Порочные Фейри (ЛП)

Глубокий рык раздался в его груди, и статическое электричество прокатилось по воздуху так густо, что Синди Лу вскрикнула.
— Мой папа оставил мне это кольцо, когда умер, — прорычал он. — Я потратил несколько недель на его поиски, когда оно пропало. Я оплакивал его, как будто терял его снова и снова.
— Мне жаль, — хныкала Синди Лу. — Я хотела его только для того, чтобы быть рядом с тобой. Я люблю тебя!
Данте снова зарычал, шагнув вперед, словно намереваясь преподать ей урок, и я положила руку ему на грудь, чтобы попытаться удержать его.
— Она того не стоит, — вздохнула я, заставляя его перевести свой взгляд на меня.
Напряжение в его теле было таким жестким, что я чувствовала, как оно резонирует до самого основания моего позвоночника. Мои волосы встали дыбом, когда от него исходило электричество. Он смог медленно обуздать свой гнев настолько, чтобы отступить назад.
— Per me sei morto (п.п. Ты мертва для меня), — рыкнул он на Синди Лу и сплюнул на пол, после чего вышел из ее комнаты и направился обратно к лестнице.
Леон достал из кармана свой Атлас и с насмешливой улыбкой сфотографировал святилище. — Хэштег отчаянная в поисках драконьего члена, — с насмешливой улыбкой сказал он, публикуя снимок в Фейбуке, а затем лениво щелкнул пальцами в сторону святилища и поджег его.
Синди Лу застонала, как будто испытывала настоящую агонию, когда ее коллекция загорелась, и я последовала за Леоном из комнаты, когда он поймал меня за руку.
— Мне никогда не нравилась эта девушка, — пробормотал он, когда мы направились за Данте, и я не могла удержаться от смеха, когда он притянул меня к себе.
— Мне тоже.
11. Гарет
Одиннадцать месяцев до метеоритного дождя Солярид…
Толпа студентов вымыла меня во двор Акрукса, где все разговоры были поглощены одной-единственной темой. Райдер Драконис трахает учительницу.
Мое сердце колотилось в неустойчивом ритме, я пытался изобразить шок, снова и снова качая головой, когда люди спрашивали, могу ли я в это поверить.
Да, я могу в это поверить! Я находился в этом гребаном шкафу более получаса, наблюдая за происходящим, и качество звука в этом маленьком кусочке ада было намного выше, чем повторяющиеся оргазмические крики нашего профессора, доносящиеся из тысячи жестяных колонок Атласа!
Синди Лу помахала своим Атласом перед моим лицом, указывая на тот факт, что он, похоже, наполовину душил Кинг в то же самое время, когда вставлял в нее свой член. Спасибо, что напомнила мне.
— Как ты думаешь, он мог принудить ее к этому? — спросила она таким выразительным тоном, — Может быть, он угрожал ей силой Братства, чтобы заставить ее…
— Каждая вторая девушка в этой школе умоляет пососать член Василиска, Синди, — радостно сказал Харви, увеличивая изображение лица Кинг в стоп-кадре. — И это выражение ее лица, выражение, говорящее о том, что он только что взорвал ее гребаный разум, а также зарядил его. Он ни хрена не заставлял ее делать. Она сама этого хотела, просто и ясно.
— Но он же студент! — задохнулась она в ужасе, когда начала прокручивать эту мысль в голове. — Ты думаешь, она заставила его…
— Ты серьезно думаешь, что какая-то потасканная профессорша могла заставить Райдера Дракониса сделать что-либо? — Харви насмехался. — Черт, я даже сомневаюсь, что сам Дикий-Король смог бы заставить этого парня сделать что-либо, если бы он был еще жив.
Я слишком сильно рассмеялся, и они оба посмотрели на меня, как на сумасшедшего, поэтому я прикрыл свой смех притворным приступом кашля, который, как я был уверен, не сделал лучше.
— Я не могу поверить, что Драконис всунул учительнице! — возбужденно завопил Лоренцо, подбегая к нам. — Как ты думаешь, они сблизились из-за того, что у них обоих есть клыки, или из-за того, что ни у одного из них нет души?
