Жидкий пепел (ЛП)
Я зашла в душ и почувствовала, как мое тело напряглось, когда холодная вода ударила по коже.
Сдвинув занавеску, чтобы закрыться ею, я сделала глубокий вдох и, закрыв глаза, попыталась расслабиться, когда вода стала теплой.
Образ улыбающегося Дерека из моих грез мелькал даже под закрытыми веками. Я зажмурилась сильнее, нахмурив брови, сражаясь с агонией, атакующей мое сердце. Но это было бесполезно. Задыхаясь, я, наконец, позволила себе ощутить ее — и это было чертовски больно. Обхватив себя руками, я наклонилась вперед и начала рыдать. Боль была такой сильной, словно поток из обжигающих ножей прокручивался сквозь мою грудь, конечности, внутренности и мою жизнь.
Ноги ослабли и, чтобы удержать себя, я уперлась рукой в холодную стену. Слезы смешались с водой, моя грудь вздымалась от частого дыхания, будто замыкая сердце в тиски.
Я потеряла все — своего лучшего друга, любовника, мужа… все. Я рискнула всем ради него — ради любви — и сейчас расплачивалась за это.
Я опустилась, и голая села на холодный жесткий пол, пока вода била по мне, растворяя мои силы. Я даже не заметила, когда Дерек залез в душ, только почувствовала, как он обхватил меня своими сильными руками. Он баюкал меня на своих коленях, пока я оплакивала человека, которого потеряла, того, кем он когда-то был. Монстр, который разорвал меня на кусочки, пытался собрать меня обратно.
— Мне так жаль, детка. Я люблю тебя. Господи, как же сильно я люблю тебя, — пробормотал он, начиная укачивать меня.
Его слова разожгли искру, и я ударила его в грудь, его твердые мышцы легко поглощали удары.
— Я ненавижу тебя! Не трогай меня! Не смей прикасаться ко мне! — сопли и слезы капали с моего лица, когда я пыталась прикончить его своими руками. Дерек обхватил ладонями мои запястья, а я вырывалась изо всех сил, пинаясь ногами и скользя по мокрому полу.
— Тише. Пенелопа, остановись.
Я не остановилась. Мои руки горели из-за того, что я продолжала бороться, а он только сжимал свою хватку на моих запястьях. Затем Дерек поднялся и обернул мои руки вокруг меня самой, будто смирительной рубашкой, словно я была сумасшедшей. Это он сделал меня такой.
Это было бесполезно. Он был очень силен, а я слишком сломлена. Я опустила голову и зарыдала, у меня больше не было сил бороться.
— Все будет в порядке, детка. Мы справимся с этим. Вот увидишь.
* * *Я добралась до последней таблетки «Ксанакса».
Ладно. Мне нужно бросать.
Закинув таблетку в рот, я запила ее небольшим количеством воды. Выбрасывая пустую баночку в мусорный контейнер, я понимала, что хочу больше. Ломка от «Ксанакса», как я слышала, была ужасной. Я принимала его только в течение месяца, и до телефонного разговора Дерека не было такого, чтобы я курила травку и так сильно напивалась — но я знала, что должна остановиться.
Когда я вышла из ванной, Дерек одевался в свою униформу — или камуфляж, как он называл ее. Он заправлял майку в штаны, когда поднял свой взгляд на меня. Я потуже затянула халат вокруг талии.
— У меня дежурство сегодня. Ты в порядке?
Сжав зубы, я кивнула и отвела взгляд. Я ненавидела то, что он видел меня такой — такой слабой.
Я чувствовала, как Дерек смотрел на меня, пока застегивал ремень вокруг своей узкой талии. Пытаясь игнорировать его, я подошла к комоду и начала вытаскивать какую-то одежду.
— У тебя есть какие-нибудь планы на сегодня?
Я усмехнулась и покачала головой, бросая свою одежду на кровать. Он действительно думает, что один срыв — это все, что требуется для того, чтобы двигаться дальше?
— Что? — спросил он. В его голос добавился гнев.
— Прекрати делать вид, что все прекрасно, Дерек.
Он стиснул зубы и сел на край кровати, начав надевать ботинки. Я стояла на месте и наблюдала за ним. Мой взгляд был устремлен в его широкую спину, пока он завязывал шнурки. «Ксанакс» начинал действовать.
