Кольцо с топазом (СИ)

— Ой, кажется, теперь ваша очередь на проверку содержимого багажа, — проговорила Люда, положив визитку в боковой карман маленькой сумочки.
— Да! Боюсь, мне пора поторопиться, — ответил итальянец, глядя Людмиле в глаза.
— Arrivederci, signorina Lyudmila. E stato un piacere conoscerti (До свидания, мисс Людмила. Приятно с Вами познакомиться).
— Людмила в ответ улыбнулась и развела недоуменно руками. Если первую часть фразы она еще как-то поняла, то со второй частью были явные проблемы.
— Простите, я забыл, что вы не понимаете итальянского. Я сказал вам «До свидания, синьорина Людмила. Приятно было с вами познакомиться».
— Ciao, — засмеялась в ответ Люда. Это все, что я знаю по-итальянски.
— Я могу вас научить, если захотите, — прокричал мужчина, подарив Людмиле на прощание лукавую улыбку, — До встречи на Майорке. Я буду ждать вашего звонка, сеньорита Людмила!
Обернувшись Людмила увидела гневный взгляд Магомеда, он смотрел на нее так, словно хотел сжечь ее до тла.
Аверина засмеялась и показала парню язык.
«Не по зубам я тебе котик, так и знай, не по зубам»
  
Глава 36
 
Марио Джентиле присутствовал при распаковке своего багажа. В эти минуты он никак не мог понять, чего хотят от него эти немцы, которые во второй раз объясняли ему цель повторного досмотра, из-за чего у Марио сильно разболелась голова, и вконец испортилось настроение.
— Цель вашей поездки? — задал свой стандартный вопрос служащий таможни, просматривая документы Джентиле.
— Командировка по работе. Я внештатный фотокорреспондент нескольких крупных изданий. Прошу вас, аккуратнее с объективами, не повредите, пожалуйста. Эти линзы очень дорогие, без них невозможна качественная профессиональная фотосъемка.
— Не нужно переживать, — обратился к нему высокий флегматичный немец с аккуратной стрижкой, который длинными пальцами ощупывал и перекладывал вещи Джентиле, если у вас нет ничего противозаконного, вам не о чем волноваться.
Таможенник извлёк из недр сумки небольшую картину с изображением Венеции и отдал в руки своему придирчивому напарнику. Мужчина с бейджем, на котором значилось имя Генрих Шульц, покрутил картину, а потом постучал по деревянной раме. Поскреб ногтем и хотел уже равнодушно отложить в сторону сувенир, но, взглянув на пассажира, решил продолжить досмотр с пристрастием.
Джентиле судорожно комкал носовой платок и протирал в сотый раз желтые солнечные очки. Очки были абсолютно бесполезной вещью в здании аэропорта, но мужчина одел их на нос и словно загородился от вьедливых таможенников и их вопросов.
— Могу я узнать, что это за картина? Вам известно, что исторические ценности, драгоценности, антиквариат запрещены к вывозу из Германии, а предметы старше ста лет должны вывозиться по специальному разрешению.
— Позвольте, но это всего лишь небольшой сувенир, подарок моему другу, он любит живопись. Это Венеция, правда, красиво? Вы знаете, что такое Венеция для итальянца! Я купил эту картину в одном магазине на улице… Оу, я позабыл, эти ваши немецкие названия, у вас очень сложный язык, а впрочем, вот чек на покупку. Хорошо, что я его сохранил, а не выбросил. посмотрите пожалуйста сами.
Марио протянул таможеннику бумаги, подтверждающие покупку картины.
«Ох, уж эти немцы. До чего же разный у нас с ними менталитет. Нужно срочно что-нибудь предпринять», — думал Джентиле. Внезапно от нервного перенапряжения на него накатило безудержное веселье, и он мгновенно нашел оригинальное решение проблемы.
— Скажите, пожалуйста, герр офицер, вы коренной немец или приезжий, вы давно проживаете во Франкфурте?
— Я родился и вырос в Германии, — гордо ответил мужчина в форме с бейджиком на груди. с именем Генрих Шульц.
— Оу, тогда вы точно должны знать. Дело в том, что меня мучают три важных вопроса, прошу вас, дайте мне на них ответ, — с серьезным видом произнес Марио.
— Да, слушаю вас, — медленно и степенно ответил немецкий служащий.
— Правда, что в Германии, вы недолюбливаете страстных любовников. Штраф за шум во время секса составляет около €15. За повторное нарушение придется заплатить €250.
 
