Дионисов. За власть и богатство! - II (СИ)
Внутри здания охранник в углу, видимо, незнакомый со мной, тут же направил на меня револьвер. А ещё пара мужиков изрядно напряглись и потянулись к кобурам. У меня руки были заняты пакетами, поэтому я просто молча продемонстрировал их, и этого оказалось достаточно.
— Стой, стой. Сейчас открою.
Наш сопровождающий открыл дверь, за ней был коридор. В конце коридора ещё одна потайная дверь с электронным замком — экая невидаль в этой глуши! А за ней — крутая, тускло освещённая лестница вниз.
Разумеется. Подвалы. Подземелье. Ох, у меня аж волосы на загривке зашевелились — вот так вот накатили воспоминания из прошлой жизни. Сколько подобных мутных местечек я повидал, когда только начинал строить свой бизнес! Одновременно и приятно, и жутковато вспоминать.
А вообще — я прекрасно понимал, что могу оказаться в ловушке. Либо — что в таком вот подземелье пойло запросто могут отобрать. Подобные сделки в приличном обществе обычно осуществляются на независимой территории, но я решил рискнуть. По крайней мере — так будет быстрее и проще. Да и из общего объёма сундука это чуть меньше четверти по итогу.
Лестница закончилась дверью с просмотровым окном.
— Свои! — сказал сопровождающий.
Предпоследняя на моём пути дверь со скрипом открылась и тут же захлопнулась. За ней была небольшая прихожая с диванчиками, на котором сидел дедок — морщинистый, но крепкий, боевой, похожий чем-то на Макшейна.
Нечто среднее между вахтёром, секретарём и вышибалой.
— А-а… это… тот самый?.. — он уткнулся носом в блокнот. — Ага, ага… постой, это же не тот!
Меня и Станислава крепко схватили под руки. Я успел вывернуться, по ходу филигранно положить один из пакетов на пол и уже потянулся к дробовику, как вторая бронированная дверь открылась.
Её открыл Всеволод Вторников — и он, внезапно, был неотразим. Ядовито-красный пиджак, галстук-бабочка, рубашка почти что без пятен, даже свои патлы «электрические» причесал.
На его лице застыла натужная беззубая улыбка, но вдруг увидев меня, он поменялся в лице.
— Ты кого мне пл-ливёл⁈ — зыркнул он на подручного. — Это ж… мать его… этот…
— От князя это… княжеский… этот… Волкодав.
— Во! Де Онисов это, мать его! Зачем ты его пл-ливёл! Я не его ждал! Куда я его сейчас дену!
— Меня не надо девать, — возмутился я. — И мать мою покойную вспоминать не стоило. И пришёл я сам. С товаром. Я могу уйти, но ты потеряешь в деньгах.
И показал пакеты. Вторников вперил в меня свои гляделки, подуспокоился и сказал:
— Плоходи… Позже! Александл же звать? А где твоя девица? Почему без неё?
— Не думаю, что она захотела бы, учитывая, как ты с ней обращаешься. И у нас исключительно деловое мероприятие.
— У меня тоже!
— Ты хочешь, чтобы мы вышли? Мы уйдëм, но потом уже не вернëмся.
— Ладно, сядь вон туда… Надеюсь, тебе есть, чего показать. Я жду очень, очень сел-льёзных гостей.
Надо отдать ему должное, нас не выпроводили и не стали прятать. Видимо, жажда наживы оказалась сильнее даже риска перед важным покупателем. И почти синхронно с лестницы крикнули:
— Идут! Приехали!
Тут же началась полнейшая суета. Нас со Станиславом провели и предложили диван где-то в углу просторной залы с приглушённым светом. По центру стоял приличного размера стол для переговоров, вполне себе офисного стиля, на котором раскладывались закуски, крохотные рюмки, столь же крохотные пузырьки, а по стенам…
По стенам располагались полки и шкафчики с бутылками. Разными, большими, маленьким, старыми, с пожухлыми этикетками, новыми…
Серьёзный бизнес. Наверняка он приносит Вторникову куда больше, чем подержанные машины.
Пока я размышлял над этом, двери снова открылись. Сперва в зал ввалилось двое бугаев в очень, очень дорогих пиджаках — я уже наблюдал таких. Один тут же заметил и недобро зыркнул на нас, а я кивнул, мол, всё так и должно быть. Следом — вошла высокая стройная фигура в плаще с капюшоном. Следом — двое местных «механиков».