— Перестань вести себя так, словно настал конец света, Пенелопа. Веришь или нет, но жизнь продолжается. Мы собираемся по кусочкам и продолжаем путь. Я стараюсь изо всех сил быть здесь ради тебя. Я сказал, что сожалею. Но ты тоже уже не та, что раньше, ты изменилась. Ты не можешь сваливать все на меня.
Я чувствовала, как нечто раскаленное, распространяясь через мою грудь, превращает гнев в ярость.
— Пошел ты. Я хочу развод.
Шея Дерека напряглась, и он оглянулся на меня через плечо, заканчивая заправлять штаны в ботинки. Он поднялся, и рост добавил угрозы его словам.
— Ты ведь несерьезно.
Я прищурилась и сделала шаг вперед. Я не боялась его. Больше не было ничего, что он мог бы забрать.
— Я серьезно, Дерек. С меня хватит. Я хочу уйти.
— И куда ты пойдешь? В дом своей матери? — ехидно заметил он, перед тем как выйти из комнаты, оставляя меня наедине с моим сожалением.
* * *— Привет, мам.
— Пенелопа, где ты была? Я звонила тебе уже несколько раз.
— Знаю. Прости. Я была занята.
— Я беспокоилась о тебе. Как проходят твои занятия? Надеюсь, ты ничего не пропускаешь, тот мальчик отвлекает тебя.
— Его зовут Дерек, мама.
Она замолчала на мгновение, и у меня вспотели руки, пока я пыталась найти мужество, чтобы сказать ей, зачем звонила.
— В общем-то, поэтому я и звоню, — я сделала глубокий вдох.
— Да?
Я чувствовала, как она представляет худшее.
— Дерек сделал мне предложение… и я сказала «да».
— Пенелопа… — она сделала паузу, чтобы вздохнуть в трубку, — ты не думаешь, что должна подождать, прежде чем принимать такое поспешное решение? Как долго ты его знаешь? Четыре месяца?
— Я знаю, мама, но я люблю его. Он хороший парень. Ты должна дать ему шанс.
— А он понимает, что тебе в первую очередь нужно закончить учебу? Очень важно, чтобы ты не выпускала из поля зрения свои цели.
Я опустила голову и уставилась на свои носки, а Дерек потер ладонью мне спину.
— На самом деле, я решила пока оставить учебу на время. Дерека призывают в Японию через несколько месяцев, и я планирую поехать с ним.
Я оглянулась на Дерека, и он одарил меня ободряющей улыбкой, пока молчание моей матери просачивалось через телефон, сжимая мое горло.
— Мам?
— Ты так ничему и не научилась, верно?
* * *Моя мама была права. Я потратила всю свою жизнь, наблюдая за ее борьбой. Она вышла замуж за моего отца в восемнадцать, а через десять лет они развелись. Она осталась ни с чем, кроме стопки счетов и двух дочерей, которых ей пришлось растить в одиночку. Я должна была научиться на ее ошибках, но вместо этого повторила их.
После того дня моя мать никогда не смотрела на меня как прежде. Она попыталась принять мое решение вступить в брак с Дереком, но я видела разочарование в ее глазах каждый раз, когда она смотрела на меня. Вот почему я перестала навещать ее. С тех пор мы почти не разговаривали.
Дерек стал моим миром. Я была зависима от него и знала это. А теперь он использовал это против меня.
Глава 3
Сидя на полу ванной комнаты, я смотрела на свой мобильный, рассматривая пропущенный звонок от моей сестры Лиз. Она звонила мне вечером и прислала сообщение, но я была слишком занята притуплением чувств, чтобы это заметить.
С Днем Рождения!
Я пыталась дозвониться, но ты не отвечала.
Люблю тебя и скучаю!
Мне нужно поговорить с ней. Я должна знать, что кто-то все еще безоговорочно любит меня, но гордость остановила меня от звонка. Я уже потеряла уважение своей матери и не хочу, чтобы сестра тоже во мне разочаровалась. Одна лишь мысль о ее жалости удерживала меня от звонка ей.
Стена ощущалась холодной и жесткой у моей спины, пока я в оцепенении смотрела в окно. Я должна была одеться и пойти в аптеку, но у меня не было никакого желания встречаться лицом к лицу с миром. Сидеть в одиночестве в ванной и упиваться своим стыдом было легче.