Знакомьтесь, мистер Блэк (СИ)

-Вы продолжите отпираться, мистер Крауч? - вежливо спросил я, когда трансформация закончилась. - Может быть, скажете, что враги подлили вам оборотное зелье с неведомо чьим волосом? Наверно, и темную метку они вам на руку поставили?
Он непроизвольно накрыл ладонью левое предплечье — я уже замечал такой непроизвольный жест у профессора Снейпа, - кашлянул и сказал негромко:
  
-Блэк… всё-таки переиграл меня…
-Не понимаю, о чем вы, сэр, - покачал я головой. - Я и не думал соревноваться с вами, но ваше молчание, повторяю, ставит под угрозу наше общее дело.
-О чем ты, Мерлин тебя подери?
-Кричер, проследи, чтобы никто не подслушал, в особенности директор, - приказал я и повернулся к Краучу. - О возрождении Темного лорда, разумеется. Разве вы работаете не над этим?
Воцарилось молчание.
-Ты… откуда ты узнал? - выдавил наконец Крауч.
Судя по тому, что сидел он смирно, а на Кричера поглядывал с большой опаской, ему хорошо было известно, на что способны домовики. В особенности те, которые защищают хозяев…
-Есть методы, - ответил я. - Все признаки сошлись… Он уже близко, верно? Он уже готов вернуться и вновь возглавить нас…
-Регулус… - сглотнув, произнес он. - Ты? Но этого же не может быть!
-О чем вы? - не понял я.
-Ты сейчас… говорил совсем как он… Даже интонация его! Но ты сам сказал, что Регулус погиб… Или солгал?
Речь его была несколько бессвязной, но суть я уловил.
-Хотите сказать, что я — это Регулус Блэк, а не Райджел? Что я так же, как вы, много лет скрывался, а затем явился в Хогвартс и несколько лет принимал оборотное зелье, выдавая себя за подростка, как две капли воды похожего на себя самого в юности? - я позволил себе засмеяться. - Или же подменил его на четвертом курсе, причем никто из однокурсников и преподавателей даже не заподозрил обмана?
-Уверен, это не составило бы труда…
-Ну что вы, мистер Крауч… Мой отец был умен, но даже ему не по силам было бы столько времени дурить окружающих! Вы принимаете зелье примерно полгода, но вы уже на пределе… Даже преданность Темному лорду не способна увеличить ресурсы человеческого организма… если только на краткий срок, но это не наш случай, не так ли?
Он молчал, часто дыша и облизывая сухие губы, словно его мучила жажда. Или, подумалось мне, абстиненция. Может оборотное зелье вызывать привыкание? Право, не знаю, нужно будет уточнить у профессора Снейпа.
-Я — не мой отец, пусть мы и похожи, - сказал я. - Но я хорошо знаю, чем он занимался. И у меня есть дело, которое он оставил мне, предполагая, что сам может и не выжить. Увы, он оказался прав: завершить его дело предстоит мне. Что ж, я готов к этому. Я шел к этому всю жизнь — не такую уж долгую, но… какое это имеет значение?
Я помолчал и продолжил, тщательно подбирая слова:
-Мерить полезность человека одними лишь прожитыми годами — пустое занятие, не так ли, сэр? Кто-то все это время провел в Азкабане, бестолково, никчемно, не делая даже попыток сбежать, кто-то изо всех сил старался сбросить оковы и вернуться к настоящей жизни… А кого-то растили для того, чтобы он сумел осуществить задуманное его отцом.
И ведь я почти не солгал: меня действительно растили так, чтобы я мог сознательно принимать решения. И я принял одно такое: я действительно должен закончить начатое отцом. Уничтожить Волдеморта… Правда, сейчас не стоило об этом упоминать. Всему свое время.
-Что все-таки случилось с Регулусом? - негромко спросил вдруг Крауч.
-Он погиб, - ответил я.
-Ты говорил, я помню… Но как это случилось? Ты сказал, тебе ничего не рассказывали, но такой пронырливый тип наверняка что-то да выведал, верно?
-Я знаю лишь о том, - сказал я, - что однажды Темный лорд одолжил Кричера у моего отца, что последний счел за великую честь. Кричер не может рассказать, зачем он потребовался повелителю, потому что отец запретил ему говорить и умер, не сняв этого запрета. Очевидно, это было какое-то крайне важное и опасное дело, раз Кричер вернулся едва живым… Ну а отец пропал немного позже. Судя по всему, он был посвящен в тайну повелителя и погиб, защищая ее. Большего я не знаю.
