Жена из прошлого (СИ)
Эндер сказал, что Эдвине скоро исполнится тринадцать. Тот возраст, когда прощаешься с детством и постепенно вступаешь в юношество. Ещё немного, и Эдвина забудет сюда дорогу. Зато вполне может потребовать для себя ещё одну комнату, только уже для нарядов и украшений. Из того, что узнала от служанок и увидела сама, пришла к выводу, что Эндер девочке ни в чём не отказывал. Любая её прихоть исполнялась сразу же, будто по щелчку пальцев.
— А как у неё обстоят дела с учёбой? — спросила я, заглядывая в следующую комнату — одну из гостевых спален.
— Мисти Эдвина очень способная девочка, — похвалила наследницу Фармор горничная. — У неё отличная память и весьма… хм… богатая фантазия. — Полин бросила по сторонам взгляд, словно желая удостовериться, что нас никто не подслушивает, а потом тихо произнесла: — Но она ленится. И… не привыкла слушаться. Наверное, из-за этого ни одной гувернантке так и не удалось найти к ней подход, а их за то время, что я здесь, поверьте, было немало. Она… — Полин осеклась и, неожиданно побледнев, прижала пальцы к губам. — Ох, простите меня, леди Делагарди! Не следовало мне говорить такое о мисти Эдвине. Она же… Она же ваша племянница!
Я покачала головой и мягко ей улыбнулась:
— Всё хорошо, Полин. Наоборот, я благодарна тебе за искренность. Это одно из качеств, которые я превыше всего ценю в окружающих меня людях. Поэтому я бы хотела, чтобы ты и дальше говорила мне только правду, какой бы она ни была.
— Так и будет, леди. Обещаю, — зардевшись, пробормотала служанка.
Из холла можно было попасть в гостиную и в зал для приёмов. Также из него в глубь дома уводили два коридора. В одном крыле располагалась кухня, подсобные помещения и комнаты для прислуги. В другом — столовая, хозяйский кабинет и библиотека. Я бы с удовольствием задержалась в последней (давно не встречала такого книжного богатства!), но незаметно подошло время ужина. А точнее, время переодеваний.
Понятия не имею, почему нельзя поесть в том платье, в которое была одета сейчас, но этикет обязывал принарядиться. Бросив последний взгляд на книжные стеллажи, тянущиеся до самого лепного свода, я отправилась наверх, а переодевшись и собрав волосы в причёску, спустилась в столовую.
Вовремя. Дракон уже вернулся и теперь восседал во главе длинного стола. За таким спокойно могли бы трапезничать человек двадцать, если не больше, но накрыт он был на три персоны. При виде меня Делагарди поднялся и отодвинул стул по правую от него руку.
— Добрый вечер, любимая. Как прошёл твой день?
Я вздрогнула. Уж больно непривычно было слышать такое обращение. Мой бывший муж (и самая большая ошибка моей жизни) называл меня так до свадьбы. И ещё пару раз во время медового месяца. А потом ему надоела лживая маска любящего, заботливого мужчины, и я узнала настоящего Игоря.
— Раннвей…
Я встрепенулась, прогоняя из памяти ненавистный образ, и постаралась улыбнуться новому мужу. К счастью, временному и фальшивому.
— День прошёл отлично. А каким был твой? Любимый…
Дракон дёрнул бровью, уловив в моём голосе иронию. Ну правда, не называть же мне его так, одаривая ласковым взглядом! На это мы не договаривались.
— Утомительно, — лаконично описал он последние несколько часов и жестом предложил садиться.
Заняв место за столом, я с удовольствием подумала о том, что ужин наверняка будет таким же вкусным, как и обед, и хотя бы это должно было поднять мне настроение.
Правда, и минуты не прошло, как оно испортилось.
— Где Эдвина? — обратился к одной из служанок Эндер. Кажется, её звали Ильвой. Милая девочка лет семнадцати, скромная и застенчивая.
— Мисти Эдвина сказала… что у неё нет аппетита. — Служанка опустила взгляд.
— Она точно именно это сказала? — мгновенно помрачнев, уточнил Делагарди.
— Она… — Девушка взволнованно закусила губу.
— Говори, Ильва, — холодно потребовал эйрэ.