— У немецкого служащего вытянулось лицо, но ему ничего не оставалось, как кивнуть.
— Ну надо же, — воскликнул Марио, а я все надеялся, что это шутка. Теперь не знаю, что мне сказать моей невесте, она так любит кричать во время секса.
— Нет, это абсолютная правда, — смущенно проговорил таможенник.
— А еще скажите, у вас можно водить машину в голом виде, но выходить из нее нельзя категорически. Предусмотрен штраф в размере €40.
И опять служащий согласно кивнул, покраснев до корней волос
— И как часто у вас люди ездят голыми? Я бы хотел на это посмотреть, у вас есть для этого специальные улицы?
Офицер, просматривая вещи Джентиле, нахмурился и сказал:
— Да действительно у нас есть ряд странных законов. Например, один из них гласит, что во время нападения ответный удар можно нанести только в течение секунды. Если удар был нанесен позже, и в суде это докажут, не поздоровится уже самой жертве. Вы ведь, итальянцы, такие темпераментные. Я считаю своим долгом вас предупредить об этом.
— Большое спасибо за заботу, герр офицер.
— Я вам больше скажу, подушка в Германии считается «пассивным оружием». Поэтому, прежде чем кого-то ударить подушкой, подумайте, нужны ли вам эти проблемы.
— Еще раз спасибо, — еле сдерживая смех, Джентиле, поблагодарил служащего таможни.
«У них не только с законами, у них и с юмором большие проблемы».
***
Генрих Шульц заступил на свое дневное дежурство, сегодня он в смене с Эриком Зингером.
Какой же забавный это итальянец, все время жестикулировал руками и говорил так громко, что захотелось найти у него кнопку и прикрутить звук. Интересно, если связать ему руки, тогда, наверное, он вообще не сможет говорить. Я хотел бы это проверить!
Перебирая вещи итальянца, таможенник думал о том, что благополучие Германии зависит от таких людей как он — Генрих Шульц, добропорядочных и законопослушных граждан. Как неприятны эти беспорядки во Франкфурте, почему власти не предпримут радикальные действия. Почему терпят поджоги, грабежи и оскорбления властей и порядка в целом.
Что он должен искать, Генрих на знал, поэтому ориентировался исключительно на свою интуицию, да цепко смотрел в глаза пассажирам. Обычно те начинали нервничать, если Шульц прикасался к тому, что не было заявлено в декларации или не подлежало вывозу из Германии. В последнее время нарушения участились.
Его шеф (не зря его прозвал «хитрый лис») попросил быть особенно внимательным в течение ближайших двух недель. В Пальма-де-Майорка должен проходить благотворительный аукцион, и поэтому ожидается наплыв туристов, разного рода коллекционеров и просто праздношатающихся путешественников, желающих посетить аукцион. Во всем этом многообразии нужно искать людей, намеренно нарушающих таможенные правила о ввозе и вывозе товаров.
Находки у Шульца были, но не те, что хотелось бы. Одна дамочка не задекларировала драгоценности, сославшись на свою девичью память.
Не заметив ничего противозаконного в багаже итальянца, Генрих закончил досмотр вещей и приступил к следующему чемодану.
***
Марио выдохнул, когда ему разрешили сложить сумку. Кажется пронесло. Теперь хранителем станет человек из России. Марио надеялся, что быстро наладит контакт с ним, тем более что его кандидатуру рекомендовали несколько влиятельных лиц из фонда «Культурное достояние нации». Джентиле осталось дождаться дополнительного рейса и покинуть эту негостеприимную Германию. А там уж на Майорке он придумает, как ему попасть на аукцион, чтобы встретиться с русским.