Имперский Провидец 3
– Не смей больше трогать наш род.
– Что значит «больше»? Я никогда не трогал ваш род. Это вы, Светлана Андреевна, вместе с моим непутёвым братом подговорили вашего отца к участию в преступлении. Это из-за вас он умер в тюрьме, а не из-за меня. Ставлю что угодно, это именно вы спровоцировали брата начать мстить, – каждая моя фраза падала на Волкову, будто камень. Она вздрагивала после каждого слова, а острый ненавистный взгляд становился всё более растерянным. – Так может, это вам стоит остановиться? Хотя теперь уже поздно. Вы хотели причинить вред не только мне лично, вы хотели уничтожить моё родовое гнездо и членов моей семьи. Такое нельзя простить.
Кажется, до Светланы дошло, что всё это не шутки, и что она проиграла, а у меня есть полное право объявить им войну. И она знала, что эту войну род Волковых ни в коем случае не выиграет. Если я захочу, то могу убить их всех и останусь при этом в рамках закона.
Света облизала губы и медленно склонила голову, будто сдаваясь.
– Простите, ваше благородие. Вы правы, это всё моя вина и только моя. Прошу, не причиняйте вреда моему брату и нашему роду. Я готова сама понести наказание – любое, какое скажете.
– А разве не брат передал вам бомбу, замаскированную под фамильное украшение? – холодно поинтересовался я. – Так просто это не закончится. Я вызываю следователя по дворянским делам. Посмотрим, что он скажет.
Волкову отвели обратно в комнату и на сей раз поставили двух человек на охрану. Меня так и подмывало позвонить её брату, но я решил дождаться следователя и разобраться с вариантами, которые у меня есть.
Я и без того их понимал, но хотелось выслушать человека, который лучше подкован во всех аристократических законах.
Следователь по дворянским делам прибыл через два часа. Хоть уже и было очень поздно, я сумел убедить Дворянскую палату в том, что вопрос не терпит отлагательств. Мол, род Зориных едва не был полностью уничтожен, и мы горим жаждой праведной мести. Если нам немедленно не предоставят специалиста, который поможет урегулировать вопрос, мы просто сравняем дом Волковых с землёй вместе со всеми обитателями.
А такое желание у меня и правда было.
Следователем оказался мужчина лет пятидесяти в строгом сером костюме, с холодными голубыми глазами и безупречными манерами. Представился – Артемий Петрович Ленский.
Он осмотрел оплавленный артефакт, опросил гвардейцев, выслушал показания Анатолия и Кретова, а также остальных домочадцев. Все они могли подтвердить, что слышали грохот и ощущали дрожь, похожую на землетрясение.
В самом конце Артемий Петрович побеседовал со мной. Мы с ним расположились в гостиной, в окна которой уже заглянул рассвет.
– Барон Зорин, – Ленский закрыл блокнот, – ситуация ясна. У вас есть два законных варианта.
Я молча кивнул, давая ему продолжить.
– Первый: объявить кровную месть и войну родов. В рамках закона вы имеете право силой забрать у Волковых всё, что сочтёте справедливым, в том числе жизни членов рода, – Артемий сделал небольшую паузу. – Правда, учитывая положение рода Волковых, за вами нет права убивать самого барона. Дворянская палата и Его Императорское Величество не одобряют искоренение знатных родов.
– И я полностью с этим солидарен, – кивнул я. – Правда, Волковы собирались именно искоренить мой род.
– Это не даёт вам права поступить схожим образом.
– Какой второй вариант? – спросил я.
– Подать иск в императорский суд. У вас есть неопровержимые доказательства, да и Светлана признаётся в преступлении. Вы гарантированно выиграете. Волковы останутся при своём титуле, но их активы и поместье отойдут вам в качестве компенсации.
Я перевёл взгляд на окно, за которым рассвет разгорался всё ярче, заливая золотом мой сад.
– Если я выберу месть, сколько жизней это будет стоить? – спросил вслух, но обращаясь скорее к себе, чем к собеседнику.
– Гораздо больше, чем если решить вопрос миром, – без колебаний ответил Ленский.
– Читаете мои мысли, Артемий Петрович. Нет смысла понапрасну лить кровь. Я возьму своё деньгами.
