Любовь сквозь мрак (СИ)

— А ты к какой версии склоняешься?
— Я предпочитаю думать, что однажды он неправильно произнёс одно из проклятий, которые обрушивал на головы несчастных студентов, пол под ним разверзся, и его утащила какая-нибудь тёмная тварь.
— И кабинет после него никто не занимал?
— Да уж почти лет двадцать никто не претендует. Может быть, боятся тёмную тварь из-под пола? — Он подмигнул мне, а я не могла собрать мысли воедино. Преподаватель латинского. Инквизитор. Да что же тут происходило двадцать лет назад?
  
25.
 
— А ты сам видел те портреты? Ну, где троица инквизиторов.
— Я тебя заинтересовал?
Я кивнула.
— Может, я смогу тебя заинтересовать чем-нибудь ещё?
Я фыркнула и поднялась. Он поднялся вслед за мной.
— Ладно, не убегай. Идём в библиотеку. Только пройдём через мою комнату.
— Морт!
— Я серьёзно. Нужно вернуть пару книг. Тебе не обязательно заходить внутрь.
Спальня Морта оказалась гораздо дальше нашей с Эйденом. В самом конце длинного коридора, за поворотом. Я осталась снаружи, а Морт вернулся уже через пару секунд с книгами в руках.
В библиотеке он достал с полки огромный том, раскрыл на середине, чуть полистал туда-сюда и, наконец, ткнул пальцем в страницу.
— Вот он.
Я присмотрелась. С пожелтевшей страницы на меня смотрели трое мужчин в широких плащах. Тот, что был по центру, обращал к небу кисть, сложенную щепотью, в другой руке он держал раскрытую книгу. Мужчина справа был едва ли ниже первого. На его раскрытой ладони горел огонь, губы были поджаты, а брови нахмурены. Третий был на голову ниже остальных. Я наклонилась, но и без этого было очевидно сходство. Тот же надменный взгляд, та же снисходительная полуулыбка. Я медленно отвела глаза от книги, пытаясь выровнять сердцебиение и не выдать волнения.
— Драматично.
Морт улыбнулся.
— Как и все иллюстрации в этой книге.
Он захлопнул её, убрал на место, и мы вернулись во внутренний дворик.
— Морт?
— Да, любовь моя!
Я поморщилась. Что за идиотская привычка?
— Во-первых, прекрати меня так называть…
— Непременно, любовь моя!
— Эйден сказал, что ты слишком хорош в… — я запнулась, — в особом виде магии.
— Каком именно? Поверь, я во многом хорош.
— В тот раз, когда мы…
— Когда Гранд так беспардонно прервал наш незабываемый поцелуй?
Я кивнула, заливаясь краской. Зачем я вообще начала этот разговор? Пытаюсь разобраться в себе или просто хочу отвлечься от волнительной темы, начав более волнующую?
— Ты тогда использовал свою магию на мне?
— А какой ответ ты хотела бы услышать? — Он резко остановился и обернулся ко мне, опуская руки мне на плечи. Мы стояли чуть сбоку от входа, скрывшись за раскидистым кустом.
— Честный.
Он сразу посерьёзнел.
— Использовал. Но совсем чуть-чуть. Ты и так сама шла ко мне в руки, оставалось только немного подтолкнуть.
— Так хотел поставить ещё одну галочку?
— Хочешь сказать, тебе не понравилось?
Я начала злиться сама на себя. Сама ведь завела эту тему, лишь бы отвлечься от неожиданного открытия. Тогда почему сейчас чувствую обиду?
— Мне не понравилось, что ты манипулировал моими эмоциями.
— Ну раз уж ты хотела правды, Линн, игра по правилам отнимает слишком много времени. А у меня пусть и сотня жизней, я не хочу тратить их на долгие уговоры и избитые методы соблазнения. Зачем, если можно помочь девушке принять правильное решение чуть быстрее? Вы ведь всё равно в итоге его принимаете.
Он пожал плечами, внимательно следя за моим взглядом. А у меня в груди снова заныло, на этот раз от разочарования и тоски.
— Может, у тебя и сотня жизней, но нет сердца!
Я бросилась ко входу в замок. Услышала, как он окликнул меня, и ускорила шаг. Он шёл за мной, и мне пришлось перейти на бег. Меньше всего я хотела, чтобы он сейчас увидел слёзы в моих глазах. Хотелось спрятаться, но кругом было слишком много народа. Я уже миновала лестницу, так что путь в спальни был отрезан. Я бросилась в атриум, а слёзы злости и обиды всё сильнее застилали глаза. Так что в какой-то момент я уже не разбирала, куда бегу. Просто старалась выбирать путь, на котором было меньше студентов. Вбежала в тёмный коридор, но, услышав позади себя шаги, наугад толкнула одну из деревянных дверей, юркнула внутрь и тихо прикрыла её за собой. Прижалась спиной к двери и вытерла слёзы. Придётся немного переждать здесь и возвращаться в спальню. Носа больше оттуда не высуну.
 