 
Я чуть не рассмеялся от такой оценки их отношений, но я был слишком напуган, чтобы cовладать с этим.
— Наверное, и то, и другое, — ответил я, и он торжествующе ухмыльнулся.
Над головой зажужжал громкоговоритель, и директор Грейшайн, прочистив горло, привлек наше внимание к себе. — Профессор Кинг и Райдер Драконис явитесь в мой кабинет. Немедленно! — объявление резко оборвалось, и у меня пересохло во рту. Кажется, я никогда раньше не слышал, чтобы Грейшайн использовал громкоговоритель без всякого «бинг-бонг».
Все студенты устремились в Альтаир Холл, как будто нам тоже разрешили послушать их собрание, и я последовал за ними, изо всех сил стараясь казаться таким же заинтригованным, как и все остальные. Пока никто не замечал, что я изо всех сил стараюсь не обделаться, все будет хорошо.
Я видел Данте, который вел свою стаю впереди меня. Его Волчья стая завывала от восторга по поводу их победы над Лунным Королем, и мне оставалось только надеяться, что никто не узнает, какую роль в этом сыграл я.
Мы добрались до Альтаир Холл, и я оставался между Синди Лу и Харви, пока они обсуждали все новые и новые теории о ролике. Они придумали тысячу сценариев того, как Райдеру пришло в голову начать трахаться с нашим профессором элементарной магии, а я смеялся, полусерьезно предположив, что, возможно, у них была настоящая связь, только для того, чтобы убедиться, что я внес свой вклад. Они оба долго смотрели на меня, когда я это сказал, и в конце концов Харви насмешливо произнес.
— Райдер скорее установит настоящую связь с тупой ножовкой, чем с женщиной. Кровь этого парня холодна во всех отношениях. Он — камень. Холодный. Убивающий. Ничего больше. И ничего меньше. И я ни в коем случае не хочу оказаться в его хорошем списке, не говоря уже о его дерьмовом. Только Данте Оскура имеет достаточно яиц, чтобы противостоять ему вот так, и даже в этом случае, держу пари, он будет вознагражден смертельной раной или двумя до конца дня.
Мое бешено колотящееся сердце чуть не вылетело от такого предположения. Я даже не задумывался о последствиях для Данте теперь, когда Райдер привлечет его к ответственности за это. Что, если я только что подписал ему смертный приговор? Хотя, когда над толпой разнесся громогласный смех Данте, я, по крайней мере, мог признать, что он определенно не беспокоится о том, что его настигнет возмездие.
Холодок пробежал по моему позвоночнику за мгновение до того, как холодная рука врезалась в мое плечо, отбрасывая меня в сторону, пока Райдер прокладывал себе путь сквозь толпу.
Я забыл, как дышать, когда смотрел, как он уходит. Он не оглянулся, казалось, он вообще не заметил меня среди толпы. Что было хорошо. Действительно хорошо. Я был никем и ничем, и пока он не вспоминает меня, он никогда даже не обратит на меня внимание. Я определенно не был тем, кто мог бы выступить против него. Я был за то, чтобы бороться за свое положение, но я также был реалистом, и моя сила не могла даже пощекотать его в прямом поединке. Я бы ни за что не стал с ним соревноваться. И это меня вполне устраивало.
Долгое время никто не осмеливался ступить на проложенный им путь, затем Синди Лу схватила меня за руку и потащила за собой. Я был захвачен врасплох прежде, чем смог сопротивляться, и вдруг обнаружил, что смешался со стаей Данте в первых рядах толпы, когда мы добрались до коридора перед офисом Грейшайна.
Лоренцо стоял позади, держась на расстоянии от своего старого лидера Клана, и мне хотелось, чтобы у меня тоже был повод не вмешиваться в это.
Райдер открыл дверь, и за мгновение до того, как он успел шагнуть внутрь, меня привлекло движение, возвестившее о прибытии профессора Кинг.
Грейшайн побледнел при виде толпы, явившейся на представление, и попытался закрыть дверь, чтобы отгородиться от нас. Данте поднял руку и резким порывом ветра распахнул дверь.