипел зубами от злости, что Алиф спутал мне все карты на продолжение с ней крышесносного мероприятия. Что мешало ему присоединиться к нам? Так уж и быть, в тот момент я готов был поделиться небольшим кусочком от девушки. Теперь же я угрюмо вызывал аэротакси, поскольку возле дома не осталось ни одного свободного флаера в распоряжении, в виду отсутствии семейки девушки. Да и девчонка лихо укатила перед моим носом на личном транспортном средстве, работающем на магнитной подушке. Пока я еще не нервничал, перебирая информацию, найденную Алифом, и удивлялся, как сам не распознал в нем основные черты мирмиков. Сейчас очень много полукровок со всех звездных систем, но я-то разведчик и мы проходили все опасные живущие и мертвые расы по истории. Самое страшное, что эти существа могли войти в доверие к абсолютно любому индивиду. Более того, я уже начал сомневаться, что встреча Алифа с Эланиэль была не случайной. А что: он явно выразился, что хочет заиметь наследников. У самки хорошая кровь и пойти на крайние меры он мог. Одно для меня было шокирующим до сих пор, что эти твари убивают после рождения матерей их детенышей. Я передернулся. Неужели Алиф действительно способен на такую подлость?
  
Глава 10
 
Эланиэль. 
- Доброе утро, Эланиэль, в чем я лично сомневаюсь, - проговорила я сама себе, вставая с обычной кровати. - Ивашка-простоквашка, чтоб тебя скрючило, - это чтобы не думать о грустном, я сана Яна Иванова обозвала так. Этим прозвищем я смогла приподнять себе капельку настроение, после того как очнулась опять в незнакомом для себя месте. Уже складывается какая-то неприятная и обидная закономерность или полоса невезения в этом месяце наступила. Процессор, то бишь голова, наконец, заработал, и я принялась ожесточенно анализировать ситуацию и искать выход из тупика. Так, осматриваюсь, один предмет мебели есть, остального: стола, стульев, душа, туалета, окон нет, а хотелось бы. Вентиляция тоже присутствует, но моя попа грустно вздохнула, глядя на ее размеры. Ну и заблокированную дверь я недовольно просверлила для приличия. Короче, ничего приметного. Можно сказать, нахожусь в однозвездочном миниотеле без удобств на берегу флуоресцирующего моря на обратной стороне Лунарии. Единственная исключительная достопримечательность. Только смотреть на него можно, а купаться нельзя, если не хочешь остаться без нормального кожного покрова. Тело окрасится яркими красками, впитываясь намертво, и будешь потом, как космическая чупакабра, светиться издалека. Очень любопытно, моему супругу такие же апартаменты достались как мне или чуть лучше?
Стоило только вспомнить, как обе личности появились на пороге открывающейся передо мной двери. Если Алиф непривычно улыбался оскалом, то маска на Ивашке снова ничего не выражала, словно была из воска. Ни одной эмоции. Миницикл я бросала на них соответствующие взгляды, пытаясь понять, какую сторону занял милый супруг.
- Вообще-то я за тебя переживала, - наконец я соизволила прервать эту гнетущую меня тишину.
На миксицикл заметила, как в его взгляде промелькнуло сожаление, и лицо опять приняло прежний вид.
- Да неужели? – запаясничал он. - А по доносившимся звукам за стеной я понял, что вам не до меня.
Упс, хотел смутить меня, так не получится, дорогой. Я всю жизнь чуть ли не считала дни до наступления этого долгожданного миницикла.
- Так кто тебе создавал препятствия? – насмешливо спросила. - Пристроился, если бы захотел.
Алиф засверкал глазами, недоверчиво и сердито, и открыл рот, чтобы что-то возразить, но его перебил сан.
 
