Герой

— Они сами нас нашли, — объяснил Реджис.
Дорегардо удивленно оглядел кучку оборванцев и взмахнул рукой. Хафлинги, сидевшие на пони, окружили бандитов.
— Они у нас в плену, — заверил Реджис Дорегардо. — Мы взяли их с собой; у них есть время до моста Боарескир, чтобы убедить нас в том, что они встанут на путь исправления.
— Или для того, чтобы перерезать вам глотки во сне, — пробормотал Шовиталь.
— Я не нуждаюсь во сне, — произнес Афафренфер, и Шовиталь окинул его неприязненным взглядом.
— Позвольте представить вам брата Афафренфера из монастыря Желтой Розы, — быстро вмешался Реджис. — Брат Афафренфер — убийца дракона. А это мой старый друг Вульфгар из Долины Ледяного Ветра, — не останавливаясь, тараторил Реджис.
Ему не понравился угрожающий вид Шовиталя, и он подумал, что лучше будет немного прояснить ситуацию. Этот неугомонный хафлинг вечно искал случая затеять драку, потому что ему не давали покоя сравнения «Ухмыляющихся пони» с «Коленоломами», отрядом ополчения из Дамары, в котором он когда–то состоял. Реджис вполне мог представить себе, как Шовиталь набрасывается с мечом на Вульфгара, а потом они все пытаются сообразить, как снять беднягу с верхушки самого высокого из ближайших деревьев, куда забросит его варвар.
Дорегардо усмехнулся, затем отвесил Вульфгару изящный поклон.
— Это большая честь для нас, добрый господин, — вежливо произнес он и обернулся к Реджису: — Но скажи мне, что вы собираетесь делать в том случае, если эти негодяи не смогут убедить вас в своем искреннем раскаянии?
— Тогда это будет уже не наша забота, — мрачно ответил Вульфгар, и все прекрасно поняли, что он имел в виду.
Дорегардо довольно долго смотрел ему в лицо.
— В таком случае, можете считать, что они уже не ваша забота. — Он махнул своим всадникам, окружившим разбойников.
— Это, знаешь ли, зависит от серьезности ваших намерений, — возразил Вульфгар.
— Ты считаешь, что для них еще не все потеряно?
— Если бы мы так не считали, все они давно лежали бы мертвыми на дороге.
— Значит, мы проводим вас до моста Боарескир, — решил Дорегардо, — и поможем стеречь пленников. А когда мы доедем до моста, то выслушаем ваше мнение.
— И согласитесь с ним?
Дорегардо небрежно пожал плечами.
— Мои товарищи собирают сведения о членах этой банды. Если эти люди хоть кого–то лишили жизни…
Вульфгар поднял руки в знак того, что он все понял и согласен. Удовлетворенный исходом дела, он кивнул.
Торговый путь пролегал по безлюдным диким местам; здесь постоянно провозили ценные товары, постоянно шныряли грабители. Тюрем поблизости было очень мало, и еще меньше находилось желающих, подобно «Ухмыляющимся пони», патрулировать длинную дорогу. Любой, кто решался путешествовать через эти земли, должен был сам обеспечивать свою безопасность. То же самое, разумеется, относилось и к Долине Ледяного Ветра, где правосудие, в случае необходимости, было обычно быстрым и почти всегда суровым.
Дорегардо сделал знак ближайшей всаднице, девушке с большими глазами, которую Реджис видел впервые. Она ловко развернула скакуна и поехала обратно; спустя некоторое время, когда повозка снова тронулась в путь, девушка вернулась, ведя за собой двух пони.
— Ты не присоединишься к нам снова, мой старый друг? — обратился к Реджису Дорегардо, когда всадница приблизилась.
Реджис усмехнулся, не столько этому выражению — в конце концов, как можно было считать Дорегардо «старым другом», когда рядом с Реджисом на скамье сидел огромный варвар? — сколько заманчивому предложению. Он принял его, привычным движением взлетел в седло и поскакал между Дорегардо и Шовиталем, обещая поведать им вечером у костра захватывающие истории.
И что это были за истории!
Реджис в подробностях описал войну за Серебристые Болота, вплоть до последней, самой важной битвы у крепости Темные Стрелы, увенчавшейся великой победой короля Бренора и его союзников. Много раз «Ухмыляющиеся пони» разражались восторженными криками, и даже пленные бандиты время от времени выражали свое восхищение.