Я тихонько вздохнула и опустилась на корточки. Ноги всё ещё быстро уставали от ходьбы на каблуках. Что-то зашуршало в тёмном углу, но я отмахнулась. Замок постоянно пытался напугать беспричинными звуками, так что я перестала обращать на это внимание. Но когда к шуршанию добавилось металлическое позвякивание и чьё-то ворчание, я взлетела на ноги и рванула на себя дверь. Лучше уж выслушать насмешки Морта, чем оставаться наедине с тем, что было в темноте. Я дёргала за металлическую скобу, но дверь, которая так легко открылась, впуская меня, теперь напрочь отказывалась выпускать меня обратно. Звон стал громче — так могли бы звучать цепи в старом замке. Хотя, скорее всего, это они и были. Но обычный звон я могла бы пережить, если бы к нему не добавлялся шорох шагов и чей-то сиплый голос.
Я заколотила в дверь, молясь, чтобы Морт и правда шёл за мной. Закричала изо всех сил. Время растянулось. Мне казалось, что я уже чувствую чьи-то прикосновения, что звук раздаётся над самым ухом, что из углов снова доносится чавканье потрошителей.
Дверь резко открылась и на пороге возник знакомый силуэт. Я бросилась к нему, забывая, что злилась.
— Морт, оно там!
Попыталась выбежать в коридор, но Морт преградил путь.
— Что там?
Я вжалась в него, а он тут же обхватил меня рукой, прижимая к себе сильнее, чем требовалось. Вскинул под потолок маленький светящийся шарик и засмеялся.
— Линн, это всего лишь покойник.
— Нет, там что-то живое! Морт, пожалуйста, давай уйдём.
Он взял меня руками за плечи и развернул. Я до последнего упиралась, но мои силы и рядом не стояли с его.
— Да тише ты! Смотри!
— Нет, нет! Я не хочу! — Я зажмурилась и задёргалась в его руках, стараясь высвободиться. Сердце грохотало о грудную клетку, паника волнами накатывала от макушки до пяток. Морт с силой втянул в себя воздух. Руки его сжались чуть сильнее, пальцами впиваясь мне в предплечья, и мне показалось, что он сейчас просто взбесится и толкнёт меня навстречу ходячему мертвецу.
Я медленно разлепила глаза. Помещение оказалось какой-то камерой с каменными стенами, без окон. Метра три в длину и столько же в ширину. У дальней стены топтался человек, чья нога была прикована толстой цепью к креплению в камне.
— Видишь? — голос Морта будто слегка охрип. — Он безобидный. Некры, похоже, забыли упокоить. Нужно сказать кому-то, пусть пришлют исправить.
Я присмотрелась. В свете плавающего шара было плохо видно, но человек и правда не был живым. Невидящие глаза, приоткрытый рот, из которого и доносилось ворчание, слишком белая кожа и синие вены. Я повернулась лицом к Морту, утыкаясь ему в грудь. Сердце постепенно снижало темп, но я всё равно вздрогнула, когда он провёл рукой по волосам.
— Идём. Чего тебя вообще сюда понесло? Эйд тебе не сказал, что в эти камеры лучше не соваться? Войти — войдёшь, а обратно не выйдешь без ключа. Ну либо, пока кто-то снаружи не откроет.
Кажется, Эйд говорил, не соваться в подземелья. Но про камеры не предупреждал. Видимо, не думал, что я по собственной воле вломлюсь в трупохранилище.
— Пожалуйста, не говори ему!
Он помолчал, а я закусила губу. Если Эйд узнает, точно запрет меня в спальне до конца обучения.