Так бывает (СИ)
Спросив телефон Вероники, я распрощалась с мамой.
Когда я вечером сообщила Семену, что будет встреча выпускников, и мне бы очень хотелось на нее поехать, он даже обрадовался.
– Конечно, поезжай. Возьми с собой свою банковскую карточку: вдруг что-то придется оплачивать или приглянется какая-нибудь вещь. Я туда еще денежек тебе сброшу.
Меня так воодушевило его настроение, что я была на седьмом небе от счастья. Отзвонив Веронике, я решила, что по– еду не только на день встречи, но и задержусь у мамы дня на три-четыре. Так как поездом предстояло бы ехать почти сутки, Сема купил мне билеты на самолет – туда и обратно.
Настал день вылетать. Семен обещал меня проводить и попросил, чтобы я дожидалась его дома. Я собрала чемодан. Сделать это оказалось непросто: мне, конечно, хотелось произвести впечатление, но нельзя было выглядеть роскошно. Семен приехал вовремя. «Как обычно, без опоздания, – подумала я и улыбнулась. – Какой он у меня умный, заботливый, самый-самый лучший».
По прибытии в аэропорт мы зарегистрировались, сдали багаж и пошли пить кофе с мороженым.
Мы мило ворковали, обращая на себя внимание прохожих. Наше поведение напоминало молодоженов.
Семе позвонили, и он, посмотрев на часы, сказал:
– Да. Я буду вовремя.
Манера разговаривать у него была необычная, иногда я даже побаивалась его. Он говорил сухо, строго и быстро. Так было и сейчас.
– Тебя ждут. Может, ты уже поедешь? А то вдруг пробка, – предложила я, заглядывая ему в глаза.
– Какая ты хорошая! Все заботишься обо мне. Ты просто супер, – поцеловал он меня. И добавил: – Не то чтобы уж очень ждут, но пока пусть просто не беспокоят, время еще есть.
Мне показалось, будто он немного смутился.
– Как я тебя, мою малышку, здесь брошу – одну в толпе? Еще украдет кто-нибудь! Вот отправлю тебя на досмотр, тогда и поеду.
– Я не маленькая, а взрослая девушка, и могу справиться с любой ситуацией.
– Хорошо, хорошо! Но для меня ты всегда будешь моей малышкой, – он прижал и поцеловал меня очень страстно. – Ты только моя малышка, слышишь?!
– Да, я только твоя малышка… – шептала я на ухо ему.
Волна возбуждения прошла по моему телу. Мне стало жарко, и я отодвинулась от Семена. Он только улыбнулся, поняв, как мне хочется в данный момент оказаться в его объятиях.
Объявили, что начинается посадка, и мы пошли к стойке досмотра.
Распрощавшись, я миновала турникеты. Мне захотелось помахать ему рукой и послать воздушный поцелуй, но, обернувшись, я увидела, что он уже быстрым шагом идет к выходу. «Как он всегда торопится! – подумала я. – Но зато он всегда и везде бывает вовремя, такой уж у него характер». Вздохнув, я пошла дальше.
В зале вылета стояли банкоматы, и, увидев логотип моего банка, я вспомнила, что наличных денег у меня немного. Всегда расплачивался Сема, а у меня была карточка, которой я могла воспользоваться в любой момент. Семен ежемесячно перечислял мне какую-то сумму, а я по необходимости снимала. У банкомата я долго вспоминала ПИН-код, так как давно уже не пользовалась карточкой. Наконец, сняла немного денег и запросила баланс. Когда я увидела остаток денежных средств на карте, у меня округлились глаза. Я не нуждалась в деньгах, но сумма меня не просто удивила – я была в шоке! С прекраснейшим настроением я села в самолет.
День закончился еще лучше, чем начинался. Мама меня встретила, столько было слез и объятий, будто мы не виделись лет двадцать. Но мама есть мама: она всегда переживает, всегда думает обо мне, всегда радуется, когда я рядом.
Мама уже давно жила одна. Папа ушел от нас, когда мне было еще лет пять. Поэтому каждый мой приезд был для нее праздником. Мы легли спать вместе. Она все расспрашивала, а я отвечала.
– А к тебе кавалеры, что, не клеятся? – поинтересовалась я.
– Что значит «клеятся»? – она немного смутилась. – В моем возрасте они ухаживают, а не клеятся.
– Да в каком возрасте! Тебе всего сорок три, ты еще в самом расцвете сил, а ты одна! – спрашивала я, не сводя с нее глаз. – Или не одна?
