Ароматы нашей любви (СИ)

— Доброе утро, — зайдя в спальню, поздоровалась женщина лет пятидесяти, очень добродушная и милая на вид. — Я принесла вам завтрак, — улыбнулась она брюнетке.
— Я же сказала, чтобы меня никто не трогал! — не двигаясь с места, фыркнула Альба.
— Трогать никто не собирается, я всего лишь принесла тебе завтрак. Ты наверно со вчерашнего дня ничего не ела, — с заботой посмотрела на неё незнакомка.
— Я не буду есть, — отвернувшись, девушка почувствовала, как от аромата еды её живот начал бурчать.
Но она твёрдо решила, что не будет есть и пить ничего из того, что ей принесут. Брюнетка готовила себя к тому, что станет пить воду из-под крана, чтобы поддерживать организм. Ведь ей мама всегда говорила: «Бесплатный сыр бывает только в мышеловке».
Альба подозревала, что ей придётся расплачиваться за своё пребывание, и не известно ещё каким способом. В её голову тут же полезли не прошенные плохие мысли, но встряхнув головой, девушка попыталась отогнать их и повернулась к женщине. Та всё ещё стояла на месте и смотрела на неё грустными глазами.
— Спасибо, но я откажусь, можете уносить, — брюнетка прошла мимо и села на подоконник, смотря за окно.
Вздохнув, женщина развернулась и вышла из комнаты, не забрав поднос с едой, надеясь, что Альба всё же одумается и поест.
Так прошло ещё два дня. Девушка упрямо отказывалась от еды, пока в одно утро к Уберто не подошла Амедея. Доброй души женщина работала в доме родителей Энрике с его рождения, и теперь заботилась о нём самом, включая участников группировки. А какие пироги она готовила… Как говорят: «И накормит, и напоит, и спать уложит».
— Уберто, дорогой, — подойдя к нему, обратилась Амедея.
— Слушаю, душа наша, — с улыбкой повернулся к ней мужчина.
— Послушай, мальчик мой… — начала она мяться и поправлять невидимые складки на рубашке Уберто. Заметив, что женщина переживает, он взял её за руки и, заглянув в глаза, спросил:
— Что случилось, Амедея? Почему ты нервничаешь?
— Просто… Я слышала, что девушка, которая находится в комнате — Альба, твоя давняя подруга, — с беспокойством на сердце за брюнетку, проговорила женщина.
Уберто несколько секунд смотрел на женщину, а потом, ударив себя по лбу, развернулся к Энрике, сидевшему всё это время за столом и попивая кофе.
— Энрике, какого чёрта ты мне не напомнил про Альбу?! — крикнул он.
— Альба? — переспросил мужчина, подняв на него глаза и выгнув бровь.
— Да, Альба! Я про неё совсем забыл! — взвыл Уберто.
— Медицинская сестра, которая? — подавшись вперёд, задал вопрос Энрике.
— Нет, Папа Римский! — друг вскинул руки вверх и закатил глаза. Развернувшись обратно к Амедее, Уберто наткнулся на серьёзный взгляд женщины.
— Вы что, олухи, забыли про девочку?! — Амедея переводила взгляд с одного мужчины на другого. — Альба сидит у вас взаперти и не ест уже два дня! Вы совсем страх потеряли со своими войнушками! — возмутилась она. — Черти вы поганые! — выкрикнула женщина и начала лупить Уберто полотенцем, которое висело у неё на фартуке. Мужчина руками пытался укрыть голову, от гнева Амедеи.
— Как это не ест два дня? — растерянно спросил он.
— Как, как? Вот так! Отказывается она, говорит, что не будет и не пускает к себе никого, — с грустью пояснила женщина, складывая в руках полотенце. Нахмурившись, Уберто посмотрел на лестницу.
— Сейчас всё решу, — кинул он и направился наверх в комнату к бунтарке.
Дойдя до спальни, мужчина, не постучав, сразу же открыл дверь.
— Альба, ты совсем охренела?! — строго выдал он.
Девушка, сидевшая на подоконнике, обернулась на голос, доносившийся со стороны двери. Увидев друга, она хотела кинуться к нему в объятия, но заметив его яростный взгляд, поняла, что тут что-то не так. Брюнетка начала перебирать в своей голове всё, что она могла натворить за время нахождения в этом доме. Но ей ничего в голову не приходило, ведь Альба была тут взаперти. Вопросительно выгнув бровь, она развела молча руки в стороны.
