Спектр. Укрощение строптивого (СИ)

— Эти девки и так уже крутятся вокруг него. — зло прошипела Милисента — У них и так женихов будет более чем достаточно.
Нинг рассмеялась.
— Девки? — спросила она — Одна подопечная Хамелеона. Другая носительница божественного питомца. А еще могут быть и другие. Мудрый Филин и Небесный Орел быстро тебе крылья обрежут. И не надейся, что в тени отсидишься.
Нинг молча смотрела на Милисенту, давая ей возможность осмыслить сказанное.
— Как рассказал лисенок, мальчишка вбил себе в голову, что он несет ответственность за тех девиц. — продолжила она — Так как спас их однажды.
— Спасти и создать семью это разные вещи! — запальчиво воскликнула Милисента — Они еще дети.
— И ты решила воспитать своего Спутника под свои требования. — смеясь сообщила Нинг — Вдали от всех. Пока он еще ребенок. Так я тебя немного огорчу, он бессмертный.
— У него не бессмертие, а суррогат. — Милисента пренебрежительно отмахнулась — Только наша семья способна дать ему бессмертие при жизни.
— Вампиры? — спросила ее Нинг — Или Лич? Так ты этим ничего не добьешься. Такие, как он, сами отказались от развития, оставаясь вечными детьми. Даже не думай предлагать ему подобное. У таких, как он есть прекрасная лазейка в виде круга перерождения неподвластного нам.
Милисента полыхнула яростью.
— Для него круг перерождения не панацея! — яростно воскликнула Милисента — Пока он был на Изнанке, он был в безопасности. Сама Изнанка защищала и изменяла его под себя. Но он вышел в Реальный Мир! Любой из Богов может насильно привязать его к себе вырвав из круга перерождения.
— Тогда тебе придется постоянно быть рядом с ним и исподволь менять его мировоззрение. — пожала плечами Нинг — И для начала добиться, что бы он принял тебя.
— Необязательно. — вступила в разговор еще одна собеседница. — Я так поняла, что мать настроила его отрицательно к богам.
— Либи, — посмотрела на нее Милисента — поясни.
— Тебе не понравится. — рассмеялась Либи.
— И все-таки поясни. — попросила Милисента.
— Одна из девушек, находящихся рядом с ним, не имеет божественного покровителя. — многозначительно сообщила Либи — Но уже является носителем божественного питомца. Тебе придется поспешить, пока Лисенок не отвел ее к отцу.
— Не советую спешить. — предупреждающе подняла руку Нинг — С семьей мальчишки с самого его рождения творилось много непонятного. Особенно с его матерью, воспитывавшей его. Мать мальчишки не являлась тем, кем о себе заявляла. Лисенок появился у мальчишки совсем недавно и большую часть времени проспал. Потому мы многого о нем не знаем.
— Что ты предлагаешь? — требовательно посмотрела Милисента на Нинг.
— Тебе придется долго находиться подле него. — рассмеялась драконица — Буквально приручая к себе. Сейчас он слишком дикий и буйный. По словам Лисенка, мать настроила его агрессивно по отношению к богам. Мальчишка даже от Лисенка избавился при первой возможности.
— Мальчишка и девица которой он передал Лисенка имеют тесные магические связи. — задумчиво заговорила Либи — Необязательно сразу наседать на мальчишку. Девица лояльна к богам и способна обеспечить влияние на него.
Нинг резко приподнялась и стала серьезно оглядывать подруг.
— Это неплохой вариант. — подтвердила она.
И вопросительно посмотрела на Милисенту.
— Ты сможешь принять девчонку? — спросила она — Только имей в виду мальчишка может сопротивляться таким попыткам и будет яростно защищать ее от любых посягательств.
Милисента смотрела не читаемым взглядом в пустоту. Да приняв девчонку она будет всегда рядом, но это ведь в будущем придется делить своего Спутника с другой. И довольствоваться отголосками чужих чувств. В ней сразу все вскипало от такой мысли. Спутник должен быть только ее, а все эти девицы будут потом. Ей ненужны суррогаты чувств.
Нинг осуждающе покачала головой.
