Холостой для Авроры (СИ)

Он был огромен и страшен, грудь его, мускулистая и широкая — красной от постоянной близости к огню. Та часть живота, что была над водой, бугрилась кубиками пресса. Плечи Владыки Демонов, широкие и крепкие, были тверже валунов рядом с потухшим жерлом вулкана.
Его лицо было порочно, страшно и прекрасно одновременно странной смесью уродства и величественной, гордой красоты. Голову Владыки Демонов венчали огромные черные рога, отполированные до лаковой гладкости.
— Какое нахальство, — насмешливо пробасил он, разглядывая барахтающуюся перед ним эльфийку. — Свалиться мне на голову, в моих личных термах, явиться без приглашения, застать меня… голым, — он хрипло захохотал, плеща на грудь горячей водой, которую загребал огромной когтистой рукой, — и еще спрашивать: «кто здесь?».
– А-а-а-а-а! — в истерике провыла несчастная, желая лишь одного: быстро утонуть.
Но к ее величайшему горю, водоем, куда она свалилась, оказался совсем неглубоким. Стоило ей прекратить барахтаться, как ноги ее коснулись дна, и она встала. Вода доходила ей до плеч.
— Эльфийка, — меж тем произнес Владыка с удовольствием, рассматривая перепуганное личико девушки. — Хорошенькая и свежая… Кто это преподнес мне такой подарок? Постой, я сам угадаю. Гариман! Он давно бродит по вашему миру. Но у него есть одно правило, которому он неукоснительно следует: он не причиняет вреда невиновным. Значит, ты что-то натворила? Ну, не стесняйся! Не надо дрожать! Мне даже нравится, что у такого прекрасного и светлого существа такая черная душа! Так за что?
— Ы-а-а-а-а! — выла в ужасе Корраниэль, содрогаясь всем телом.
— Нет, так не пойдет, — притворно вздохнул демон. — Ты совершенно не умеешь вести вежливую беседу. Пожалуй, я сам…
И он бесцеремонно возложил свою жуткую широкую красную ладонь на голову воющей от ужаса девушки.
Видения, обрывки разговоров, мыслей потоком хлынули в его разум. За мгновение он узнал имя той, которую коварная гостья пыталась подвести под монастырь — Авриэль, — которое почему-то сливалось с другим, созвучным именем — Аврора.
— Ты хотела отправить девицу в ее родной мир? — уточнил Владыка Демонов, озадаченный суровостью понесенного Корой наказания. — Странно… не такое уж дурное дело. Или там мир опаснее преисподней? Она вырвалась из пожирающего ее пламени, а ты хотела снова погрузить ее в пучину страданий?
Корраниэль не могла отвечать, только вопила беспрестанно. Владыка брезгливо поморщился, но любопытство не давало ему покоя. И он, сделав усилие, погрузился в видения глубже, практически коснулся разума Авроры, далекой, живущей в другом мире.
Видения о ее родине сначала ввели Владыку Демонов в ступор, а потом позабавили его. Чем больше он узнавал о нем подробностей, тем громче хохотал, а звук его голоса катался под сводами огромной бани, разрывая клочья тумана.
— Ради вашей бессмертной души, — проскулила Корраниэль, трясясь как в ознобе. Веселость Владыки Демонов приободрила ее. Если он так позабавлен, то, вероятно, простит ей вторжение, и не будет причинять вреда? — Отпустите меня… Зачем вам я?!
— Непорядочек, гражданочка, — внезапно развязным голосом произнес Владыка. — Незаконное проникновение, нарушение правил, превышение скорости…
— Что?! — выдохнула Корраниэль, сбитая с толку внезапными и непонятными словами Владыки.
— Так говорят абсолютно все, — небрежно ответил Владыка. — Я вынужден вас задержать… своим жезлом…
И он снова раскатисто расхохотался, закинув рогатую голову. Эта ролевая игра приводила его в восторг, а избранная роль… он недаром позарился именно на нее.
Все слова, что он произносил, были пропитаны осознанием собственной важности. Их говорили люди, наделенные полнотой власти, и Владыка, повторяя их, словно заряжался силой чужого мира. Огромной силой, потому что эти слова и сейчас многократно повторяли люди, словно могущественное заклинание.
— Майор Экхарт, — представился Владыка, лихо приложив пару когтистых пальцев к виску (корзыряя). — Пройдемте, гражданочка.
— Какая я вам гражданочка?! — выпалила Корраниэль яростно. Словцо с привкусом той ереси, которую несла эта дурочка, Авриэль, резануло по ее нервам сильнее страха перед Владыкой Демонов, и она просто в лице переменилась, перестав жалобно скулить. — Куда еще пройдем?! Я Корраниэль! Высокородная эльфийка! Вы не имеете права и пальцем касаться меня, потому что я невиновна! Ни в чем я не виноватая! Не в вашем праве меня карать!
 
