Сопротивляйся, меня заводит! (СИ)
– Премного благодарен, Яна.
Она обмерла на месте и заулыбалась, словно выиграла в лотерее миллион.
А ведь Якуб всего лишь подмигнул ей. Всего лишь подмигнул, но она уже готова трусы снимать…
О, как это неприятно наблюдать за этим. Как ревниво я смотрела на девицу в форме медсестры.
Как мне хотелось… не знаю даже, что именно я бы сделала, но точно была готова взорваться на этом же самом месте и воспрепятствовать этому флирту.
– Запишите мой номер. Если что-нибудь срочно понадобится или возникнут вопросы, звоните… в любое время! – подчеркнула Яна.
Якуб вынул телефона и за несколько секунд забил номер медсестры.
Внутри взорвалась ракета.
Стоп, Мия. Это всего лишь… номер телефона медицинского работника!
Я постаралась даже думать о ней не как о женщине, как о бесполом существе, исключительно как о безликом обслуживающем персонале.
– Одна сек, проверим правильность номера! – задвигал бровями Якуб, вызвав улыбку на лице медсестры.
Телефон в ее руках затрезвонил.
– Есть контакт, – хмыкнул Исаев, пребывая в лучшем расположении духа, чем каких-то две или три минуты назад!
– Я сохранила ваш номер, Якуб! – проворковала Яна и упорхнула, счастливая.
Однако буквально пройдя два метра, Яна обернулась и проводила горящим взглядом мужчину, который вошел в палату.
Он вошел к брату и даже обо мне не вспомнил.
Я так и осталась сидеть на диване, со стаканчиком невкусного кофе и шоколадным батончиком, который купил Якуб, пока мы ждали новостей о состоянии его брата. Вообще, Якуб предлагал мне поехать в его квартиру, но я отказалась. Не могла заставить себя уехать, от чего-то решила, что Якубу нужна моя поддержка, что он нуждается в помощи – пусть даже самой мелочной.
Не знаю, почему я подумала, что он нуждается именно во мне! Просто приняла во внимание все, что случилось, и пришла именно к таким выводам. Я видела беспокойство мужчины за брата и посчитала нужным быть рядом в сложный момент.
Может быть, ошиблась? Он обо мне даже не вспомнил, когда другая девушка флиртовала с ним у меня на глазах, а еще он дал ей свой номер телефона.
Дал. Свой. Номер!
Разве недостаточно было просто записать ее номер и звонить в случае нужды?
Нет. Он дал ей свой номер! Дал номер, улыбался, подмигивал, заигрывал, а эта медсестра, уверена, уже потекла.
Яна снова прошла по коридору с крайне счастливой улыбкой, даже не представляя, в каком аду варилось мое сердце. Я не хотела представлять, как он лениво ей отвечает, как он легко вскружит ей голову еще больше и как будет трахать, всаживать член и вырывать довольные стоны и крики из ее глотки. Не хотела думать об этом! Не хотела! Но настойчивые и дурные мысли самостоятельно лезли в голову!
Мне стало физически плохо и больно от этой картины. Я с трудом удержала внутри дрянной кофе и кусочек шоколадки! Меня едва наизнанку не вывернуло от жгучего приступа ревности и равнодушия Якуба.
Ах ты ж… Гад озабоченный. Маньяк сексуальный. Но и Яна – тоже хороша, дрянь!
Сучка, подумала я! Я была так зла, что едва усидела на месте, когда Яна процокала в обратном направлении, виляя задом и стуча каблучками туфель. У меня задрожали пальцы, я была готова уволочь эту мадам в туалет и устроить ей темную!
Мой взгляд едва не прожег дыру на ее спине!
Наверное, она почувствовала мой взгляд и обернулась, посмотрела с улыбкой:
– Вы что-то хотели?
Боже, до чего я дошла! Я сверлила взглядом ее лицо и представляла, как таскаю эту шлюшку за волосы, стирая улыбку. Нужно не подавать виду, что я так зла и ревную настолько сильно.
– Я? – усмехнулась. – Нет. Работайте, кажется, я вас нечаянно отвлекла. Наверное, вас пациенты очень ждут, – ответила я, удивившись, как звучал мой голос – холодно и хлестко.
Но я кипела в этот момент, как вулкан, клянусь, что кипела.
Яна вдруг засмущалась, пробормотала что-то и внезапно поторопилась уйти, семенила ногами и уже не стучала каблучками так звонко.
Однако стало ли легче у меня на душе? Ничуть!
