Бегущая могила (ЛП)

— Наши основные благотворительные проблемы, — продолжала улыбающаяся Бекка, — это бездомность, наркомания, изменение климата и социальное неблагополучие. Все эти проблемы, разумеется, взаимосвязаны и порождены капиталистическим, материалистическим обществом. На этой неделе вы присоединитесь к нашим усилиям, чтобы в буквальном смысле изменить мир. Возможно, вам покажется, что ваш вклад слишком мал, но мы учим, что каждый акт милосердия или щедрости, каждая минута времени, потраченная на улучшение мира или помощь другому человеку, обладает собственной духовной силой, которая, если ее использовать, может привести к почти чудесным преобразованиям.
— И эти изменения будут не просто внешними. Внутренние изменения происходят, когда мы посвящаем свою жизнь служению. Мы становимся такими, какими даже не мечтали быть. Я лично была свидетелем того, как люди входили в полную духовную силу, отбрасывали весь материализм, становились способными на необыкновенные поступки.
— По прибытии на ферму Чепмен вас разделяют на небольшие группы. Я могу обещать, что скучать вам не придется! Группы чередуют различные виды деятельности. Вы будете посещать храмы и лекции, а также мастерить предметы, которые мы продаем на благотворительные цели, и ухаживать за животными, которых мы содержим на ферме и которые являются частью нашего стремления к этичному земледелию и жизни в гармонии с природой. Возможно, вас даже попросят заняться приготовлением пищи и уборкой: эти простые действия доказывают приверженность нашей общине и стремление заботиться о наших братьях и сестрах в церкви.
— Итак, есть ли у кого-нибудь вопросы ко мне?
Полдюжины рук взметнулись в воздух.
— Да? — сказала Бекка, улыбаясь пухлой зеленоволосой девушке.
— Привет — эм — как быстро большинство людей становятся чистыми духом?
— Мне задают этот вопрос каждый раз! — сказала Бекка, и пассажиры рассмеялись вместе с ней. — Ладно, ответ таков: ответа нет. Я не буду вам врать: для большинства людей это занимает какое-то время, но есть люди, для которых это происходит быстро. Основатель церкви, которого мы называем Папа Джей — но он исключительный человек — проявил признаки чистого духом в возрасте тринадцати или четырнадцати лет. Хотя, если вы читали “Ответ”, то знаете, что он еще не понимал, почему может делать то, что большинство людей не могут. Да? — обратилась она к светловолосой девушке, сидевшей рядом с первой вопрошающей.
— Мы можем выбирать группы?
— Боюсь, что нет, — любезно сказала Бекка. — Мы хотим, чтобы во время ретрита у каждого из вас был наилучший индивидуальный опыт, поэтому мы стараемся распределить людей, которые знают друг друга, по разным группам.
Робин увидела, как девочки-подростки ошарашенно переглянулись между собой, а Бекка продолжила,
— Не волнуйтесь, вы все равно будете видеться! Ночью вы будете жить в одном общежитии. Но мы хотим, чтобы у вас был индивидуальный опыт, который вы сможете переработать по-своему… да? — сказала она, обращаясь к профессору Уолтеру.
— Если у нас есть особые навыки, которые могут быть полезны церкви, должны ли мы заявить об этом? Чтобы быть более полезными?
— Это замечательный вопрос, — сказала Бекка. — У нас в церкви есть очень одаренные люди — я говорю о художниках, врачах, ученых, — которые поначалу берутся за то, что в материалистическом мире считалось бы довольно рутинной работой, понимая, что это шаг к просветлению. При этом мы проводим оценку отдельных членов церкви после завершения того, что мы называем служением, с тем, чтобы поставить их на то место, где они смогут наилучшим образом послужить церкви и ее широкой миссии.
— Да, господин в очках?
— Что вы скажете тем, кто утверждает, что ВГЦ — это секта? — спросил Амандип.
Бекка рассмеялась. Робин не заметила и доли секунды замешательства.