— Как заговорила, — протянул Владыка, сдвигая воображаемую фуражку на затылок. Этот жест он тоже подглядел у представителей «власти» странного мира Авриэль-Авроры. Что он означал, Владыке до конца было неясно, но, кажется, он давал дополнительное просветление перед принятием решения. И решения, принятые после этого жеста, всегда оказывались правильными. — Так говорят абсолютно все. Там — разберемся.
— Где — там?! Никуда я не пойду! О, вы жестоко пожалеете!..
— Спорить вздумала? «Крышей пугаешь»? Самая умная? Сейчас впаяю тебе пятнадцать суток принудительных работ…
Взгляд Владыки упал на грудь Корриниэль, которая то выныривала из волнующейся воды, то снова погружалась в неё. Тонкая светлая ткань одежды промокла, и под нею отчетливо угадывались светлые острые соски эльфийки.
Владыка Демонов вдруг шумно сглотнул. Его «жезл» неожиданно показался из-под воды, покачиваясь, словно полосатая палочка в руках опытного ГАИшника, указывающего нарушителю на обочину. Кажется, слова странного мира оказались заклятьями и подействовали как надо: зарядили Владыку такой силой, что его «жезл» увеличился в размерах до невероятной длины и толщины. Корраниэль, увидев огромную алую литую головку, ахнула и испуганно зажала рот ладошкой. Такого «жезла» она не видела ни разу. Да что там не видела — она и мечтать-то о таком не смела! В глазах ее забрезжили неподдельное уважение и интерес.
— Пятнадцать суток принудительных работ… на моем ложе, — хрипло повторил Владыка Демонов, глядя в глаза строптивой эльфийки пылающим взором. Мысли в его голове путались, картинки из мира Авриэль-Авроры наслаивались друг на друга, и он не мог разобрать, что в таких случаях говорить правильно, а что нет. — В сауне… на субботнике…
— О, боги, — пропищала Корраниэль, обмирая от ужаса и восхищения. — Молю… только не это! Нет, нет! Я не могу! Я не…
Но ее никто не слушал, разумеется.
Владыка рывком поднялся из воды, встав перед испуганной и восхищенной эльфийкой во весь свой исполинский рост. «Жезл», чуть подрагивая, теперь указывал прямо на нее, и она не могла и слова произнести. Демон рывком выхватил ее из воды, закинул себе на плечо и потащил — отбывать пятнадцать суток.
**** 
Страница https:// /konstantin-fres-p105326
Самая веселая книжка, про Золушку, пьяную белку и принца, читающего стихи про революцию и буревестникаhttps:// /books/zolushka-po-princu-ne-stradaet
Приятного чтения! 
  
Глава 31 (2)
 
Глава 31 (2) 
https:// /konstantin-fres-p105326
— Первый съезд народных депутатов партии КПСС — Королевской помощи страждущим согражданам — объявляю открытым! — произнесла Аврора.
Гномы, заполнившие почти все депутатские места, горячо, бурно и продолжительно зааплодировали, радуясь привилегированности своего положения.
Что такое депутат, эти бородатые пройдохи поняли быстрее всех.
Депутат — это тот, кто лучше и быстрее всех выполнил задание партии. Да так ловко и умело, что завидующие сородичи вынуждены были признать, что он — лучший.
Кашляющего углем, одуревшего от стахановского труда депутата изымали из шахты, отмывали, расчесывали, облачали в самые дорогие, пошитые эльфами одежды, и направляли в королевский дворец с почестями.
Там ему оказывали радушный прием, всяческое уважение. Прекрасные эльфийки с поклоном подносили ему наркомовские — дармовую выпивку в красивом кубке. А сам король принимал в пионеры, торжественно надевая на подставленную гномью шею золотую цепь, инкрустированную рубинами.