Последний дракон (СИ)

— Давайте я лучше позову ваших братьев. Они продолжают ждать возможности увидеться с вами, сидя в коридоре.
Дарион кивнул.
И через мгновение Томас завел в помещение Лиара и Рэмзиона. Лиар первым бросился к нему, как щенок к хозяину. Дарион был рад видеть их обоих живыми. Поддавшись слабости, позволил обнять себя.
— Живой! — выдохнул Лиар, обнимая так крепко, будто он с того света вернулся.
  
— Да, живой, — хлопнув брата по спине, Дарион слабо улыбнулся и взглянул на Рэмза, который стоял немного в стороне.
— Извини, но я с объятиями, как баба, бросаться не буду, — скривился Рэмз, проходя к креслу возле койки.
— Переживу, — хмыкнул Дарион.
— Боги, мне сейчас даже плевать на ваше мнение, — отстранившись, бросил Лиар. Дарион заметил, как он незаметно шмыгнул носом. Лиар всегда был более чувствительным и эмоциональным. — Я так рад, что ты вернулся!
— Томас сказал, что ты у нас снова демон, — внимательно осматривая его, произнес Рэмзион. — Уверен, что нам не нужно вновь собирать легион и ждать, когда ты станешь большим и страшным драконом?
— Рэмз, — с упреком посмотрел на него Лиар.
— Что — Рэмз? Он как бы был черным драконом всего-то две недели назад, — развел Рэмзион руками. — У меня есть причины волноваться. Как тебе вообще удалось подавить вторую сущность? И что ты помнишь последнее?
— Это допрос? — Дарион почувствовал напряженность Рэмзиона, его настороженность, смешанную с чем-то непонятным. Брат словно выставлял колючки, чтобы напасть первым, защититься. Он всегда так делал.
— Прекращайте бодаться, — пожаловался Лиар.
— Ладно, ладно, — Рэмзион поднял руки. — Я просто спрашиваю.
— Я не знаю, как мне удалось подавить вторую сущность, — ответил Дарион. — С момента пробуждения дракона я помню лишь Джейми.
Он не стал рассказывать о муках трансформации, о том, как ломал себя, чтобы вернуться, о том, как умирал раз за разом с мыслью, что Джейми его ждет там, у кратера, что он погибнет, если они не возвратятся.
— Он вернул тебе магию, — напомнил Лиар.
— Он всунул две конфликтующие силы в одно тело, если точнее, — заметил Рэмзион. — Удивлен, что тебя не разорвало прямо на месте. Что сейчас с твоим объемом магии?
— Думаю, он значительно сократился.
— Насколько сильно? — забеспокоился Лиар.
— Как до того, как я поглотил силы отца. Приблизительно на том уровне. Как, кстати, отец?
Лиар с Рэмзионом подозрительно переглянулись. Дарион не питал нежных чувств к Фэйтону, часто его ненавидел, но поймал себя на мысли, что не хочет слышать о его гибели, несмотря на выходку с Хантером.
— Он жив, — резко ответил Рэмзион. Дарион подметил, как изменилось его лицо.
— Рэмз сослал его на пятый уровень, — добавил Лиар.
— Он что-то успел натворить?
— Пускай радуется, что я оставил его в живых, — отрезал Рэмзион, выглядя так, словно желал отправиться на пятый уровень и придушить отца голыми руками.
Дарион видел, что здесь не просто попытка избавиться от родителя, который загубил их детство. Между Рэмзионом и отцом произошло явно что-то серьезнее, чем борьба за трон. Дарион перевел взгляд на Лиара.
— Я не знаю, что случилось, — пожал младший плечами. — Мне никто ничего не говорит, а отец сам согласился с его решением.
— Ясно. — Дарион не хотел сейчас разбираться с этим. — Что с обстановкой в стране?
Оба снова замолчали, переглянулись.
— Да нормально все, — небрежно ответил Рэмзион, заерзав нервно на стуле. Лиар отводил взгляд.
Дарион сдержал улыбку. Эти двое выглядели так забавно, считая, что он не в курсе смены власти. Они явно боялись сообщить ему эту новость.
— Есть кое-что, что ты должен знать, — заламывая пальцы, начал Лиар неловко. — Дело в том, что…
— Я теперь император Ночных Глубин, — закончил Рэмзион.
— Выдохните, — все же улыбнулся Дарион. — Томас мне все рассказал.
— Правда? — смутился Лиар. — Ты злишься?
— На что?