— Я бы сказала, что церковь, безусловно, привлекает к себе негативное внимание. Вопрос, который мы должны задать, — почему? Мы ратуем за равенство рас, мы хотим перераспределения богатства. Я просто скажу: судите сами, по прошествии недели. Не позволяйте средствам массовой информации или людям, заинтересованным в сохранении статус-кво, говорить вам, что такое правда. Вы стоите на пороге того, чтобы увидеть истину, которая, честно говоря, поразит вас. Я видела это сотни раз. Скептики приходят из любопытства. Некоторые из них активно враждебны, но они не могут поверить, когда видят, кто мы на самом деле… да?
 
— Будет ли папа Джей на ферме Чепмена, когда мы приедем?
Вопрошающей оказалась женщина средних лет с рыжими волосами, как будто выкрашенными в домашних условиях, и в больших круглых очках.
— Вы Марион, не так ли? — сказала Бекка, и собеседница кивнула. — Папа Джей перемещается между нашими храмами и центрами, но я думаю, что на этой неделе он заедет на ферму Чепмен, да.
— О! — вздохнула Марион, сжимая руки, словно в молитве.
 Глава 24 
Темная сила обладает красотой, но скрывает ее. Таким же должен быть человек, поступающий на службу к царю.
И-Цзин или Книга Перемен
Микроавтобус проехал через Норвич и прибыл в сельскую местность. Через полчаса езды по дорожкам, окаймленным живыми изгородями, Робин наконец увидела указатель на узкую, обсаженную деревьями дорогу под названием “Львиная Пасть”. Робин, запомнившая карту с пометками субподрядчиков, заметила справа на деревьях незаметно расположенные камеры.
Вскоре после въезда на Львиную Пасть они свернули на хорошо ухоженную трассу. При подъезде микроавтобуса открылись электрические ворота. Автобус проехал по короткому проезду до парковки, на которой уже стояли два одинаковых микроавтобуса. Впереди возвышалось длинное одноэтажное здание из светлого кирпича, которое, несмотря на готические окна, казалось недавно построенным, а вдали, на горизонте за фермой, Робин заметила высокую круглую башню, похожую на ладью шахматного гиганта.
Пассажиры высаживались из автобуса, неся свои рюкзаки и сумки. Бекка провела их внутрь, где они оказались в помещении, напоминающем раздевалку престижного тренажерного зала. Напротив двери находилась стена со шкафчиками. Справа находилась стойка, за которой стояла улыбающаяся чернокожая женщина с длинными косами, одетая в оранжевый спортивный костюм. С левой стороны располагался ряд кабинок для переодевания.
— Так, все! — сказала Бекка. — Постройтесь здесь, чтобы получить свои спортивные костюмы от Хэтти!
— Так, все, слушайте, пожалуйста!. — сказала дежурная, хлопая в ладоши. — Когда я выдам вам спортивный костюм, обувь, пижаму, сумку и ключ от шкафчика, вы переодеваетесь в кабинке. Положите непромокаемый плащ, белье и пижаму в сумку ВГЦ. Затем положите свою дневную одежду, украшения, телефоны, деньги, кредитные карты и т.д. в сумку, которую вы взяли с собой, и положите ее в шкафчик! Я попрошу вас расписаться на чеке, чтобы показать, какой шкафчик ваш, и вы вернете мне ключ.
Робин встала в очередь и вскоре, захватив белую хлопчатобумажную пижаму, слегка поношенные кроссовки, оранжевый спортивный костюм среднего размера и сумку из мешковины с логотипом церкви, прошла в кабинку и переоделась.
Надев спортивный костюм и кроссовки, запихнув пижаму, нижнее белье и плащ в сумку из мешковины, Робин положила в шкафчик свою сумку — кредитных карт она не взяла, так как все они были оформлены на имя Робин Эллакотт, только кошелек с наличными — отдала ключ женщине с косами и расписалась в том, что ее вещи находятся в шкафчике № 29.
Служащая проверила содержимое сумки Робин и кивком головы указала ей сесть на скамейку к тем, кто уже переоделся.
Светловолосая девочка-подросток теперь со слезами на глазах спрашивала, почему Хэтти хочет, чтобы она сняла многочисленные серьги и обручи с ее ушей и носа.
— Это было четко прописано в твоей брошюре, — спокойно сказала служащая, — никаких украшений. Там все черным по белому написано, дорогая. Просто положи их в шкафчик.