 
Реджис упомянул о битве драконов над горой и уговорил Афафренфера описать сражение с белым вирмом на леднике. Несмотря на то, что монах из скромности преуменьшил свою роль в этом событии, после каждой его фразы слушатели потрясенно ахали и охали.
Реджис закончил свой рассказ поздней ночью, но никому не хотелось спать, даже Аделарду и его сообщникам, — все перешептывались и смеялись, вспоминая великие события, все восхищались отвагой короля Бренора, короля Харнота и короля Эмеруса Боевого Венца.
— А теперь вы едете к мосту Боарескир, — произнес Дорегардо, когда шепот стих, а хафлинги, бандиты и варвар направились к своим спальным мешкам.
— На самом деле, мы направляемся в Сюзейл, — сообщил Реджис.
Дорегардо и Шовиталь обменялись озадаченными взглядами.
— Морада Тополино? — спросил Шовиталь, и улыбка Реджиса подтвердила его догадку.
— Я пообещал госпоже Донноле, что вернусь. И вовсе не собираюсь нарушать это обещание!
Шовиталь Тердиди, который очень хорошо помнил прекрасную Доннолу, кивнул и ухмыльнулся в ответ.
— А ты? — обратился Дорегардо к Вульфгару.
— Мой пылкий юный друг весьма часто нуждается в защите, — ответил варвар.
— Не чаще, чем Вульфгар, который однажды в темном туннеле разбил себе лоб о камни, — огрызнулся Реджис.
— Еще одна история?! — воскликнул Дорегардо, и Реджис рассмеялся: он был весьма не прочь продолжать травить свои байки.
Но Шовиталь отошел от друзей и направился к человеку, который в одиночестве сидел на плоском камне, пристально вглядываясь во тьму. Реджис замолчал, и остальные прислушались к их разговору.
— Монастырь Желтой Розы, так сказал Паук. Ты из Дамары? — заговорил Шовиталь. Его заинтересовал таинственный монах. Он сам был родом из этой далекой страны и начал свою карьеру там, в отряде ополчения хафлингов, известном под названием «Коленоломы».
— Я намерен вернуться туда, — кивнул Афафренфер.
— Значит, у нас есть о чем поговорить, добрый монах! У меня были друзья в тех дальних краях, но я уже слишком давно не видел их!
Он вскарабкался на камень рядом с монахом и завел с ним разговор.
— Надеюсь, что ваш друг действительно не нуждается во сне, — обратился Дорегардо к Вульфгару и Реджису, — потому что Шовиталь Тердиди не отличается скромностью, когда речь заходит о его подвигах.
Реджис кивнул — он прекрасно помнил хвастливого воина.
— Ну а теперь, — Дорегардо хлопнул в ладоши, — давай, рассказывай мне эту новую историю. С моим ростом всегда интересно послушать о высоких людях, которые в темноте врезаются в низкие потолки.
Он широко улыбнулся, но лицо его снова посерьезнело, когда он присмотрелся к Реджису и Вульфгару: хафлинг некоторое время вопросительно глядел на друга, и Вульфгар в конце концов кивнул в знак согласия.
— Да, у меня есть для тебя новая история, — негромко, но торжественно произнес Реджис. — Однако, боюсь, тебе трудно будет поверить в нее, ведь начинается она еще в те времена, когда тебя и на свете–то не было.
Дорегардо с некоторым удивлением посмотрел на хафлинга, который на вид казался вдвое моложе него, потом уставился на Вульфгара.
На рассвете повозка снова тронулась в путь, но ни Реджис, ни Дорегардо, ни Вульфгар так и не сомкнули глаз до утра. Выглядел Дорегардо так, словно он все еще не мог отойти от услышанного фантастического рассказа о втором рождении и втором шансе в этой жизни. Кроме того, он, к собственному удивлению, обнаружил, что безоговорочно поверил рассказчику.
Отряд без приключений добрался до моста Боарескир десять дней спустя. Там они встретили другую группу «Ухмыляющихся пони», разведчиков Дорегардо, которые искали сведения о грабителях. Для пяти пленников они принесли хорошие новости, и с ними обошлись милостиво. Однако у шестого, толстого человека с топором, дела обстояли хуже: стало известно, что ему приходилось убивать.