— На то, что это я, — ответил Рэмзион. — Занял твой трон. Не делай вид, словно не понимаешь. Все выглядит так, будто я отобрал у тебя корону. Уверен, у нас все в стране до сих пор думают, что я закрыл тебя на седьмом уровне ради власти.
— С каких это пор тебя интересует то, что думают другие? — удивился Дарион. Тот Рэмзион, которого он знал, никогда бы не переживал по этому поводу. С ним что-то случилось?
— Он как бы не очень плох, Дэй, — заступился за него Лиар. — Я имею в виду правление. Может быть, тебе пока отдохнуть? Черт, ты не думай, что у тебя отбирают корону, просто народу нужна хоть какая-то стабильность, и если ты начнешь оспаривать право наследия сейчас…
— Я не собираюсь оспаривать это, — остановил его поток слов Дарион.
— Позволь внести ясность. Ты согласен присягнуть мне на верность. Мне? — шокированно спросил Рэмзион.
— Я доверяю решению своего супруга, — уверенно заявил Дарион. Он старался не показать своего смятения. Как Джейми удалось разглядеть в изворотливом, хитром и самодовольном демоне хорошего правителя? Дарион не понимал, почему он в своих братьях так много не видел.
— Тебе явно нужно еще подлечиться, — смотря на него как на душевнобольного произнес Рэмзион.
Лиар рассмеялся.
— Я рад, что ты все понимаешь, — хлопнул он Дариона по плечу. — Мы переживали о том, как ты воспримешь эту новость.
Дарион кивнул. Он понимал их.
Что бы ни видели другие, что бы ни говорили, Дарион уверен был в одном: Рэмзион и Лиар его не предадут. Никогда. Как бы ни складывались обстоятельства, они примут верное решение, прикроют ему спину. Он никогда не рассматривал их как соперников и был уверен, что и братья не воспринимают его так. Дарион знал и видел, что оба, и Рэмз, и Лиар, готовы пойти за ним в ад. И это всегда согревало.
— Расскажите мне подробнее, что происходило с того момента, как на меня надели камень дракона, — попросил Дарион.
И они начали говорить. То один, то второй. Поведали историю, от которой стало жутко. Рассказали, что происходило с каждым из них, как Эри шел к своей цели, как началась война, про нападение ратов и вампиров, о том, как драконы захватывали территорию страны. И Лиар, и Рэмзион лишь вскользь упомянули о том, что остались без магии в самый неподходящий момент. Когда речь зашла о Ники и Райне, оба отделались односложными предложениями, в которых было так много скрытого, спрятанного от посторонних глаз, личного. Дарион не стал выспрашивать подробности, ему достаточно было и той информации, что он получил: Эри хотел использовать их всех, но не рассчитал, что, даже ненавидя, они могли объединиться и идти до конца. Дариону стало жаль, что он убил Эри в бессознательном состоянии, он бы предпочел разделаться с ним иначе.
— Что случилось с Хантером? — спросил Дарион, когда прошедшие события стали выстраиваться в одну картину.
— Он… — начал Лиар.
— Мертв, — перебил его Рэмзион, игнорируя вопросительный взгляд младшего.
Дарион видел, что ему солгали.
— Я могу найти его сам, — сообщил он, напомнив о частице сил Джейми, которые активировали заклинание поиска.
— У тебя супруг на сносях. Собираешься бросить его и скакать по полям в поисках твари, чуть было не лишившей тебя ребенка? — спросил Рэмзион.
— Рэмз у нас теперь стал противником мести, — сообщил недовольно Лиар. — Но не переживай, с Хантером мы расправимся сами. Он ускользнул в свою страну. Дело времени, когда мы завоюем их.
— Хорошо, — согласился Дарион. Он хотел бы найти вампира и разделать его на кусочки, но Рэмз, как ни странно, прав. Однажды он уже бросил Джейми ради мести.
Они поговорили еще немного о внешней политике, о мелких проблемах внутри страны, даже о Совете, но никто из них не заикнулся о том, что стало с Фреей, и Дарион не знал, хочет ли он знать о матери. Хочет ли узнать, выжила ли она? Что делать, если она жива? Ее предательство было таким ошеломляющим и болезненным, что Дарион до сих пор содрогался от воспоминаний того дня, когда она пришла в клетку, когда сказала, что хочет видеть его драконом. Это был один из самых сильных ударов в его жизни. В итоге он так и не спросил о ней, а братья не стали рассказывать. А позже и вовсе вернулся Томас, прогоняя посторонних, будто они и не были венценосными особами. Когда они остались наедине, он напоил Дариона зельями, снова раскинул символы, убедился, что никаких изменений нет, и отправил его в сон.