Последний дракон (СИ)

— Почему?
— В своих записях, которые я нашел в лабораториях, он писал о том, что во мне он видел себя — до того, как стал королем, до того, как его магическая сила возросла. В этих строках было столько ненависти, что я удивлен, как он не убил меня раньше, — поежившись от воспоминаний, поделился Джейми. — У него были навязчивые мысли и видения, в которых я отнимаю у него трон. Он был болен, а никто этого не понимал.
  
— Я помню, — кивнул Эри. — Тебе тяжело было в детстве. Ты боялся его.
— До ужаса боялся. Но старался заслужить его любовь любыми возможными способами, только Вэй в этом преуспевал больше меня.
— Твой брат был садистом еще в детстве. Я помню, как он издевался над слугами, а ты потом их втайне лечил, — улыбнулся Эри. — Ты был таким добрым.
— Скорее глупым, — хмыкнул Джейми.
— И это тоже, — засмеялся Эри, заваливаясь рядом с ним.
Они встретились взглядами, и Джейми почувствовал этот короткий миг, когда их души были распахнуты друг перед другом.
— Я так много хочу у тебя спросить и узнать, но боюсь потревожить затягивающиеся раны, — шепотом произнес Эри, ложась на бок и смотря теперь всецело на него.
Джейми от столь откровенного разглядывания захотелось спрятаться, но Эри продолжал держать дистанцию.
— Я боюсь даже представить, насколько тебе, должно быть, было тяжело находиться новорожденным омегой среди демонов, — заглядывая в глаза, произнес он.
Джейми хотел сказать, что он не был один, что ему помогали, по-своему, но защищали. Пускай Дарион и выполнял условия сделки, но он оберегал его, учил, как быть омегой. Да, закончилось это все не радужно, но без Дариона он бы и вовсе не выжил.
— Тебе не страшно вновь вернуться к нему? Я никогда не поверю, что ты мог влюбиться в кого-то похожего на Дариона. Ты ведь хотел найти родственную душу, добрую девушку, которая родила бы тебе ребятишек и с которой вы вместе жили бы в каком-нибудь сельском городишке.
— Удивлен тому, что ты до сих пор это помнишь, — улыбнулся Джейми.
— Конечно помню. В тебе и тогда, и сейчас, несмотря на все, что с тобой случилось, так много света и тепла, что это не может не притягивать внимание.
— Как твоя истинная форма? — попытался Джейми уйти от серьезного разговора. Он не хотел разговаривать о себе. Ему нечем было похвастаться. Он не знал, остался ли в нем еще свет после всего того, через что ему пришлось пройти.
 — Нет. Я в форме дракона все же лучше, чем ты, — шутливо ответил Эри. — Но знаешь, у дракона тоже есть своя слабость. Это его всадник. И меня страшит мысль встретить своего всадника, — неловко признался он.
— Почему? Разве ваш потенциал не раскрывается в присутствии всадника в полную мощь?
— Все верно. Только с появлением всадника мы превращаемся в рабов, — мрачно произнес Эри. — Слово всадника — закон, мы не можем противиться их желаниям. Наша сила принадлежит им.
Джейми заинтересованно взглянул на Эри.
— Поэтому ты не хочешь встретить своего всадника?
— Я не хочу становиться рабом.
— А как определить, твой всадник это или нет?
— Не знаю. Магистры нам говорят, что мы сами все поймем, когда встретим, а мать говорит, что наши сердца будут биться в унисон, — хмыкнул Эри. — Она всегда придавала этому излишний романтизм. Но на деле всадник — это дрессировщик, который полностью владеет драконом, его силой, магией, волей. Поэтому так редко в нашем роду можно встретить пару всадник-дракон.
Джейми задумался о полученной информации — вопросы напрашивались сами собой.
— А что происходит с полукровками?
— Гены дракона могут стать доминантными только при определенных условиях. Нашу сущность очень сложно пробудить, но это возможно.
— И что это за условия?
— Есть некий камень, который способен пробудить дракона в полукровке. В день новой луны при заклинании огня он активизируется, — произнес Эри. — Хорошо, что ты не дракон, Джейми. А то тебя могли бы обратить в дракона против воли.
Джейми поджал хвосты, вздрогнув от воспоминаний о собственном обряде по обращению.
