Пылающая для Древнего. Пламя (СИ)

Я отвернулась, встречаясь взглядом со зверем.
Лицо мужчины исказилось в дикой свирепо-безудержной мимике, жестоко оскалив зубы. Он медленно шагнул в мою сторону, я же не сдвинулась с места, словно вросла в мраморный пол.
— Не играй со мной, девочка, — заговорил он громче хриплым голосом, тыльной стороной ладони провел по моей щеке, — в его глазах клубилась сама тьма, закручивая в свой огненный смерч.
Секундная ласка…
Снова отстранился.
Резкий взмах его руки обжигает мое лицо, распарывая воздух.
От сильного удара рухнула на каменный пол. От неожиданности не успела даже вскрикнуть. Вспышка боли пронзила мою голову, горячие слезы брызнули из глаз, из разбитой губы потянулась маленькая струйка крови.
— Не хочешь быть моей женщиной, будешь моей шлюхой. Ты здесь для того, чтобы вовремя раздвигать ноги, а теперь закрой свой рот и ложись на живот, а если откроешь его еще раз, вырву тебе язык, — жестко произносит он, проходя по моему телу цепким взглядом.
От его разъяренного тона вибрировали толстые стены.
— Заканчивай ломаться и набивать себе цену. Таких, как ты, у меня полон дом. Я и так слишком много за тебя заплатил, пришло время расплачиваться. Снимай с себя свои тряпки! — хрипло произнес он, потянувшись к поясу брюк.
Забывая дышать, продолжала смотреть, как Иштар вытаскивает пояс из своих брюк, небрежно откидывая его на черный мраморный пол.
— «Ты здесь для того, чтобы вовремя раздвигать ноги, а теперь закрой свой рот и ложись на живот» — эхом звучит в моей голове.
Мотаю головой.
Он не сделает этого…
— Не посмеешь…
Игнорируя мои слова, стал расстегивать ширинку кожаных брюк, не сводя с меня сумасшедшего взгляда.
Отползаю назад, упираясь спиной в гладкую каменную стену, что обожгла своим холодом, будто острые осколки пронзили мое тело насквозь через тонкую ткань платья.
Я смотрела на это животное и хотелось выцарапать ему глаза. Мне нужно было молчать, но вместо этого, сама подписала себе смертный приговор, разрываясь от злости:
— Нет! — громко ответила извергу, с вызовом посмотрев в черные омуты его глаз.
Резкий шаг ко мне. Притягивая к себе, больно схватив меня за волосы, цедит сквозь зубы:
— Похоже, ты не понимаешь, что я говорю…
Его горячее дыхание опалило мою кожу, а в нос ударил запах костра. Погребального. Тело пробирает до дрожи. Хочется кричать, что он не имеет права так со мной обращаться, что меня обманом подложили в кровать к другому. Но лишь жалкий стон срывается с губ, разбиваясь о мощное тело этого ублюдка.
Мужчина склонил голову набок, усмехаясь. В его глазах появилось что-то неуловимо хищное от трэпта. Небрежно швырнул от себя прочь.
Больно приложилась затылком о стену. Тело вернуло свою чувствительность после выброса адреналина, перед глазами стало все плыть. Посмотрела на свои руки, они были в темных багровых разводах собственной крови, стала вытирать их о бледно-голубое платье. Старалась сконцентрировать свой взгляд на этих движениях, боялась кануть в темноту, и оказаться беззащитной наедине с этим зверем.
Нет, только не сейчас…
«Древние… прошу», — взмолилась я, яростнее стирая уголком платья засохшую кровь с ладоней. Возникший шум в голове, заставил схватиться за голову, простонав, тело повело в сторону. Прошипев от нахлынувшей слабости, стала сильнее вжиматься в стену спиной.
— Это ошибка… — произношу я, заглатывая слова, дрожащим голосом.
Голова продолжала кружиться от страха или удара, я уже не разбирала.
— Вита… — договорить не успела, в этот момент в грудь ворвалась мощная волна его силы, словно меня накрыло кромешным мраком, она стала пожирать мои внутренности, выворачивая грудную клетку наружу, лишая воздуха легких…
Я жадно хватаю ртом воздух, цепляясь за шею. Слезы полились по щекам. В грудь яростным напором стал возвращаться кислород, а мощная волна силы откатила назад в тело своего хозяина.
Что-то жуткое отразилось на его лице, застыло жуткой каменной маской. Кровожадный звериный оскал. От его жестокого безжалостного взгляда, сердце заходилось в бешеном ритме. Я ощущала в нем алчного зверя, неукротимого, безумного.
 