Вторников глубоко и как-то даже по-низоблюдски поклонился. Потом поймал мой взгляд и коротким жестом показал, мол, «встань».
— Ваше Сиятельство, — произнёс Вторников, а за ним повторили остальные в зале.
Высокая фигура откинула капюшон, и я понял, что встать всё-таки будет правильным.
Потому что я имел честь находиться в одном зале с княжной Югопольской Марьяной Кирилловной Белой.
— Э-э, Ваше Сиятельство, — Вторников тут же залебезил. — Простите, простите, произошла небольшая накладка, у нас сегодня целое столпотворение, слишком много людей…
Тут княжна Марьяна обратила на меня внимание.
— О, Александрэ! Вы тоже здесь. А я-то думаю — какой-то очень знакомый зверёк охраняет мотоцикл у входа.
— Ваше Сиятельство, — я поцеловал небрежно протянутую руку, Станислав следом тоже поднялся. — Как, кстати, успешно охраняет?
— О, очень успешно! Там толпа джентльменов его фотографирует. Я бы тоже, на память, но я тут инкогнито, как видите. А вы здесь как гость или как поставщик?
— И то, и другое.
Я указал на пакеты, а затем поймал настороженный и недовольный взгляд Вторникова.
— Ваше Сиятельство, прошу, вот… наш товар, — несколько настойчивее, чем нужно, сказал Вторников.
— Я сама решу, когда мне закончить общение с Александром! — вдруг чуть не взвизгнула Марьяна и повернулась ко мне. — Вы же будете на новогоднем балу?
— Непременно, — кивнул я. — Если только не вылезет снова какая-нибудь тварь из западных урочищ и не застанут дела охотничьи.
— Никаких дел! Вы обещали крутить меня в танце! — капризно заявила княжна Марьяна и словно только тут заметила Станислава. — А ваш… друг хорошо танцует?
— О, нет, нет, мне медведь на лапу наступил, — покачал головой Станислав.
Вот и дурак, подумалось мне. Упустил шанс для такого серьёзного социального лифта. Но я, всё-таки, дал ему шанс.
— Станислав — очень талантливый хирург. С опытом полевой медицины.
— Да нет, не думаю, что я сильно талантлив, так… — Станислав продолжил себя закапывать. — Документы об образовании все остались на родине…
Я наступил ему на ногу. Но Марьяну, видимо, врач тоже заинтересовал.
— Вы же живёте в Номоконовском графстве? Лаура? Кажется, в Номоконовске был нужен доктор. А про документы…
— Станислав будет очень благодарен, княжна, — успел сказать я, прежде чем Штирц успел наговорить жути. — А теперь я не смею вас отвлекать от ваших… сделок.
Княжна кивнула, сверкнув медовым оком под светом тусклых ламп, вернулась ко столу, где Вторников уже стоял явно в негодующей позе.
— Вот, Ваше Сиятельство, смотрите, мы нашли практически всё…
— О… оквитанский коньяк… Я думала, что Замойские снова всё скупили…
Мы вернулись на диван, а я сказал Станиславу вполголоса.
— У меня к тебе будет серьёзный разговор.
— Что ты имеешь в виду? — напрягся он.
— Мне очень стрёмно было наблюдать, как ты мешаешь своей же карьере. Тебе нужно тренировать ораторское мастерство и прокачивать уверенность в себе. Как минимум, ради сестры.
— Я достаточно уверен в себе, — ощетинился Станислав.
— После.
Я прислушался к диалогу. На столе уже звенели бутылки о крохотные рюмки. Как я понял, это была не просто закупка — закупка именно для того самого бала, который планировался у княгини.
— А текила? Так и не появилась? — поймал я реплику княгини. — Я смотрела у ваших конкурентов, там тоже нет.
— Нет, к сожалению. Единственная бутылка в княжестве уплыла пару недель назад с кораблём корсаров. Мои соглядатаи узнавали и в Речном, и в Белом Береге. И в ближайшие месяцы точно предвидится. Хотя ребятки мои делают всё возможное, чтобы…
— Не единственная, — несколько бесцеремонно вклинился я в диалог.
Встал с дивана и достал «Ацтлан» из пакета.
— Ба! — воскликнула Марьяна. — Это же… серьёзно⁈ Тот самый сантьягский «Ацтлан»! Откуда он у вас?
Я взглянул на Станислава.
— Небольшой запас из кладовых Сокровенной долины.