Невеста напрокат, или Подари мне себя (СИ)

Потому что это было слишком. Слишком хорошо для правды. Для того, чтобы быть реальностью.  
— У нас сегодня трудный и насыщенный день. Так что спи.  
И как после такого можно спать дальше? Я разомкнула губы, облизала их и с усилием вытолкнула из себя вопрос: 
— О чем ты? — надсадно прошептала я. 
— Кокосик, ты что, голос сорвала? — усмехнулся Яр и, перевернув меня на спину, навис надо мной. — Ты такая, м-м-м…  — произнес он, довольно разглядывая мое лицо. — Как бы сказать, чтобы не обидеть. — Огнев растянул губы в широкой улыбке, краешком языка облизнув белые зубы, а затем наклонился к моему лицу и у самого уха шепнул: — Оттраханная. Мне нравится. Но голос тебе все же пригодится… И паспорт, кстати, тоже. Динь-Динь. — Яр опять приподнялся на локтях и, серьезно заглянув мне в глаза, заставил подавиться воздухом: — Где твой паспорт? 
_____________________________________________ 
— Зачем… — голос звучал непривычно, я прокашлялась и попробовала заговорить ещё раз, но, судя по всему, я и правда сорвала горло своими криками. — Зачем тебе мой паспорт? 
— Рита, ну ты же не глупая, — прищурился Яр, — сама мне предлагала воспользоваться твоими услугами, — усмехнулся он. 
— Услугами? — охнула, и горло тут же заболело. 
— Тише… — шепнул довольный блондин, тут же ласково улыбнувшись. — Тебе, наверное, сейчас лучше помолчать. Я тебя предупреждал, чтобы ты держалась подальше и не лезла ко мне зря. Особенно вчера, когда я был в таком состоянии, а ты решила понарываться. Вот и получила теперь. 
Я? Нарываться? Захотелось спросить его, но Огнев приложил палец к моим губам. Провел подушечкой пальца сначала по верхней, затем по нижней, на которую чуть надавил, приоткрывая мой рот. 
— Уже забыла, какой дерзкой вчера была?  
Ярослав не дал мне ответить, заменив свой палец губами. Его поцелуй был неспешным, даже слегка ленивым. Мужчина, как кот, наслаждался пойманной мышкой, вдоволь набаловался со мной, а теперь нежился, чуть ли не мурлыкая. А я вспомнила, действительно вспомнила, как обвинила его в том, что он мне никто.  
Неужели Ярослав решил это исправить? Ну не-е-е-ет же. Никогда в это не поверю. Слишком просто. Чересчур просто.  
— Я бы предложил тебе завтрак, — сипло произнес он, оторвавшись от моих губ, — но у меня идеально пустой холодильник. Я у Софа в последнее время питался, — чуть поморщившись, добавил он. — Поэтому, раз уж ты не намерена больше спать, подъем и поехали. Где-нибудь по дороге перекусим. 
— По дороге куда? — шепнула я, больше не рискуя напрягать связки. 
— Ну сначала за твоим паспортом, а потом в ЗАГС. 
— Яр? — в этот раз я даже не шептала, лишь одними губами, беззвучно позвала мужчину, а он почти ехидно улыбнулся, сверкая на меня своими бесенятами в глазах, и ответил, не давая мне никакого выбора. Да и нужен ли мне был тот самый выбор? 
— Еще раз повторяю, ты же не глупая. После вчерашнего, так уж и быть, придется мне смириться с угрозами отца и повести тебя под венец. Хотя, прости. Будет без венца. Но со штампами а паспорте. Просто понимаешь, бороться с давлением отца и скопившимся напряжением в паху я был способен. Но после вчерашнего… — Мужчина досадливо покачал головой, тая улыбку во взгляде. — Твоя честь опорочена кладовой, и я просто не могу… Не могу…  
— Прекрати, — тихо рассмеялась, не в силах сдерживаться. Бывали у Яра моменты, когда он становился клоуном. Но это было настолько редко, что каждое такое его проявление я помнила и бережно хранила в своей голове. Он нравился мне таким легким — бесшабашным и словно беззаботным. 
— Значит, ты зовешь меня замуж без предложения и обещаний вечной любви, — запальчиво прошептала, искренне и довольно улыбаясь. В глубине души, наверное, я понимала, что происходящее не совсем правильно. Но ничего менять не желала. Потому что в этот момент казалось, что я получила то, чего так долго хотела. Самое желанное сокровище. Подарок небес и судьбы, который в особо отчаянные и тяжелые моменты казался мне по-настоящему недосягаемым.  
 
