Леонард и Голодный Пол

Однако проблема для Леонарда состояла еще и в том, что римляне были драчунами. Четыреста лет они задирались, лезли с войной ко всем вокруг и были уничтожены, только когда пришли более сильные драчуны — готы и вандалы. У ребенка эта история вызывает вопросы. Он приучен думать, что победа драчуна недолговечна, а его падение стремительно и неотвратимо. Истинные же исторические свидетельства, к сожалению, предоставляют мало примеров справедливого возмездия.
Не имея никаких свежих идей, Леонард снял свои шумозащитные / общественно-изолирующие наушники и пошел на небольшую кухоньку выпить чашку чая в промежутке между завтраком и обедом, хотя ему было неприятно неловкое ожидание перед закипающим чайником с перспективой бессмысленных разговоров с присоединившимися коллегами.
Он проверил мобильник и увидел, что у него пропущенный звонок с личного номера, который наверняка был домашним номером Голодного Пола. Голодный Пол мобильником не обзавелся и часто посылал другу эпические голосовые сообщения, разорванные на несколько частей, что временами напоминало радиопьесу с участием одного актера.
 
Леонард, привет. Похоже, что в мире, где люди вступили в соревнование с цифрами, цифры побеждают.
 
Первая фраза Голодного Пола звучала загадочно и афористично, как у начинающего романиста.
 
Обычно я предпочитаю говорить на деликатные темы с глазу на глаз, но, думаю, лучше послать тебе голосовое сообщение, чем ждать, пока мы снова увидимся.
 
Леонард отметил всегда безупречные манеры Голодного Пола.
 
Мама и Грейс обсудили все связанные со свадьбой вопросы — пространно и детально. Так вот, дело в том, что возникла проблема с цифрами. Я хочу сказать, что на свадьбу приглашены «человек сто», как они мне сообщили, хотя я не понимаю… [бип-бип].
 
Леонарду было не привыкать, что предложения Голодного Пола заканчивались в следующем сообщении: он использовал многосерийный формат.
 
Прошу прощения, нужно научиться говорить быстро. Надеюсь, ты не сочтешь меня бесцеремонным.
 
Последнее слово Голодный Пол проговорил почти по слогам, завершив тем самым долгий период в жизни, когда предпочитал проглатывать буквы.
 
Сто — это значит по пятьдесят с каждой стороны, со стороны жениха и со стороны невесты, то есть фактически по двадцать пять — плюс у каждого муж, жена, друг или подружка. Если те, кто проходит по внешней семейной орбите, вполне могут явиться без сопровождения, они, а точнее, мы — меня специально попросили подчеркнуть, что «мы», — должны сделать все, чтобы цифры, если можно так выразиться, сыграли свою положительную роль [бип-бип].
 
Пока загружалось следующее голосовое сообщение, Леонард подготовился к понижению своего статуса до уровня приглашенных только на банкет после обряда венчания, а это означало, что он пропустит всю самую привлекательную часть свадьбы и явится лишь на более позднее, пьяное торжество, которое восторга не вызывало. И едва ли у него будет возможность соответственно понизить качество подарка новобрачным, иначе может создаться впечатление, что он обиделся.
 
Поэтому я — или мы решили узнать, есть ли у тебя какие-нибудь мысли по поводу того, с кем ты придешь. Я, видишь ли, уже заявил, что в упомянутый вечер буду один по причине стечения различных обстоятельств, и если ты в таком же положении, то, возможно, мы могли бы считаться «парой», тем самым освободив два места, которые, я уверен, пригодятся гостям, без которых вся свадьба будет, как сказала, кажется, Грейс, «ужатая». При данных обстоятельствах и учитывая, что Грейс никогда меня ни о чем не просила, я склонен пойти ей навстречу. Поэтому, может, ты обдумаешь мое предложение и позвонишь, когда появится возможность? Не хочу, чтобы ты подумал… [бип-бип].
 
Новых сообщений не было.
Леонарду было легко принять такое минус-решение. Он уже давно не составлял ни с кем «пару». На самом деле в последнее время он был решительно не в себе, так что скорее служил примером «непарности». И то, что его понизили до одного из «пары», выглядело всего лишь формальностью.
 