— Хорошо, оставим пока это. Как ты собираешься вытаскивать из Бездны мальчишку? — требовательно спросила она у нее — Ты ведь для этого не даешь закрыться проходу? И какую цену ты готова заплатить Изнанке? Мальчишка по праву ее.
 
Нинг молча смотрела на подругу.
— Твоя ипостась берет над тобой верх. — сообщила она подруге, не дождавшись ответа — С тобой, как Богиней это недопустимо. Мы не всемогущие в этом мире. Но симбиотическая связь с нашими последователями дает нам неоспоримые преимущества перед другими богами. Что такого произошло, при первой встрече между вами, что ты в ярости вышвырнула его на ту сторону?
Милисента приняла полностью человеческий вид и покраснела отвернувшись.
— Он оскорбил меня! — возмущенно вскинулась она.
И помолчав смущенно прошептала, — И обманул.
Нинг расхохоталась.
— Никогда! — смеясь проговорила она — Слышишь! Никогда и никому не говори, что смертный обманул Бога. Засмеют. Так как это невозможно. Давай, рассказывай.
— Мальчишка обозвал меня Образиной. — в ярости прошипела Милисента.
И с вызовом провела изменившимися, жуткими и когтистыми лапами по своей высокой груди и соблазнительной талии. Глядя на такую красоту у любого руки, протянутся в рефлекторном движении обхватить и прижать к себе. Что бы уже никогда не отпускать от себя.
— Он, видите ли, не может ударить, и тем более убить такую Образину как я. — ярость клокотала в ней взбесившимся вулканом — Особенно если от меня веет такой родной и давно забытой для него ужасом и властью.
Окружающее пространство вокруг собеседниц опять повело, корежа и изменяя все вокруг.
— Как он посмел назвать меня Образиной? — зашипела Милисента — Меня! Богиню!
Нинг опять расхохоталась.
— Ты себя видела в боевой ипостаси? — смеясь спросила она — Ты хоть можешь представить себе, как себя ведут окружающие, когда используешь свою власть?
Нинг хохотала уже не скрываясь. Безудержно и заразительно.
— Да от тебя даже твари Изнанки готовы были бежать, несмотря на все их безумие! — дополнила она — Как он должен был тебя обозначить? Если не знал кто и что ты?
Нинг продолжала смеяться. Вот только взгляд ее был серьезным.
— Но это не является объяснением твоего заявления, что тебя обманул смертный. — сообщила она — Рассказывай во всех подробностях.
— Он рвался к силе и могуществу, постепенно изменяясь и теряя себя под воздействием получаемой силы. Там в центре прорыва была наибольшая концентрация так необходимой ему силы. — глядя сквозь подруг стала рассказывать Милисента.
С болью оглядев подруг, Милисента закрыла глаза замолчав. В помещении установилась хрупкая тишина. Навевая грусть и печаль.
— Я его перехватила уже практически в центре перехода. — продолжила она свой рассказ — Он меня вообще не воспринимал как угрозу. Только как помеху, неопасную и почти родную, в движении к силе, подпитывающей его. И наравне с оскорбительными мыслями, у этого пьяного от всемогущества безумца мощным потоком протекала мысль об еще большей силе и изменениях в теле для получения этой силы.
Милисента уже готова была выть от бессилия, из-за роковой ошибки, совершенной ей.
— Это была маскировка. — сообщила она — Я не знаю как еще назвать происходящее с ним. Он постоянно сохранял часть рационального мышления, что само по себе невозможно. Безумец даже не пытался сопротивляться мне. Когда я отрезала его от поступления чудовищного потока силы, он просто использовал свой глупый бич на тварях, находящихся позади нас.
Милисента вздохнула.
— Хитрая сволочь. — пожаловалась она — Его бич ничто перед божественной силой. Но он и не использовал его против моей силы. Я не знала, как угомонить его, а тут еще и назвали так. Вот в ярости и выбросила его из перехода как можно дальше.
Подавшись вперед, Милисента зашипела от злости.
— Он именно этого и добивался. — сообщила она — Использовал бич и всю силу на самой крупной твари, находящейся позади нас. Его по кругу занесло обратно в переход и дальше, как он думал в глубины Изнанки. Вот только в переходе его ждал проход в Бездну, открытый совместными усилиями магов, Изнанки и моим явлением.