И вот сейчас Огнев прижимал меня к себе в своей кровати. Улыбался мне, как самый настоящий мальчишка, и обещал, что я никуда от него теперь не денусь. 
Так легко было поддаться этому обманчивому спокойствию и умиротворению. Понимая, что для Ярослава это, безусловно, выгодная сделка, я все же до последнего надеялась на большее. 
Нас расписали в тот же день, без всяких церемоний и предварительного ожидания. Не было ни платья, ни колец, лишь странно улыбающийся Мирослав, который все организовал и вместо работницы загса вручил нам бумагу для подписи, а после и наши паспорта со штампиками. На мне был белый спортивный костюм, а на Яре джинсы и пуловер. Идеальная парочка, ничего не скажешь. 
Все мои вещи из общежития Огнев забрал еще до ЗАГСа, когда мы заезжали за паспортом. Нади не было в комнате, но мой телефон и вещи, оставленные на съемках, аккуратно лежали на моей кровати.  
Яр ни о чем меня не спрашивал, он просто брал и делал, а я млела от восторга. Думала, что новоиспеченный муж тут же поедет к отцу продемонстрировать наши паспорта, но Яр меня опять удивил. После ЗАГСа он спросил меня, умею и люблю ли я готовить, и после моего положительного ответа отвез в продуктовый, где мы запаслись едой, казалось, на полгода вперед, а по факту на неделю. Мы целую неделю не выходили из дома. Сам Яр по-прежнему не ходил на работу и эгоистично не отпускал меня ни на учебу, ни на съемки. Откуда меня, мягко говоря, попросили. На мое недовольство тем, что Огнев загубил мою не успевшую и начаться карьеру, он лаконично ответил: 
— Я что-нибудь придумаю. — Затем поцеловал в шею над ключицей и повалил на кровать, недвусмысленно намекая на то, какие усилия я должна приложить для получения его помощи. 
И Яр действительно помог. Пробив что-то по своим знакомым, он привел меня на какую-то студию, вручил хорошенькой девушке и, шепнув на ухо: «Без Мира ничего не подписывай», — поцеловал в макушку и ушел. Это было нашим первым расставанием за все это время, и в груди уже начало саднить, как девушка меня отвлекла, представившись, и предложила поговорить. Ольга оказалась агентом и начала предлагать мне разные варианты, и все они были в одном направлении. Фотосъемки в стиле бьюти. Никакого тела — вот оно, условие Ярослава, о котором он умолчал.  
Сначала я почувствовала себя обманутой, но уже через неделю поняла, насколько сильно ошибалась и насколько это мое. Я снималась и для рекламы косметики, и для не особо известных глянцевых изданий, получая настоящее удовольствие, а Яр вернул себе управление компанией. Его отец был как никогда доволен и два раза в день звонил мне с приглашениями в гости.  
Ярослав был против. Я тоже. Общаться с Мариной хотелось еще меньше, чем с Огневым-старшим, который странным образом, несмотря на все свои идиотские условия и давление на сына, начал мне импонировать. Через какое-то время мужчина сдался и вместо приглашений его звонки превратились в обычные короткие разговоры. Станислав Владимирович интересовался, все ли хорошо у меня и Яра, затем желал нам удачи и, скорее всего, из вредности напоследок все же напоминал, что всегда рад видеть нашу молодую семью у себя в гостях. 
Наши же отношения с Ярославом были похожи на что-то нереальное и вымышленное. Потому что, оказываясь наедине, мы сразу же набрасывались друг на друга, словно сумасшедшие нимфоманы, так ни разу и не поговорив обо всем случившемся серьезно. 
  
Глава 26
 
Рита. Пять лет назад
— Маргарит а , из всех пробных снимков твои подошли бы нашей компании больше всего, — быстро проговорил мужчина, подойдя ко мне со спины.  
Я стояла у зеркала и, перегибаясь через стол с косметикой, стирала макияж.  
— Виттор, — кивнула я, посмотрев на мужчину через отражение. Представитель крупной линейки люксовой косметики оказался русским, который морщился каждый раз, слыша к себе исконно-русское обращение. Я старалась его не злить, но общаться с ним не особо хотелось. Особенно слушать, как он нарочно коверкал свою речь, пытаясь говорить на нашем родном языке с акцентом, выходило не очень…