– Ну, совсем меня смутила, – покраснела она.
– У тебя кто-то есть? Признавайся! – настаивала я.
– Возможно, – растерялась она. – Появился очень хороший человек. Но мы пока всего лишь друзья.
И еще очень долго она мне рассказывала, а я расспрашивала. Уснули мы уже далеко за полночь.
– Мамочка, давай сегодня устроим небольшой шопинг! Я присмотрю себе пальтишко. У вас тут есть супермагазин, там хорошее качество пошива. Потом зайдем в парикмахерскую, а вечером я пойду на встречу.
Мама согласилась провести этот день со мной. Он был выходным, и она была свободна.
Хотя мой город и не считался столицей моды, но здесь было налажено производство пальто, причем качество материала и пошив были идеальными. Все мои знакомые думали, что верхняя одежда у меня вся из Италии или Голландии, куда мы с Семеном периодически ездили одеваться, но это было не так.
Когда мы зашли в магазин, я присмотрела себе очаровательное пальтишко с меховой отделкой. Оно, конечно, было дорогое по меркам этого города, но на сегодняшний день я могла себе его позволить. Маме оно тоже очень понравилось. Я предложила ей померить что-то, но она наотрез отказалась. Зарплата у нее была небольшая, но ей хватало. Иногда я переводила ей сколько-то денежек, но жила она по своим доходам.
Я перебирала вешалку, и мне понравилось еще одно пальто. Оно было как раз для мамы. Я настояла на примерке. Она надела. Смотрелось оно просто супер. Даже мама, увидев свое отражениев зеркале, так и застыла на месте.
– Тебе тридцать, не больше, – искренне порадовалась я.
– Скажешь, тоже. Не преувеличивай, – засмущалась она. – У меня и сапог под него не найдется. Здесь высокие нужны, на каблучке, – обдумывая наряд, произнесла она вслух.
Я убедила ее, что сапоги – это на сегодняшний день не проблема. Заплатив карточкой за оба пальто, мы отправились в обувной магазин. Пока мама была в эйфории, я решила и сапоги протолкнуть. Померив три пары, мы на одной остановились. Я также расплатились карточкой. А по пути в парикмахерскую мы забрели в кожгалантерею, и я купила маме сумку и платок. В общем, она была одета и обута, как королева.
– Вот теперь и на свидание можно идти, – сделала я вывод, когда мы сидели в парикмахерской.
Мама переживала, что я потратила на нее слишком много денег, а я, как всегда, говорила, что если есть чем платить, значит, нужно тратить.
– Катюня, знаешь, я тут подумала, уж коль у тебя появилось немного свободных средств… – начала она разговор, когда мы вернулись домой.
– Тебе денег надо? Скажи, сколько, – забеспокоилась я.
– Я не о себе. Понимаешь, в жизни бывают разные ситуации. Ты бы откладывала понемногу. Вот я, например, коплю. Пусть по тысяче в месяц, но коплю. Вдруг заболею или еще чего…
– Ты что меня пугаешь? Точно все в порядке? – у меня заныло сердце.
Это был единственный родной и самый любимый человек в моей жизни.
– Да в порядке, – заверила меня мама. – Я переживаю за тебя. А вдруг твой благоверный внезапно исчезнет? Бывают разные жизненные ситуации, не будем их озвучивать. Ты не работаешь. И не работала. Мне немного страшновато за твое будущее, – с нескрываемой тревогой произнесла она.
– Сема не исчезнет, – попыталась я ее успокоить. – Да и как я скажу Семену, что хочу откладывать? Он примет меня за сумасшедшую!
– А ты не говори ему. Потихоньку с карточки снимай и клади на другой счет. Он и не узнает, – она смотрела на меня, ожидая моей реакции.
– Нет, так я не могу. Как у себя воровать буду.
– Я сейчас говорю неправильные вещи, – продолжала она, – но подумай сама: ничто не вечно в этом мире, и браки тоже распадаются. Тебе ли этого не знать…
Понятно, почему мама волновалась за меня. Когда папа ушел, нам было с ней очень непросто. Она много работала, а я сидела с бабушкой, пока той не стало. В общем, мамина тревога основывалась на личном опыте. Но все же вот так брать с карточки деньги я не могла. Чтобы успокоить ее и прекратить разговор, который мне не нравился, я пообещала ей подумать на эту тему.