Холостой для Авроры (СИ)
Юля опять заныла. На ее стоны и причитания в палату вошёл молодой врач. Оглядел поминки по ещё живой пациентке и строго начал отчитывать: и что без бахил пришли, и что кота приволокли. Аврора только кивала, а потом эскулап добрался и до неё.
— А вы, гражданка Молот, прекратите помирать. Обморок — это неприятно, но не смертельно. Полежите у нас в стационаре, походите на процедуры и через недельку будете как новенькая…
Все примолкли. А потом, скупо прощаясь, начали собираться по домам. Сигизмундовна завистливо наблюдала за тем, как родственники удаляются и заскучала. У неё, небось, сейчас дома пусто. И тихо.
Аврора все не могла справиться с чувством, что что-то важное потерялось в памяти. Она выпроводила детей. Причём Юля так рьяно пыталась остаться с ночёвкой, дескать, вдруг что-нибудь ещё случиться, что комсомолка заподозрила Альцгеймер у себя и паранойю у невестки.
Квартира, наверно, пылью покрылась. Аврора бы сейчас со своей энергией, что била ключом кого по голове, — Володьку, что не поливал её драцену, кого по хребтине, — Пионера за то, что сожрал половину листвы у любимого растения, быстро бы расправилась со следами запустения. Но она лежала в палате и созерцала плохо белёный потолок. Так долго созерцала, что уснула.
Снились деревья. А ещё романтика длинных ночей с пряным ароматом. И мужчина. Пенсионерка была уверена, что это её покойный муж, но во сне тяжело дышал, прижимался и непотребно елозил руками по щиколоткам какой-то чужой мужик со светлой шевелюрой. От этого и без того нервное сердце зашлось почти истерическим припадком и чуть снова не совершило задержку.
Проснулась под аккомпанемент ругающихся медсестёр. Пришли, поставили капельницу. Потом девочка массажистка долго и нудно объясняла какой будет их совместная работа. Пришлось слушать. А хотелось прогуляться до парка, заскочить на рынок и на обратном пути поругаться с кондукторшей троллейбуса. Девица отказывалась бы пробивать партийный, — ой простите, — проездной билет. Товарищ Молот сразу бы приняла стойку и выплюнула в массы боевой клич эльфов. К слову, а почему эльфов? Не орков, гномов или драконов, а эльфов?
Да какая разница? Самое главное, что девица не только отказывалась бы работать прилежно, так и вид имела… Краше на панель только идут. Губы размалеваны, ресницы наклеены, в ноздре кольцо висит! Да за такое из комсомола выгоняли, а сейчас с работы не могут.
Аврора всё это бы и продекламировала всему честному народу, ощущая в себе потребность если не совершить революцию, то хотя бы пощекотать буржуйское общество.
Да. Стало бы лучше, а так приходилось глотать пилюли с противным привкусом крапивы, слушать заверения врачей, что все будет в порядке, даже безработица в стране, и скучать.
Ближе к вечеру приехала Юля. Она разобрала пакет с гостинцами и щёлкнула пультом от телевизора, который бубнил что-то про новинки сезона и прочие прелюбодеяния. Аврора лишь мельком наблюдала за рекламой, а когда невестка отлучилась сполоснуть руки, обернулась на резкий выкрик.
— Герой пиратской саги, любимец миллионов женщин. Сегодня в девятнадцать ноль-ноль смотри «Властелин колец» с Орландо Блумом в роли несравненного Леголаса!
Картинка сменилась и на экране появился длинноухий, беловолосый эльф.
Аврора оторопела. Забыла проглотить вечернюю таблетку и та выскочила из приоткрывшегося рта пенсионерки. Потому что она вспомнила…
— Да твою ж икебану!
***
Страница https:// /anna-tomchenko-p105976
Самая популярная книгаhttps:// /reader/ocharovatelnyy-negodyay
Веселая новинкаhttps:// /reader/naydite-vedmu-ili-bon-voyazh-na-metle
Приятного чтения!