-Но у тебя остались какие-то инструкции, так? У тебя или у старших? - он вперился в меня горящим взглядом.
-Нет, - ответил я. - Мне завещано быть достойным отца, и только. У меня остались его документы, но в них нет ничего по-настоящему ценного. Однако растили меня бабушка с дедушкой, которые, если вы помните, хоть и не приняли метку, всегда склонялись на сторону Темного лорда и поощряли отца. Благодаря им я знаю, что повелитель должен вернуться. Знаю также, что некую роль в этом должен сыграть Гарри Поттер — так называемое дитя пророчества… но как именно, мне неведомо. Но, поскольку я не одно заинтересованное лицо, то…
-О ком ты говоришь? - он подался вперед.
-Вы сами знаете, о ком, - ответил я. - И вполне могу понять вашу к нему неприязнь, однако… Надеюсь, вы знаете, что такое двойной агент?
-Брось, этого не может быть!
Казалось, сбросив личину Грюма, Барти Крауч помолодел. Я мог представить, что говорю с ровесником… ну хорошо, старшекурсником, но не человеком, годящимся мне в отцы.
-Почему нет, сэр? Мой отец, будь судьба к нему более благосклонна, сделался бы спящим агентом, как бабушка с дедушкой, - сымпровизировал я. - В конце концов, связи, деньги — это никогда не будет лишним. А есть и вполне действующие специалисты. И, признаюсь, я искренне восхищаюсь способностью этого человека на протяжении стольких лет сохранять свою тайну прямо под носом у Дамблдора. Вы, напоминаю, по прошествии полугода едва держитесь, а ведь вы с профессором Снейпом ровесники, и на свое место он угодил, будучи намного моложе вас теперешнего…
-Хочешь сказать, что эта скользкая змея, этот предатель Снейп тоже… предан делу? - едва слышно произнес Барти.
-А иначе почему, по-вашему, мои бабушка с дедушкой благоволят ему? - ответил я вопросом на вопрос.
От этого разговора мне уже было не по себе, и я не представлял, сколько еще смогу выдержать в подобном режиме. Впрочем, я всегда могу приказать Кричеру оглушить Барти Крауча, но это уже крайние меры…
-Почему же тогда лорд ни слова не сказал мне о нем? - прошептал он, обхватив голову руками.
-Вероятно, опасался, что вы можете выдать обоих? - предположил я. - Вы ведь играете Грюма, а он и должен относиться к профессору Снейпу крайне негативно! Актер вы, уж простите, не великий, а ошибка в нашем деле смерти подобна… Согласитесь, странно бы выглядело, начни Грюм заглядывать на чай к подозреваемому!
-Пожалуй… сходится, - согласился Крауч.
Руки его ни на мгновение не оставались в покое, длинные пальцы перебирали одежду, бахрому на кресле, изучали завитушки на резном столике… Наблюдать за этим было не слишком приятно.
-Может быть, вы расскажете, как вам удалось освободиться? - вернул я его к теме беседы. - Одних догадок нам мало.
И он рассказал: о том, как мать умолила Крауча-старшего спасти сына, как заменила его в тюремной камере и умерла там — она была тяжело больна, как говорили, и ей недолго оставалось мучиться…
-Чем же таким она болела? Она ведь была волшебницей! - не понял я, не сумев припомнить болезней, смертельных для сравнительно молодых магов.
Драконья оспа опасна, но если бы миссис Крауч болела ею, запереть ее в Азкабане означало с большой степенью вероятности убить большую часть заключенных. И без того ослабленные постоянным контактом с дементорами, без лечения, они быстро бы поддались болезни… Может, на то и был расчет? Но нет…
-Не знаю, - ответил он. - Какая разница?
Миссис Крауч умерла, а вот ее сын из одного заключения угодил в другое. Отец держал его под Империо, а следила за ним семейная домовушка Винки. Но со временем у Барти выработалась привычка к заклинанию, и в один далеко не прекрасный для Крауча-старшего день ему удалось сбросить оковы…
-Знаете, - сказал я ему на этой патетической ноте, - профессор Снейп будет счастлив вас исследовать. Он давно мечтает о подопытном с приобретенной, не врожденной резистентностью к Империо!