- У вас будет еще время пообщаться, самка. Сейчас я тебе покажу твой временный дом.
Наверное, у меня на лице было написано выражение, как я вцепляюсь в белые космы этого самца и расцарапываю его невозмутимую рожу. Но благоразумно умолчав, последовала за ним.
- Молодец, самка. Покорность я люблю, - не оборачиваясь, дополнил он, а я про себя зарычала.
Через некоторое время мое терпение превысило максимальной отметки обозленности.
- Это рога бизона, - кивнул на следующий доисторический закаменелый полуметровый экспонат этот псих, слов не хватает, чтобы выразить рвущиеся наружу эмоции. Вместо того, чтобы махнуть рукой на общее строение дома и предложить хотя бы стакан воды, он принялся с упоением демонстрировать запрещенные реликвии истории, находящиеся под непроницаемым куполом. Дались ему эти кости, подумала я, представляя, как буду запихивать ему их в одно место. Алиф молча все это время находился позади нас, не комментируя и не цепляя меня словами. Может ему интересна была эта динозавровая белиберда, но я лично стала нарочно позевывать на всю эту показушность.
- Самка, я тебе не просто так показываю эти предметы, - наконец маска слетела и Ивашка обозлился. – Тронешь хоть одним мизинцем – останешься без него, - прошипел он.
Брр, я передернулась. Его зрачки на миг вытянулись, второе веко быстро заморгало, а на щеке проявилось несколько чешуек. Ух ты, мне захотелось отковырнуть пару пластинок с его кожи и я протянула руку. Сан брезгливо отшатнулся от меня, принимая первоначально-невозмутимый вид и разговаривая в обычном тоне:
- Дорогая, я думаю, прикосновения мы оставим на более позднее время, когда будем делать детенышей.
- Как неудобно, - замялась я, входя в роль наивной глупой самочки и моргая длиннющими ресницами, - а вас разве супруги не предупредили, что я нахожусь в положении?
Для пущей убедительности, положила руки на живот, нежно оглаживая и принимая задумчиво-мечтательное выражение лица. Накося, выкуси. А осматривать меня по закону имеет право только личный врач нашей семьи: дядя Антон. И если он хоть одним намеком подаст им, что я соврала, то я ему устрою веселую неспокойную жизнь.
- Это правда? – нахмурился сан, оглядывая меня с ног до головы. - Кто отец? – перевел он взгляд на Алифа. Тот в ответ лишь пожал плечами, и тут я поняла, что с мужем еще не все потеряно.
- Если от тебя детеныш, то мы его в любом случае оставим, - продолжил Иванов, разговаривая с Алифом. Я открыла рот, замирая космическим энергическим столбом. Как будто меня не берут в расклад, и я не нахожусь рядом с ними. – Сделаем тест. Если плод женского пола, то тоже сохраняем. В ином случае, исключаем, у нас уже перенаселение мужской части общества.
- Вы не имеет права, - взвизгнула я, переходя на ультразвук. А если бы я и в самом деле была в положении? – Жизнь детеныша бесценна. Вы разве не читали законов Великого писания?
- Сссамочка, уссспокойссся, - зашипел он и неожиданно изо рта показался его узкий раздвоенный язык, - ты очень громко шумишь. Еще один звук и я заклею лично тебе рот или на худой конец отрежу твое помело. Я САМ составлял этот закон, и я САМ решаю, что можно, а что нельзя для этой планеты.
Я недоверчиво посмотрела на этого моложавого старичка десятитысячелетней давности и захохотала. Ни на миг не испугалась его угроз, считая, что он решил меня просто-напросто запугать. Быстрее я вырву у него удлиненный язык и куда-нибудь намотаю.
Он сплюнул в негодовании в сторону, проклиная глупых куриц и добавил: - Алиф покажет тебе твою комнату, поговорим позже.
А вот выражение про куриц меня насторожило. Такие птицы у нас не водились, но я от мамы знала это значение крылатого оборота речи. С сомнением еще раз бросила взгляд на прямую спину удаляющегося Ивашки, гадая какие гены намешаны в этом полукровке и что за абсурд он нес, косвенно затрагивая смехотворный возраст. Свод законов Великого писания составлялся более десяти тысяч лет назад, когда произошла Великая Атомная война и погибла многообразная раса землян. Если бы сам сан Ян Иванов дожил до нашего времени с того момента, он бы выглядел как высушенная не сдвигаемая мумия, состоящая из костяшек и черепа и входящая в его коллекционную подборку окаменелых останков.