Любовь сквозь мрак (СИ)

Спустя несколько часов я готова была сжечь всю кипу бумаг, лежавшую под столом и на столе. Ничего полезного! Ни единого слова!
— Эйден, есть что-нибудь?
Он молча покачал головой.
— Морт?
— Прости, любовь моя. Только исследования по перемещению в пределах нашего мира.
На столе не осталось ничего, чтобы я не просмотрела. Я треснула кулаками по столу. Морт отложил в сторону свиток и посмотрел на меня.
— Линн?
— Да к чёрту всё! Грёбаный Барыкин! Грёбаный Мариус! Грёбаный ваш совет Сильнейших!
Янг спрыгнул с подоконника, сжал мои плечи.
— Всё, приходи в себя. Мы ещё не все проверили. Может быть, что-то в шкафах… Может быть, в спальне. В конце концов, утром кинем заклинание поиска, может, удастся найти его следы.
— Ты сам-то в это веришь?
— Линн. — Эйден негромко позвал меня. — Секретер. От слова секрет. Ты проверила потайные ящики?
В душе вновь затеплилась надежда. А вдруг и правда Мариус просто спрятал свои тайны подальше?
Я раскрыла дверцы секретера и стала нащупывать любые выемки и выпуклости, которые могли оказаться скрытыми кнопками. Осторожно водила пальцами, нажимая на всё, что казалось подозрительным. Когда с негромким щелчком выскочил ящичек, я чуть не подпрыгнула. Сердце заколотилось. Внутри лежала потрёпанная книга. Я раскрыла её и приблизила свечу. Цифры, записи, снова цифры. Какие-то долги, расписки, большие суммы денег со знаком минус. Какая-то личная бухгалтерия, судя по всему. Но наличие одного потайного ящика давало надежду, что будет ещё один. И когда он открылся, а в тонкой книге для записей я увидела знакомые слова, я схватилась за угол секретера, чтобы не упасть. В глазах потемнело. Не может быть!
— Линн, что там?
Морт приблизился ко мне, осторожно отвёл в сторону мою руку со свечой.
Эйден поднялся и неслышно подошёл, помогая мне удержаться на ногах.
— Пора прощаться?
  
57.
 
Я сидела на полу возле стола и перечитывала одну и ту же страницу, не веря глазам. Дневник Мариуса Торнсвада. Одна из последних записей, фиксирующая формулу заклинания перемещения. Непонятные слова о невыплаченном долге, о необходимости искать новое убежище. Всё это было неважно. Перед глазами горели слова заклинания. “Messias Obscura, animam meam tibi commendo et rogo te ut me a mundo mortali auferat”.
— Погоди, вот так просто? — Морт шагами мерил кабинет. — Просто пришли, порылись и нашли?
— То есть, по-твоему, вот это всё — это было просто? — Я захлопнула дневник. — Посмотри на нас, мы похожи на какую-то панк-группу в её самом худшем смысле.
— Если бы я знал, что это такое, я бы, может быть, тебе и поверил. Но меня беспокоит другое. Почему мы так легко добрались до дневника? Он ведь был сильным магом, раз сумел запечатать дом на двадцать лет. Почему внутри так спокойно?
— Не забывай о высокомерии некоторых магов, Морт. Может, он не думал, что кто-то сумеет сюда пролезть? Да и кому, кроме нас, может пригодиться его дневник?
— Линн, я настаиваю, чтобы ты не рисковала.
— Морт. — Я потянула его за руку, заставляя сесть рядом. — Мне всё равно придётся уходить.
— Но почему именно сейчас? Ты не хочешь увидеть, как я получаю свою печать с отличием по окончании Академии? У меня на этот случай припасена бутылка хорошего виски.
Я была в шаге от того, чтобы сдаться. Уступить Морту и побыть с ними ещё немного. Но Эйден не дал мне передумать.
— Янг, мой отец в Академии. Стоит ей вернуться, и мы уже не сможем легко отделаться.
— Эйд, ты просто… — Морт махнул рукой, не окончив фразу.
— Что сделаешь в первую очередь, когда вернёшься? — голос Морта звучал почти так же беззаботно, как и всегда. Почти.
Я сглотнула ком в горле и постаралась улыбнуться.
— Первым делом поеду в универ.
— Уничтожить ту надпись?
— Найти Инквизитора и дать ему в морду.
Дальше затягивать не было смысла. Я раскрыла дневник, снова и снова перечитывая эти тринадцать слов, из-за которых оказалась здесь. Пережила всё, что даже не могла себе представить. И сейчас готовилась навсегда распрощаться с этим. Я не понимала, что чувствует ко мне Эйден, но знала, что не смогу остаться. Даже учитывая последние его прикосновения, его заботу и внимание. Прошлые чувства уже никогда к нему не вернутся, а на меньшее я не была согласна. Я знала, что сердце просто разорвётся от горя, когда я окажусь в мире, где его не будет рядом. И что безумно буду скучать по Морту. Что в своём мире стану тщетно искать парней, похожих на них обоих. Возможно, однажды смогу забыть, как сердце билось рядом с Эйденом. Но не была уверена, что однажды оно так же будет биться рядом с кем-то другим.
 