Я встала и выкинула в урну стаканчик из-под кофе и шоколадку, прошлась до туалета и умыла лицо ледяной водой, чтобы оно не так горело. Но эффект прохлады длился всего несколько секунд, а потом меня снова бросало в жар ревности и досады, от которых сердце билось так, словно отстукивало последние удары.
Хватит, Мия, хватит!
Тебе же плевать!
Но хватило одного взгляда в зеркало, чтобы понять: ни хрена мне не плевать!
Мне было очень-очень плохо от ревности, плохо от того, как Якуб вел себя со мной: то бросал все силы и финансы на то, чтоб вызволить меня из беды, то вообще не замечал. Целовать он меня не хотел, подумала с обидой!
Даже после того, как все закончилось, он меня не поцеловал… Может быть, и не стоит ждать? Скорее всего, не стоит. У нас договор… Поскольку Якуб выполнил свою часть, мне скоро предстоит выполнять свою часть уговора. Постыдно-жаркую, унизительную и потрясающе-прекрасную!
Я не могла успокоиться: обида засела в сердце, как отрава.
Неужели я так мало значу для Якуба, что он даже не считается с моим присутствием и флиртует прямо?!
После предательства мужа я решила держаться в стороне от мужчин, но Якубу удалось проникнуть за мои границы и нанести удар.
Сначала он обидел меня отказом целоваться, теперь задел флиртом с другой девушкой в моем присутсвии…
Хотелось выть и выцарапывать непрошеные чувства из груди – они не должны были появиться там.
Мне было так больно… Горько…
Хотелось ответить ему тем же! Может быть, его не заденет так сильно, как меня, но пусть хоть немного с этого маньяка собьется спесь!
Я постояла еще немного в туалете и вышла, вернулась в коридор, села у палаты, где лежал Адам. В мыслях была пустота, ни одного варианта…
Потом я услышала приглушенный бас Якуба, его низкий голос вибрировал интонациями, а другой голос – почти такой же – вторил ему.
Братья разговаривали, значит, Адам пришел в себя!
Я встала и подошла к двери палаты. Меня никто не остановил, когда я входила.
Якуб сидел на кресле возле кровати, опершись локтями о колени и выговаривал что-то Адаму на своем родном. Ни слова не поняла!
Но зато увидела, как Адам заметил мое присутствие первым и повернула голову в мою сторону, даже улыбнулся, несмотря на громадный кровоподтек и заплывший левый глаз!
Быстро, пока не передумала, я подошла к кровати, села на нее.
– Мия? – удивился Якуб и больше ничего сделать не успел.
Я наклонилась и быстро поцеловала Адама в губы.
– Поправляйся, здоровяк, ты всех здорово перепугал! – отпрянула быстро.
Кажется, Адам обалдел, но ухмыльнулся довольно.
За моей спиной раздался хруст кулаков и скрежет зубов Якуба. Мою спину обожгло, словно огненной плетью. Якуб окатил меня взглядом с головы до задницы и обратно:
– Вышла, нах. Живо! – прохрипел. – Жди меня в коридоре! Еще раз увижу, как ты куда-то свои губы прицеливаешь…
– И что? Что ты сделаешь? – дерзко спросила я.
Глава 28
Мия
Якуб молча сжал челюсти и поднялся, хлопнул Адама по плечу.
– Выздоравливай, брат! Береги себя, приеду к тебе завтра.
– Уже уходишь?
– Нам пора! – Якуб метнул в мою сторону полыхающий взгляд.
– Нам пора? – уточнила я, сделав упор на слове «нам».
– Не выйдешь – вынесу. Выволоку. Вышвырну. Здесь не останешься! – отбарабанил, как будто по щекам отхлестал.
Якуб встал, сжав кулаки, и смотрел на меня таким лютым взглядом, что по коже пробежали мурашки. Пыталась сдержаться, но сердце стремительно пробивало в груди дыру, а эмоции нахлестывали. Ничего не стихало, только разгоралось сильнее и сильнее… Вот-вот уйду с головой в этот бурлящий поток бурных чувств. Слишком бурных! Хотелось дать ответку Якубу такую же мощную и убийственную, чтобы он горел так же, как горела я.
Но по факту, я не знала, задевало ли Якуба именно это или что-то другое. Я не могла заглянуть ему в душу, могла просто наблюдать, как раздувались ноздри его носа, как на медленном, глубоком вдохе приподнялась грудная клетка и замерла, опустившись только через несколько секунд. Он задержал дыхание, чтобы пережить бурю, а я и вовсе не дышала, мир остановился, замер, как в капле янтаря, на эти несколько бесконечно долгих секунд.