Сопротивляйся, меня заводит! (СИ)

Якуб в это время сунул руку под одеяло и дотронулся до моих ног.
– Согни немного в коленях и разведи ноги в стороны.
Хочет дать мне оргазм? Это и есть его дополнительный подарок? Я сильно хотела получить разрядку, поэтому отложила на потом все угрызения совести вместе с гордостью, зная, что от его пальцев я буду кончать дольше и слаще, чем если сделаю это сама!
– Умница… – прошелестел голос Якуба.
Через миг влажных складочек коснулись его пальцы, разводя в сторону, оттягивая.
– Ммм… – простонала и задрожала от предвкушения, ахнув через секунду. – Якуб!
Внутрь проскользнула головка прибора, небольшая, но гибкая, приятная – я ощутила всеми стеночками.
– Тшш… Ничего не спрашивай, наслаждайся, – попросил он и… нажал на что-то.
Прибор завибрировал в глубине моего влагалища. Причем, один конец вибрировал в глубине, а второй прижимался к клитору и тоже вибрацией ласкал его.
– Якуб!
– Подожди, буду им управлять! – отозвался мужчина и полез в свой телефон, потыкал что-то на нем, снова нажал на едва заметную кнопочку на игрушке и сел в кресло.
– А теперь пожужжи для меня, я буду менять программы! – ухмыльнулся Якуб порочно, держа в руках телефон, сопряженный с вибратором.
– О черт… – простонала я. – Я не ожидала такого.
– Я же обещал тебе хороший прибор, помнишь?
– Помню, – пролепетала я, кайфуя от приятных ощущений.
– Это сатисфайер.
Якуб сел в кресло и потыкал что-то в телефоне, я чуть не вскрикнула:
– Аааа…
Головка прибора начала вибрировать предельно быстро, множа приятные ощущения. Но через секунду вибрация пошла на спад и теперь дрожал только тот конец прибора, который был вставлен внутрь. Широкий, продолговатый конец, лежащий на клиторе, вибрировал едва заметно, больше дразня, чем лаская.
– Якуб! Ты мучитель…
– Наслаждайся. Закрой глаза и наслаждайся! – попросил он.
– А мне можно?
– Тебе нужно, – ответил хрипло.
Снова нажатие.
Тело пронизывало пульсациями тока, жаркие волны то возвышались, то шли на спад, распаляя.
Разрыв…
Небольшая передышка.
Снова дрожь, от которой меня выгнуло в спине.
Но больше всего меня возбуждал даже не хорошо работающий прибор, а взгляд Якуба. Я получала от него мощный приток возбуждения. Боюсь, я могла бы течь просто от одного его взгляда, воплощающего все порочные фантазии в своей глубине.
– Еще, Пчелка, еще… – севшим голосом попросил Якуб и поправил ширинку, сел поудобнее.
– А ты?
– А я? Что я…
– Ты хочешь? – застонала, когда прибор начал действовать предельно быстро.
– Очень. Но мы в больнице, – заставил себя сказать.
– Я скоро… – зашептала. – Кончу…
Глаза закатились от удовольствия, от того, как Якуб наслаждался мной и моим телом, дрожащим от удовольствия. Если бы он меня поцеловал… Прямо сейчас… Но почему-то думаю, что еще не время. Не поцелует, а самой давить не хочется. Хочу, чтобы он сам этого пожелал так сильно, что плюнул на свои принципы. Интуитивно понимаю, что там нечто глубокое, не просто предрассудок – не целовать временных девушек.
Пусть сам дойдет, а пока…
Я поманила его пальчиком и облизнула губки.
– Хочу тебя в свой ротик.
– Что?
Якуб аж напрягся, дернулся всем своим большим телом.
– Иди ко мне, я придвинусь ближе и смогу взять тебя в ротик. Так мы не наделаем много шума. Иначе буду стонать и кричать…
– Заткнуть твой ротик членом? – он тяжело дышал, гипнотизировал меня своим взглядом, отложив телефон в сторону.
Наверное, задал одну из программ на сатисфайере, потому что вибратор жил своей жизнью, дразнил и погружал меня в пучину приятных ощущений.
– Да. Заткни. Покрепче… – попросила я.
– Только дверь закрою.
– Не закрывай, – шепнула. – Пусть будет так.
Якуб встал и подошел к кровати, я в это время сдвинулась к краю, пылая от возбуждения. Мои губы горели, рот был наполнен слюной от желания.