— Хватит с меня уже насильственных обращений, — поежился он, приподнимаясь. Они были надежно скрыты высокой травой вокруг на лугу, обдуваемом со всех сторон.
— Прости, — Эри мягко коснулся его плеча.
— Это не твоя вина, — качнул Джейми головой. — Я вроде бы смирился с новой сущностью, но иногда до воя хочется вернуться в свою прежнюю форму. Стать альфой.
— Процесс необратим? — аккуратно уточнил Эри.
— Да. Отец вплел в заклинание символы необратимости.
Говорить об этом было уже не так больно, но все равно под кожей словно зудело от несправедливости.
— Можно трансформировать саму магию, — предложил Эри.
Джейми издал смешок.
— Ты имеешь в виду голубое пламя? Это лишь легенды вашего народа. Пока еще ни один дракон не смог без вреда для себя использовать голубое пламя.
— А вдруг я смогу? — улыбнулся Эри.
— Тогда ты станешь величайшим драконом в мировой истории.
— И самым сильным существом на планете? — озорно сверкнув глазами, уточнил Эри, словно желая получить подтверждение своему самомнению.
— Да.
— Сильнее, чем Дарион?
— У него огромный объем магии, но он ничего не сможет сделать против того, кто обладает голубым пламенем. Так что да. Определенно сильнее.
— У меня появилась отличная мотивация, — улыбнулся Эри, придвигаясь ближе. — Уверен, что, если бы голубым пламенем могли овладеть и небожители, ты бы уже этого достиг.
— Да, — согласился Джейми, начиная немного нервничать от их близости.
Запах Эри щекотал ноздри, а его энергия была легкой и приятной, несмотря на холод. Он был совсем не похож на демона в своей природной составляющей. Его сила не подавляла, она текла свободно и легко, как воздушные потоки. В нем бурлила притягательная жажда жизни и приключений, молодости, которой Джейми был лишен.
Эри потянул ладонь к его хвостам, но дотронуться не успел — Джейми на инстинктах отодвинулся, словно прикосновение дракона могло причинить боль. Рука Эри зависла в воздухе, он выглядел расстроенным и смутившимся. Джейми стало еще более неловко.
— Извини, я…
— Это ты прости, — поспешно отодвинулся Эри, кашлянув в кулак. — Мне не стоило. Я просто… Они такие красивые, даже серые. Прости. Тебе неприятно, когда твоих хвостов касаются?
— В некотором роде да. Извини.
— Ничего, все в порядке. Правда. Не переживай об этом.
Джейми почувствовал болезненный толчок сердца и, негромко охнув, схватился за рубашку на груди.
— Что такое? — заволновался Эри.
Джейми не успел ответить. Отголоски черной ревности и злости ударили со всей силы, вышибая воздух из легких.
— А-Ми? — Эри схватил его за плечи, разворачивая к себе лицом.
Злость, темная и оглушающая, поглощала целиком, такая черная и беспросветная, пугающая. Джейми не мог вдохнуть из-за нее, сраженный незнакомыми эмоциями. В голове мгновенно образовался хаос из мыслей — что происходит, почему он это чувствует так сильно, как прекратить? — но выделяется одна.
— Дарион, — прохрипел он, магией отталкивая от себя друга. Эри, не ожидавший нападения, отлетел на пару шагов. — Не подходи, — попросил Джейми, желая залезть рукой в свои внутренности и вытащить чужие эмоции. — Он где-то рядом.
— Дэй? Откуда ты…
Ветер, поднявшийся с юга, был такой силы, что деревья вдалеке стали гнуться. Они с Эри увидели его одновременно. К ним навстречу шел Дарион. В императорском камзоле он выглядел пугающе.
Джейми почувствовал, как боль в груди отпускает, словно что-то закрывает его от чужих сильных эмоций. Все еще сосредоточенный на восстановлении дыхания, он лишь краем глаза заметил появившуюся ухмылку на лице Эри.
— Дэй, — поднялся на ноги дракон.
Дарион подошел ближе и остановился в нескольких шагах от них. Джейми поймал на себе его внимательный взгляд, радуясь, что непонятный канал с чужими эмоциями оборвался. Но неужели столь сильные эмоции сейчас обуревают Дариона? Как можно испытывать подобное и оставаться настолько спокойным внешне?