Наказание для нее (ЛП)

— Я не должен желать тебя, Милашка. Это не правильно, так чертовски не правильно, но я не в силах больше противиться этому. — Его слова, я упиваюсь ими, они словно морось в жаркий летний день.
— Я… мистер…
— Роман, детка, просто Роман. Сегодня ночью, есть только мужчина и женщина, которые хотят друг друга. — Давление между моими ногами свидетельствует о том, что он на самом деле видит во мне гораздо больше, чем просто лучшую подругу своей дочери.
— Я хочу познать, какова ты на вкус. Вся ты, — шепчет он.
— Что? — Мой голос, похож на писк, и его никак не назвать сексуальным, но это единственное, на что я способна в данный момент, потому что понятия не имею, что еще делать.
— Киянти, ты раньше была с парнем?
Качаю головой в ответ, и замечаю столь знакомую сексуальную ухмылку.
— Хорошо. — Без предупреждения, мои пижамные шорты стянуты с бедер. Когда они на полу, я смотрю, как великий детектив Роман Арчер становится на колени между моих бедер. — Ты ведь хочешь этого… верно?
— Да. — Одно единственное слово, которое я сумела прохрипеть. — Но здесь?
Он не отвечает. Вместо этого, раздвигает мои бедра и скользит носом вдоль моих трусиков. Он вдыхает мой аромат. Мое лицо, все в груди просто пылает от стыда.
— Но что если…
— Шшш, милашка. Я сделаю тебе хорошо. — Его руки тянут мои трусики в сторону, и звук, который вырывается из его груди, дикий. — Твою мать, ты идеальна, — шепчет он, прежде чем его рот касается моей плоти. Я закатываю глаза, а пальцы ног скручивает, когда удовольствие проходит через все нервные окончания в моем теле.
Забываю, что мы на кухне. Я забываю, что сижу в трусиках за обеденном столе, а отец моей лучшей подруги стоит на коленях, уткнувшись лицом между моих ног. Он лижет, сосет, упивается мною, как и я им, после обеда. Он высовывает язык, погружается в жар моего тела. Он вращает шершавым большим пальцем по моему клитору, дразня и соблазняя меня, словно я просто музыкальный инструмент, которым он владеет. И какую музыку он играет, когда вокруг нас раздаются мои хныканье и аханье.
— Сладкая, как мед, — бормочет он у моих чувственных половых губ.
Мой живот сводит от спазма удовольствия, по спине бегут мурашки. Его рот не сбавляет напор. Его пальцы погружаются в мою киску, и когда его зубы прикусывают клитор, моя рука прижимается ко рту, чтобы не закричать.
Мои бедра извиваются у его лица. Я не могу остановиться. Как и он.
Спустя несколько минут, когда я наконец перевожу дыхание, мистер Арчер поднимается с коленей и ухмыляется.
— Ты такая сладкая на вкус, Милашка.
Затем он наклоняется ко мне, и его влажные губы касаются моего уха.
— И поверь мне, это не последний раз, когда я собираюсь испить этот вкус.
Больше он не произносит ни слова. Только помогает мне привести себя в порядок и оставляет на кухне, в полнейшем недоумении, что, черт возьми, только что произошло.
  
Глава 4
 
Роман
Несмотря на то, что я больше не видел Киянти с той ночи неделю назад, я постоянно думаю о ней. Она там, вне досягаемости, и все, что я хочу, — это проглотить ее. Сегодня у нее вечеринка по случаю дня рождения, и ее чертов отец пригласил меня присоединиться к нему в праздновании этого важного для нее дня. Восемнадцатилетие. Теперь она женщина, и все становится опасным.
Я стараюсь поступать правильно. Меня преследует ночь, когда я вкусил ее, попробовал. В основном потому, что хочу большего. Как бы это ни было неправильно, ничего не могу поделать с ее ароматом, который дразнит меня. Все просто бурлит в моей голове. Должен держаться от нее подальше. Но в глубине души знаю, что человек может выдержать очень многое.
Натягиваю пиджак и вздыхаю, потирая руками заросший щетиной подбородок. Я не брился два дня, и проблески седых волосков на моем лице подтверждают, что я для нее слишком стар. Сейчас она, возможно, и совершеннолетняя, но по-прежнему маленькая девочка, лучшая подруга моей дочери.
Что я за человек, если стану проявлять свои желания в отношении ее? Той ночью, я облажался. Познал вкус ее, сладкой киски, и это было самое вкусное лакомство, которое я когда-либо позволял себе испробовать.
 