Леонард перезвонил, и трубку взяла Хелен, несколько смущенная всей этой историей, но не пытавшаяся отговорить его от согласия образовать «пару» с Голодным Полом.
— Главное, чтоб мне не пришлось надевать платье и танцевать с ним, а то ведь никогда не знаешь… Мог бы стать вашей новой невесткой! — подхватил Леонард.
— Спасибо за понимание, Леонард. Мы не знали, как тебе это предложить. Я рада, что ты не обиделся.
— Нет, конечно, совсем нет. Мои лучшие пожелания Грейс — надеюсь, она не очень волнуется. Мы все за нее переживаем.
Леонард повесил трубку и скинул маску непринужденной веселости. Стоя на кухоньке, он чувствовал, как искренняя неловкость Хелен вернула его к мыслям о доме. Приглашение «на двоих», полученное несколько недель назад, наверняка подразумевало его бедную маму. На мгновение эта мысль немного выбила его из колеи, но тут в кухню вошел человек в летних хлопчатобумажных брюках чинос и недовольно хмыкнул при виде невысохших кружек. Леонард заторопился к шумозащитным наушникам, убрал чайную коробку и прекратил размешивать ложечкой свой чай с молоком, равно как и будоражить свое почти физически ощутимое одиночество.
  
Глава 4
 
Грейс
 
Лучше всего отношения между Грейс и Голодным Полом демонстрирует происшествие, случившееся, когда Голодный Пол, тогда еще маленький мальчик, получил в подарок ко дню рождения пять фунтов. Он сунул пятерку в странный карман в кармане, который всегда делают в джинсах, — узенькую, непрактичную деталь, где хорошо если поместится один палец. Грейс, которая была на три года старше, повела брата по магазинам, чтобы потратить деньги на комиксы и сладости, битком набитые стабилизаторами. По дороге Голодный Пол заметил соседского мальчишку, вероятно одного из любителей погонять в футбол, который обычно или в упор не видел Голодного Пола, или выкидывал что-нибудь похуже, и подозвал его, чтобы наконец показать ему кое-что стоящее. Выуживая пятифунтовую бумажку из этого нелепого карманчика, Голодный Пол нечаянно разорвал ее пополам. Мальчишка презрительно хмыкнул, пнул ногой мяч и побежал за ним под горку, а Голодный Пол замер на месте, смущенный и расстроенный. Прежде чем он успел осознать очередное унижение, Грейс сунула ему новенькую пятерку и забрала старую, рваную. И Голодный Пол побежал вдогонку за мальчишкой, обрадовавшись, но забыв поблагодарить Грейс, а та помчалась следом, потому что боялась, что братик выскочит на дорогу, не поглядев по сторонам.
Как все старшие дети, Грейс какое-то время была единственным ребенком и нежилась в теплых лучах ни с кем не разделенной родительской заботы, но, когда Голодного Пола принесли домой из больницы, с некоторой задержкой из-за анализов, она встретила его с искренним энтузиазмом старшей сестренки. Когда он начал ходить, Грейс уже была достаточно взрослой, чтобы помогать присматривать за ним — по мелочам, без назиданий, что, как правило, означало спасать его от самого себя, поскольку Голодный Пол был из тех мальчиков, которые вечно суют пальцы в дверные петли, пропихивают голову между прутьев решетки и глотают жевательные мармеладки, не жуя.
В начальной школе Грейс училась хорошо и усердно, поведением отличалась примерным — чего и следует ожидать от дочки учительницы, хотя природное обаяние и веселость в значительной степени оберегали ее от «подводных камней» этой роли. Но ее жизнь не была легкой. В первые школьные годы Грейс дружила с нежным, впечатлительным мальчиком по имени Фредерик, который придумывал фантастические игры и восторженно-вдохновенно лопотал что-то о динозаврах и космосе. (Он заявлял, что людям не надо летать в космос, потому что мы и так в нем живем: «Где, по-твоему, находится Земля, дурашка?») Через пару лет Фредерик перешел в другую школу, хотя его родители никуда не переезжали. Грейс почувствовала себя брошенной. Что еще хуже — все ребята в классе давно успели разделиться на группки, а она осталась без друга. Грейс начала бояться обеденного перерыва и старалась как можно дольше жевать свой сэндвич и сладкий кекс, чтобы меньше времени проводить в одиночестве на школьном дворе. Нетрудно понять, почему теперь она ест медленнее всех домашних, — такие люди в семьях не редкость.