— Ты сейчас серьезно? — недоумевая, спросил Уберто, также разведя руки в стороны.
 
— Конечно, Уберто! Что я такого могла сделать, будучи запертой? — не понимая, задала вопрос девушка. — Проясни, пожалуйста, в чём я виновата?
Мужчина, фыркнув, закатил глаза и потёр лицо ладонями.
— А кто есть за тебя будет, а? — его тон звучал более спокойно, хотя внутри Уберто всё так же негодовал.
— А-а-а-а… Ты про это… — протянула Альба и пожала плечами. — Я не собираюсь есть в этом доме ничего. Я не знаю, что мне могут подмешать! Вдруг меня усыпят и продадут в рабство? Или будут насиловать всей компанией! Я видела, сколько вас тут, и скажу так — меня это не очень радует! — она встала с подоконника и сложила руки на груди. Услышав её реплики, в комнату заглянул охранник, выпучив глаза.
— Ну, нихрена себе ты загнула! Мы же не животные! — возразил Карлос, на что обе пары глаз сразу уставились на него. — Ладно. Молчу, молчу, — подняв руки вверх, он вернулся на своё место.
— Ты совсем сдурела, Альба?! — вновь начинал злиться Уберто, повышая голос. — Я же тебе сказал, что ты в безопасности! Ты в доме, в котором и я тоже нахожусь, ем, пью, иногда сплю!
— Да кто вас знает! — не уступала ему брюнетка. — Я тебя не знаю! Я не знаю кто ты! Кем работаешь! Что тебя со всем этим связывает!
— Я всё позже объясню тебе, — выдохнул тихо мужчина, но в его глазах горел огонь злости и обиды за сказанные девушкой слова. — А теперь пошли, поедим, — он протянул ей ладонь, глядя в глаза.
— Нет! — Альба откинула в сторону руку Уберто. — Я сказала, что не буду есть! Идите к чёрту вы все! Напыщенные индюки! Я не буду плясать под вашу дудку!
— Да ты в край обалдела! — закричал Уберто на весь дом.
Энрике, сидевший тем временем за столом и попивая свой утренний кофе, услышав крик друга, от неожиданности поперхнулся напитком, который чуть не вышел у него через нос. Закашлявшись, он изумленно посмотрел в сторону лестницы. Обычно спокойный Уберто, никогда не повышал голос, а сейчас это был нонсенс.
Уберто, будучи на взводе, выглядел, как разъяренный бык, готовый в любой момент разорвать на части. А Альба так же упёрто и со спокойным лицом смотрела ему в глаза. Внутри неё бушевали эмоции, но девушка знала, что их нельзя показывать.
— Последний раз говорю. Ты. Идешь. Есть, — отчеканил каждое слово мужчина.
— Нет! — стояла на своем брюнетка.
— Ну, всё. Ты сама напросилась, — Уберто ринулся к ней, пытаясь схватить брюнетку за руку.
Но она успела перехватить его руку, ударила мужчину коленом в живот и завела её за спину. От неожиданности Уберто не смог заблокировать удар и поэтому переводил дыхание, пытаясь вырвать руку из хватки Альбы. Так продолжалось несколько минут, пока брюнетка не вывернулась. Она сделала подсечку мужчине, от чего тот с грохотом упал на пол, но, не растерявшись, схватил её за ноги и повалил на пол, пытаясь взять Альбу за руки.
Энрике, сидя в столовой, смотрел на потолок, над которым слышался громкий шум, будто в спальне роняли что-то тяжёлое.
— Какого чёрта там происходит? — сведя брови у переносицы, спросил он и посмотрел на охранника, стоящего на входе. Тот только пожал плечами, сам удивлённый доносившимися звуками.
В это время Уберто умудрился схватить Альбу за талию и, подхватив её, закинул к себе на плечо.
— Скотина! Быстро отпустил меня! — вопила девушка и лупила его по спине.
Мужчина, не обращая внимания, пошёл к лестнице, кипя от злости. Такого представления он не ожидал от хрупкой и нежной Альбы.
Все, кто находился внизу, были в шоке от увиденного. Уберто выглядел помятым, и где-то виднелись красные следы от ударов девушки. На плече мужчина нёс Альбу, которая всё ещё пыталась вырваться. На ней был сарафан, совершенно не скрывающий следы побоев на теле, в отличие от Уберто, одетого в рубашку с закатанными руками и брюках. При этом брюнетка ещё пыхтела как паровоз и ругалась, будто отменный сапожник.