Глава 23
Глава 23
https:// /elizaveta-ogneva-p105234
Аврора Сигизмундовна тяжело опустилась на больничную кровать, затем, подтянув ноги, легла на бок, отвернувшись к стене. После легкости и прыти молодого тела, собственное, старое, ощущалось особенно немощным. Соседки по палате о чём-то разговаривали, кажется, о безответственном подходе диетологов, составляющих больничное меню, включающее в себя утром — молочный суп с лапшой, в обед — макароны с сосиской, а вечером — запеканку из макарон. И все эти «изыски» для малоподвижных, с больными желудками. А в завершение, как вишенка на торте, гороховый суп из консервированного горошка с добавлением капусты!
Раньше товарищ Молот непременно бы вступила в жаркие дебаты по этому вопросу. Да и по любому другому, кстати. Аврора Сигизмундовна с ранних лет за словом в карман не лезла. Но сейчас всё, что происходило вокруг, казалось таким мелким и незначительным. Трое суток назад она стояла у истоков великих реформ, что улучшили бы жизни целых народов, но что теперь ей осталось? Склоки с кондукторами? Споры с торговками на рынке ради скидки в несколько рублей? Долгие очереди к терапевту за ежемесячными рецептами на лекарства? Её муж давно почил, дети выросли, да и у внука Володи уже своя семья. А там, в сладком сне, остался тот, любая мысль о котором наполняет сердце болью и тоской.
Набежавшие на глаза слёзы заставили стенку, окрашенную в пыльно-розовый цвет, потускнеть, размывая, поэтому ярая комсомолка, недавняя защитница угнетенных нелюдей, быстро их смахнула, пока никто не увидел.
– Молот. Молот, вы спите? – кто-то тронул за плечо в попытке привлечь внимание.
– Нет, нет, – встрепенулась Аврора Сигизмундовна, как можно более резво поворачиваясь в сторону медсестры.
– Вы уже завтракали?
– Да, – кивнула пожилая женщина, хотя вряд ли полкусочка хлеба и стакан чая можно назвать завтраком. Но из-за душевных переживаний аппетита совсем не было.
– Вот лекарство. Примите. Выписка после десяти часов. Можете позвонить родным, чтобы приезжали к этому времени.
– Хорошо, – ответила Аврора Сигизмундовна, принимая в морщинистую ладонь горсть таблеток.
– Егорова… – перешла медсестра к следующей пациентке палаты.
Сев в кровати и свесив ноги, гражданка Молот дотянулась до тумбочки и взяла с нее бутылку воды и старенький кнопочный телефон. Странно, но после того, как она вспомнила свой сон, такой красочный и реалистичный, даже столь простое движение стало даваться с трудом. Кажется, что сил жить и идти вперед, чтобы заглянуть в светлое завтра, что она так рьяно и самоотверженно строила когда-то с товарищами по партии, почти не осталось. А может просто пропало само желание?
Выпив таблетки, Аврора Сигизмундовна поднесла телефон к лицу, чтобы лучше видеть небольшой экран. Когда-то это чудо техники принадлежало её внуку. Не удивительно, что и звонила с него чаще всего именно ему.
– Алло, Володя… Да, да. Сказали, что выписка в десять. Что? Приедешь? Хорошо, я поняла, поняла.
Нажав на кнопку завершения вызова, пожилая женщина поднялась. Надо собираться домой, всё-таки там Пионер и драцена, возможно ещё недоеденная, а потому подлежащая спасению.
В это время, в волшебном мире перворожденных, Эль Даар из рода Саах, правитель Пресветлых земель, холодно приветствовал в своём кабинете Эрандила, короля Волонии. Статус гостя был высок, несмотря на произошедший между семьями конфликт, а потому подобная встреча должна была бы проходить в тронном зале, но Эль Даар не мог себя заставить долго находиться в нём. Слишком свежи ещё были воспоминания о лживой невесте. И как только так вышло? Ведь она и месяца не прожила в его дворце, но каждая комната, каждая вещь в его доме вдруг оказалась связана с ведьмой Авриэль. Ещё и папаша её решил нагрянуть, словно и без него властителю земель, распложенных от края Лазурного моря и до Предвечных лесов, делать было нечего. Его дочурка ненаглядная расстаралась, перед тем как слинять, а разгребать теперь Эль Даару.
– Приветствую, – сухо произнес король Пресветлых земель, поднимаясь с кресла.
– Спасибо, что согласились встретиться, – вежливо ответил Эрандил, чуть кивнув в ответ.
– Вы сказали, что у вас есть новости. Она вернулась?