— Я не знаю, как быстро произойдёт перемещение, так что вы не против, если мы простимся сейчас?
— Будто бы мой ответ что-то изменит.
Морт проворчал себе под нос, поднимаясь на ноги и помогая подняться мне. Прижал меня к себе.
— Линн, будь моя воля, ты бы никуда не ушла. Я буду бесконечно скучать, любовь моя!
— Я тоже буду скучать, Мортимер. Спасибо, что помог. И что не убил меня тогда. — Я прятала слёзы за весёлым тоном. Впрочем, не слишком удачно.
— Поцелуй на прощание?
— Только такой. — Я встала на цыпочки и поцеловала его в уголок губ. Морт усмехнулся, резко прижал меня к себе и отпустил.
Он отошёл к окну, а я повернулась к Эйдену. Он молчал и выглядел очень сосредоточенным.
Ни один из нас не решался заговорить. Я молчала, не зная, как выразить всё, что чувствую. Всех слов на всех языках мира было бы недостаточно. Всё, что я смогла произнести, так это:
— Эйден, без тебя я бы не выжила.
Эмоции затопили меня и пролились слезами. Эйден осторожно коснулся моего лица и стёр слёзы.
— Будь счастлива в своём мире, Линн. Спасибо, что появилась в моей жизни.
— Эйден, я… Я никогда тебя не забуду!
Я прижалась к нему, а он осторожно обхватил меня руками. Мы стояли так, пока моё сердце не перестало грохотать где-то в горле.
Потом Эйден убрал руки, а я подобрала с пола дневник Торнсвада.
Я проговаривала вслух каждое слово, готовясь вновь оказаться в своём родном мире. Голос перестал дрожать, сделался сильным. Свечи, стоявшие позади нас, отбрасывали тяжёлые тени. Латинские слова срывались с моих губ, наполняя комнату.
— Оно не сработает, девочка.
Я выронила дневник из рук. Тьма в одном из углов сгустилась, обретая плоть, размытая фигура сделала шаг в нашу сторону.
Эйден бросился вперёд, загораживая меня. Морт встал рядом. Отец Эйдена взмахнул рукой, заставляя свечи погаснуть. На миг мы оказались в полной темноте, а потом во всех четырёх углах кабинета мягко засветились колеблющиеся облачка.
неудачные дубли =)
, которые в итоге превратились в итоговую версию романа? Интересна ли вам такая информация, или сказка должна оставаться сказкой и не показывать свою изнанку?
  
58.
 
Он стоял в нескольких шагах от нас. Спокойный, немного уставший и абсолютно не похожий на злобного охотника, каким мне представлялся раньше. На нём был приталенный удлинённый плащ с крупными пуговицами, тёмные штаны заправлены в высокие сапоги, под плащом — обыкновенная просторная рубаха, поверх которой висело несколько медальонов. Он выглядел обычным. Настолько обычным, что я никак не могла связать его с тем образом, что сидел до этого времени в моей голове. Даже после того, как я встретила его впервые, а потом узнала, что это и есть человек, которого я боялась больше всего, это было словно два разных образа в моей голове. Один — приятный в общении симпатичный незнакомец, второй — жестокий маньяк, убивающий попаданок и ставящий эксперименты над собственным сыном.