Следователь уважительно кивнул:
– Неожиданно милосердно для человека, который только что пережил покушение.
– Это не милосердие, – я повернулся к нему. – Просто мёртвые не платят долги. А Волковы должны мне очень много.
Ленский хмыкнул, доставая из портфеля бланки:
– Как скажете. Подпишите здесь и здесь… Ваше заявление будет оформлено через Дворянскую палату, заседание состоится на днях. Дело верное, поэтому процесс не будут затягивать. Кстати, попрошу вас воздержаться от контактов с бароном Волковым, – добавил следователь. – Таков закон. Что касается Светланы Андреевны, сейчас я вызову людей, и до оглашения вердикта она будет под стражей в Кремле.
– Хорошо, – сказал я, на всякий случай внимательно читая, что за документы он дал мне на подпись.
Когда бумаги были оформлены, Ленский встал:
– Благодарю за сотрудничество, ваше благородие. С вашего позволения, я поеду.
– Вам спасибо, Артемий Петрович. Я провожу, – мы вместе отправились к выходу.
– И последнее, – следователь на секунду задержался на пороге. – Будьте осторожны. Кто-то явно стоит за Волковыми. Такие артефакты не берутся из ниоткуда, и стоят они целое состояние.
– Знаю, – кивнул я. – Но ведь я тоже не один. Как минимум закон на моей стороне.
– До тех пор, пока вы на стороне закона, – заметил Ленский и слегка поклонился. – Всего хорошего, барон.
Да, он был прав. Кто-то явно помог Волкову… Вот только кто? Вполне возможно, мы это выясним на суде. По крайней мере, я поручу своим адвокатам, чтобы они этого добивались. Ведь если устранить только Волковых, главному противнику это никак не повредит.
И я ведь даже не знаю, что это за противник… Хотя кое-какие догадки имеются.
– Закончил? – неожиданно раздался за спиной голос Кретова.
– Ты что, ещё здесь? – как-то отрешённо удивился я.
Казалось, после всех сегодняшних событий мои нервы должны быть натянуты, как струны. Но усталость уже глушила адреналин, оставляя лишь тяжёлую, как свинец, сосредоточенность.
– Конечно. Ты помнишь, зачем мы с Толей вообще приехали?
– Помню. Мы свою задачу выполнили и выяснили кое-что весьма интересное.
– Ты прав, – кивнул Дмитрий. – Я надеюсь, твои дворянские трудности не помешают вести наше расследование?
– Не помешают. Судом и всем остальным займутся мои юристы. А я могу сосредоточиться на расследовании.
– Отныне нам придётся вести его очень осторожно, – нахмурился Кретов. – Если эти артефакты делают сильные провидцы… Конгрегация почти наверняка замешана. Особенно учитывая то, что ты узнал от Прохора.
– Как минимум Конгрегация виновна в появлении Теневых Странников, – сказал я. – Не думаю, что это была целиком идея Прохора. Его просто сделали козлом отпущения.
– Ты прав. Конгрегация провидцев любит всякие эксперименты, многие из которых заканчиваются печально, – пробурчал Дмитрий. – В общем, соблюдаем осторожность. Я посещу архивы и постараюсь выяснить, кто ещё был связан с экспериментами Прохора. Хотя мне кажется, такие сведения или уничтожены, или скрыты.
– Проверить стоит.
– Да. А ещё надо проверить одного человека. Вчера я побывал в нескольких местах, где люди находили проклятые предметы или встречали Странников… И в нескольких местах наткнулся на это, – Кретов достал из кармана осколок стекла.
Нет, не стекла, а зеркала. И от него исходил ощутимый магический фон.
– Что это? – спросил я. – Обломок какого-то артефакта?
– Именно. И я уже знаю, какого. Это Зеркало искажённых отражений, и оно принадлежит члену Конгрегации по имени Игорь Ланцов.
Имя ударило, как током. Теперь пазл начал складываться – ученик Прохора, эксперименты, зеркало на местах, где люди получили проклятие… Слишком много совпадений.
– Игорь Ланцов? – переспросил я.
– Да. А что такое, ты его знаешь? – сощурился Дмитрий.
– Нет. Но он был учеником Прохора и тоже участвовал в экспериментах. Прохор называл его имя.