— Хватит! — выставила дрожащую руку вперед, будто она сможет остановить это животное.
Хочу, чтобы всё прекратилось прямо сейчас.
— Что надо и когда хватит, решаю здесь только я, — он содрал широкую кожаную ленту с талии служанки, что всё это время стояла, как каменное изваяние, рядом с невысоким столом.
Девушка едва дернулась, но не сдвинулась с места, продолжая стоять с опущенной головой.
Он собрал свои черные длинные волосы в низкий хвост, обматывая их ее кожаной лентой. Двинулся на меня.
— Я научу тебя быть послушной и ласковой, — схватил за щиколотку и потянул на себя. — Я объясню тебе это по-другому, если не понимаешь, что я тебе говорю. Это тебе для сравнения, как я имею шлюх и как трахаю своих женщин, — рычал он, наваливаясь на меня своим мощным телом.
— Умоляю, остановись… — давясь слезами, бормотала я от жуткого страха, что парализовал мое тело, пока этот зверь уже рвал мое платье и раздирал на мне белье, оставляя кровоподтеки на моем теле.
Его колено протиснулось между моих ног, а его шершавые сильные руки клеймили меня, больно сминали мою грудь, царапали.
— Как же я хотел тебя, моя девочка, как же я долго этого ждал… — разочарованно шепчет мне в ухо, хватается за свой член и проводит им по моим складочкам.
Замерла под его телом.
Горячая головка члена лизнула мою плоть, слегка надавливая.
Судорожно задергалась под ним, но он только сильнее вдавливал в леденящий пол.
— Остановись!! Я прошу тебя!! — умоляла я от животного страха и унижения.
Я пыталась звать на помощь, срывая голос, захлебываясь слезами, но слуги делали вид, что ничего не происходит, просто стояли в стороне, а воины отворачивались, пряча глаза от меня… Мой крик перешел на шёпот, а потом и вовсе исчез, словно застрял в моем горле.
Резким и жестким движением толкнулся в мои бедра.
— Трэпт, расслабь бедра, — рычит над головой, пытается снова проделать тоже самое.
— Нет, — всхлипнула я, — нет, нет, нет, — впивалась в пол ногтями, чтобы отползти от него, не замечая, как ломала некоторые из них. Один грубый толчок. Вспышка боли пронзила низ живота. Взвыла, закусив губу.
Еще один толчок, а за ним еще и еще, он стал неистово вбиваться в мои бедра, ускоряя свой темп… рвано хрипя, делал последние мощные толчки.
Резко замирает пульсируя во мне, а меня трясет, так что зуб на зуб не попадает, между ног горит адским огнем.
Он просовывать руку между моих чуть влажных бедер. От касания его пальцев к моей плоти, прошибает холодным потом.
Слезы стекают по лицу, ударяясь о пол. Глаза впились в золотые прожилки черных мраморных полов, они будто насмехались надо мной своим кричащим блеском и вызывающей роскошью в то время, как я лежу на этом красивом полу, истерзанная душой и телом самим зверем. Сильный удар о пол кулаком рядом с моим лицом, оставляя глубокую вмятину на нем. Еще удар. Я прикрыла глаза. Была опустошена от пережитого ужаса. Не было сил. Только лишь вздрагивала, от его бешеных ударов по полу.
Иштар интимно касается моих взмокших от слез волос, убирая их с лица.
Не реагирую.
— У тебя не было мужчины… — гневно и с какой-то болью произносит он полушепотом, а может, и вовсе мне это кажется.
Он пытается взять меня на руки, начинаю бить его руками, и ногами, чтобы не касался меня своими лапами! Меня разрывает от ненависти к нему. К его рукам. Его запаху. Его голосу. Ненавижу в нем все.
— Пошел прочь! — ору ему.
Отходит. А я просто свернулась калачиком, прижав колени к себе, и заревела навзрыд.
  
Глава 26
 
— Умоляю, остановись… — умоляла она, извиваясь подо мной, пока я рвал на ней ее тряпки, те, что мешали мне ощущать жар ее тела. Навалился на нее, вжимая в пол. Она пробудила во мне свирепого хищника, движимого голодным низменным инстинктом. Развел коленом ее бедра, сминая рукой ее упругую грудь со вздернутыми от холодящих полов тугими розовыми сосками. Я бы хотел ласкать ее часами, наслаждаться ее шелковистой кожей, втягивать ртом ее манящие затвердевшие соски, но я исчерпал терпение, перед глазами словно красная тряпка, что до него ее брал мой собственный брат и кто-то еще…