— Детектив Арчер, — отвечаю, сняв трубку, и пытаюсь отбросить прочь образ ее манящих глаз из головы.
— Я… Привет, — Голос Кии звучит неуверенно, пронизан страхом, от которого у меня стынет кровь в венах. — Мистер. Ар-Ар-Арчер. — Моё имя из ее уст, словно шепот мольбы, мое сердце неистово колотится в груди.
— Что случилось, детка? — спрашиваю я, на ходу хватая ключи, когда направляюсь к двери. Уже в машине, когда она наконец отвечает тихим, но в то же время пугающим тоном.
— Не могли бы вы забрать меня, пожалуйста? — От ее слов сочится отчаянием, и моя грудь сжимается от беспокойства за девушку, которая прокралась в мою голову и сердце. Завожу двигатель и выезжаю на дорогу так быстро, что мои шины визжат в знак протеста.
— Где ты находишься? — Мой собственный голос звучит прерывисто, он пронизан тревогой.
— Я… я в подвале дома какого-то парня. Мы должны были быстренько выпить, перед тем, как отправиться на вечеринку…
— Где ты, черт побери, Киянти? — Мой голос похож на команду, грубый, и я почти ощущаю, как она вздрагивает от моего голоса. Но судя по тону ее голоса и страху, который нарастает с каждым словом, я не в игрушки играю. Если она ранена, если с ней что-то случилось, я убью того, кто причинил ей боль.
— Дом номер 365 по Хендалл Роуд, — шепчет она в трубку, и я уже нажимаю ногой на педаль газа, прежде чем она успевает произнести последнее слово.
— Будь со мной на связи. Приеду минут через десять. Ты в порядке?
— Да, — вздыхает она, и мне интересно, разочарование ли это из-за меня, или тот факт, что она попала в беду, из которой она не может с легкостью улизнуть. Я не упустил одно: она позвала меня, не своего отца. Этот факт заставляет меня улыбнуться. Почему-то, я счастлив быть мужчиной в ее жизни. Тем, кто готов прийти ей на помощь. Хочу быть ее рыцарем в сияющих доспехах.
— Говори со мной, малышка, — призываю ее, чтобы услышать ее голос. Мягкий, мелодичный тон поможет мне успокоиться и сосредоточиться на дороге.
— Мне… мне очень жаль. Я так накосячила, — произносит она, и я знаю, что она плачет.
Мое сердце бешено колотится в груди, когда слышу ее слова.
— Ты еще так юна, Милашка, не стоит терзать себя по этому поводу. Все мы в молодости совершаем ошибки, — говорю я ей, стараясь успокоить и ее, и себя самого.
— Серьезно? — Ее голос звучит громче, как будто она не верит, что я был испорченным подростком, но так оно и было.
— Ага, я не был таким примерным мальчиком, как ты думаешь.
Я усмехнулся. На дорогах спокойно, и я радуюсь этому. Не знаю, смог бы я сконцентрироваться на дорожных пробках и Киянти.
— Значит, вы не сердитесь на меня? — Ее голос такой невинный, такой наивный, хотя я знаю, она далеко не такая. И все же я люблю ее. Мое сердце сжимается от осознания того, что она в опасности.
— С чего ты взяла, что я злюсь, малышка? — Спрашиваю я, нахмурившись в замешательстве. Я больше всего на свете хочу сделать ее счастливой, и полагать, будто я на нее сержусь, просто смешно.
— Вы не… С той ночи на вашей кухне, ты не…
— Милашка, мы с тобой…. Это то, о чем нам стоит задуматься. Давай поговорим об этом когда встретимся, через пару минут, ладно?
— Хорошо, — произносит она, и я буквально ощущаю ее улыбку.
— Ты сможешь выбраться из дома? Я за углом, — говорю я ей.
— Да, сейчас открою дверь.
И в этот момент я останавливаюсь возле триста шестьдесят пятого дома. Ее стройная фигура в разорванной одежде появляется на тротуаре, когда я припарковываю машину. Прежде чем она успевает открыть рот, я выскакиваю из машины и огибаю капот.
Мои руки тянутся к ней, притягивая к себе. Она всхлипывает в моих объятиях. Все ее тело дрожит от страха, и я хочу только одного — защитить девушку. Поцеловав Кианти в макушку, я вдыхаю аромат ее шампуня. Она такая крошечная, такая маленькая в моих ручищах, и я точно знаю, что больше никогда ее не отпущу.