И служанка призналась:
— Мисти Эдвина сказала, что не… сядет за один стол с леди Делагарди.
Я мысленно усмехнулась. Судя по тому, с какой осторожность Ильва подбирала слова, Эдвина в выражениях не стеснялась. И очень сомневаюсь, что отзывалась обо мне, как о леди Делагарди.
— Бальдер! — прорычал дракон, и дворецкий в одно мгновение нарисовался в столовой, будто до этого стоял рядом и подслушивал. — Приведи Эдвину. Немедленно! И передай, если не захочет прийти сама, её сюда принесут.
— Слушаюсь, эйрэ, — проговорил дворецкий. Поклонившись, бесшумно исчез за дверью.
За столом воцарилась мрачная тишина. Ильва вжалась в стену, не решаясь ни уйти, ни приблизиться к столу. Еда на огромных серебряных блюдах выглядела более чем аппетитно, вот только после заявлений избалованной девчонки аппетита больше не было.
— Может, я поем у себя?
— Ты видела её сегодня? — одновременно со мной спросил Делагарди. На моё предложение он, кажется, даже не обратил внимания.
— Только когда мы приехали. Я обошла весь дом, но Эдвина мне на глаза не попадалась.
— Ты также собирала слуг. — Он посмотрел на меня в упор, и непонятно, то ли поощрял мою инициативу, то ли был недоволен.
— Я ведь хозяйка. Имею на то право.
И, к слову, раз уж я хозяйка… Поманила Ильву и попросила налить мне вина. Не поем, так хоть нервы полечу. Чует моё сердце (и все остальные органы тоже), Эдвина мне их ещё не раз попортит.
— Рад, что ты так быстро освоилась… Раннвей, — сказал дракон, наблюдая за тем, как тонкая багряная струйка собирается на дне бокала кровавой лужицей.
Не знаю, откуда взялось это сравнение, но оно напомнило об утреннем происшествии. О схватке и искажённом, оставшемся без сердца. О крови, залившей пол ресторана.
Стоило только это представить, и желание лечить нервы тоже пропало.
— Что стало с этим… Келлером? — вспомнила я имя погибшего. Точнее, убитого, но лучше я буду называть его погибшим. Чтобы лишний раз не вспоминать, что рядом со мной сидит ультор.
Палач.
— Тело забрали в управление. Будет проводиться расследование, — снова не стал блистать красноречием эйрэ.
— И кто его будет проводить? Ты?
— Ульторы работают в паре со следователями. Мой напарник, Рейер Таубе, возвращается завтра из отпуска. Вместе мы выясним, как Лувис Келлер стал искажённым.
— Разве тех, кто покупает эликсиры, не регистрируют? Не наблюдают за ними?
— Обычно — да, но случаются и досадные исключения вроде этого, — обтекаемо ответил Эндер и велел служанке разлить по тарелкам суп.
Из его ответов стало ясно, что он не любит говорить о работе и подпитывать свою жену новой информацией явно не намерен. Меня так и подмывало спросить о тени, о его предположениях, что это вообще может быть такое, но, во-первых, мы были не одни, а во-вторых, своим присутствием нас решила почтить мисти Эдвина.
Девочка вошла в столовую в сопровождении дворецкого. К моему удивлению, она не выглядела ни злой, ни даже насупленной. Улыбнулась Делагарди, удостоила меня коротким, быстрым взглядом, после чего опустилась по левую руку от опекуна.
— Как прошёл твой день, Эдвина?
— Я занималась. Готовила домашнее задание на завтра, — голос как у кроткого ангела и взгляд такой же. Если бы не видела её утром, решила бы, что это очарование просто не способно злиться.
— Молодец, — похвалил воспитанницу Эндер и как ни в чём не бывало принялся за еду, не удосужившись поинтересоваться, с какой такой радости она не собиралась есть со мной за одним столом.
Беря пример с дракона, я тоже разложила на коленях салфетку, взяла ложку и снова ощутила короткий, но острый взгляд девочки. Правда, та тут же опустила глаза в тарелку, сделав вид, что ничто, кроме крем-супа, её в данный момент больше не интересует.
— Как твои успехи в истории Кармара? — продолжил интересоваться обучением девочки Эндер.
— Мы почти закончили изучать предания о Чёрной Матери и Пепельной деве.