– Могут заглянуть в любой момент… – предупредил Якуб, расстегивая ширинку.
Он немного приспустил вниз джинсы, оттянул вниз резинку боксеров. Пальцы сжали эрегированную дубинку в кулаке, двинули по стволу несколько раз. Он потек смазкой…
 
– Да-да. Могут.
Якуб запустил пальцы левой рукой в мои волосы и подтащил голову к самому краю, надавил на затылок, максимально близко приблизив к себе. Толстой, горячей головкой члена он провел по моим губам, разносят терпкую смазку.
– И что же они увидят? – спросил, надавливая головкой.
Его дыхание перехватило, когда мои губы распахнулись. Я старательно вобрала его головку, постанывая, нетерпеливо начала лизать и сосать ее, как громадный чупа-чупс.
– Они увидят, как я трахаю ротик… Самый сладкий ротик в мире. Самый ядовитый… – шепнул Якуб со стоном. – Самый греховный… Ох, млять. Лизунья моя… Возьми его весь! Возьми! – то ли попросил, то ли потребовал, крепко-крепко сжимая волосы у корней.
Я бы сказала, что он тоже для меня особенный во всем. Но думаю, нахалу и так было прекрасно это известно! Он позволил мне самой вобрать толстый, мощный ствол до самого конца так, как было удобно мне самой, и замер. Дрожал телом, сжимал и разжимал пальцы, пульсировал каменным напряжением у меня во рту. Я тяжело и часто дышала через нос, готовясь к его финалу и начала работать языком, проталкивая член еще глубже, посасывая.
– Твой ротик – это нечто. Еще раз… – двинул бедрами Якуб. – Дай его мне. Подержи вот так, я его трахну. Сам трахну, ты только держи свой грешный ротик для меня распахнутым… Держи! – прошептал и начал двигать бедрами быстро и часто, вбиваясь головкой мне в глотку.
От таких мощных и частых толчков перед глазами начали вспыхивать огненные шары. В том ритме, в котором Якуб трахал мой рот. Сердце тоже подстроилось под этот частый ритм. Тело задрожало в такт, наплевав на ритмы, задаваемые вибратором. У нашего секса был свой ритм непрекращающихся, быстрых толчков.
– Вот так… Ты огонь, просто огонь. Огнище… Ебу тебя. Ебу… Моя… Запомни… Моя… – выдал с рыком и разрядился в мой рот густой горячей струей. – Моя… Моя! – продолжал заталкивать эти слова мне в рот, проникая в самую сущность.
«Моя… Моя… Моя»
«Твоя… Твоя… Твоя…» – безумно сильно отозвалось в глубине, пробивая острым спазмом оргазма на каждом его толчке.
Мия
В больнице мне пришлось провести целых три дня. Ничего серьезного не было, просто переневничала, устала. Наступило сильное истощение, поэтому я хлопнулась в обморок. Ничего критичного, но Якуб считал иначе и проявил себя доминантом, запретив мне покидать пределы больницы без его на то разрешения.
Признаться, мне даже нравилось, жгуче нравилось спорить с ним на эту тему, наблюдать, как его глаза разгораются праведным возмущением. В попытках переубедить меня он иногда прибегал к запрещенным методам, принимался ласкать меня, дразнить прибором или просто пальцами, не давая кончить. Я смирялась для вида, получая в тот же миг сладкую порцию удовольствия в награду. Думаю, Якуб понимал, что эта игра затевалась мной нарочно, потому что слишком довольным и сытым он выглядел после наших небольших шалостей.
– Не могу дождаться, когда полноценно тебя возьму! – выдохнул он в очередной раз, уверенно курсируя пальцами в глубине моего лона.
Потом внезапно он сменил немного положение пальцев, продолжая медленно и чувственно трахать меня указательным и средним пальцем, а большим надавил на вход в попку, смочив его предварительно обильными соками.
– Якуб! – ахнула я. – Хватит.
– Никто не пострадает, только простыня будет сильно мокрой, – ответил он, целуя меня в висок и постанывая на ушко. – Ты звиздец как сильно течешь, когда я твою попку трогаю, в курсе? Просто умоляешь меня взять тебя туда…
– Не… не… не… умоляю, – выдохнула с трудом и захлебнулась стоном, когда его большой палец без всякого труда проник внутрь и начал двигаться там, ритмично, в один так с другими его пальцами.
– Хочешь же, признайся…