Больные Ублюдки (ЛП)

Я наклонился вперед и схватил голову техника обеими руками. С меня было достаточно его голоса, его историй, его дерьма. Ярость, пылающая внутри, извергалась из каждой моей поры, я больше не мог ее контролировать. Я и не хотел её контролировать. Мужчина закричал и потянулся, чтобы схватить меня за руки. Он попытался их оттащить, но я крепко держал его и принял решение. Я прижал большие пальцы к его глазам, которые он уже закрыл. Его именной значок подпрыгивал на груди, пока мы боролись.
Майкл Брей.
Майкл Брей.
Майкл Брей.
Хуй тебе!!!
Я вонзил пальцы ему в глаза и надавил изо всех сил. Его крик достиг такой высоты, какой я никогда раньше не слышал, даже от людей, лежавших на нашем обеденном столе. Я тоже закричал. Не от ужаса, а от удовольствия. На меня нахлынуло странное чувство болезненного удовлетворения. Я толкнул его еще сильнее, и его крики внезапно прекратились. Его руки упали по бокам и безжизненно повисли. Я подождал пару минут, наслаждаясь ощущением того, как мои большие пальцы погружаются в его мозг. Я отпустил его, и его труп рухнул на пол.
Я посмотрел вниз на свои руки. Обе кисти были покрыты кровью. Хуже всего выглядели мои большие пальцы: кровь, темная запекшаяся кровь и мозги. Я облизал их и вспомнил, что говорил мой Oтец в доме во время одной из наших многочисленных трапез.
- Ты чувствуешь это? - спросил он в перерыве между жеванием куска плоти. - Я чувствую, как сила этого человека захлестывает меня... Может ли кто-нибудь еще чувствовать это? - oн даже начал смеяться.
В то время я просто думал, что он сумасшедший, но теперь… теперь я знаю, что это не так. Я чувствовал, как сила этого человека разливается по моим венам. Я упал на колени над телом и вонзил зубы в горло техника. Быстрый поворот шеи, и я оторвал огромный кусок от его еще теплого тела. Вкус плоти ударил меня, когда я начал жевать. Это был лучший кусок стейка, который я когда-либо пробовал, я медленно разжёвывал его во рту, позволяя ему раскрыть все возможные вкусовые бутоны. Я не чувствовал себя виноватым, когда проглотил его и откусил следующий кусок от трупа. Он это заслужил. Он создал меня. Он создал мою семью. Если бы другие лабораторные гики были живы, я бы сделал то же самое и с ними. Я положил бы их на наш обеденный стол для Mамы, Папы и Cестры. Я разговаривал бы и шутил со своей семьей, когда мы слушали их крики. Я бы чокнулся стаканами с отравленной водой, чтобы отогнать воспоминания о том, что случилось, и был бы благодарен за то, что у меня есть.
Следующий кусок мяса был оторван от его щеки, где её было легче откусить. Когда я смотрел на его тело, мне хотелось только одного: чтобы он был еще жив и почувствовал, как я пожираю его лицо. Чтобы он, сука, прочувствовал то, что создал. Чувствовал, как зубы чудовища рвут его на части.
Еще один кусок съеден, еще один откушен, a я твердил себе: Он сам виноват. Еще больше воспоминаний нахлынуло о том, как это случилось - о ситуации, в которой мы оказались, - нахлынуло на меня сквозь от головную боль, воспоминания медленно, по крупицам, начали раскрываться.
 ЧАСТЬ ДЕВЯТНАДЦАТАЯ. До... 
 Интервью 
Дама, сидевшая напротив меня, была очень хороша собой. Конечно, я заметил это, когда она впервые вошла в офис, но теперь было время расслабиться и восхищаться ею - по-настоящему восхищаться - теперь, когда мы избавились от многочисленных вопросов и бумажной волокиты.
Она выглядела примерно моего возраста (за тридцать). Темные волосы до пояса, стянутые сзади в конский хвост, и очки, которые делали ее одновременно милой и умной (не то чтобы она нуждалась в очках, чтобы доказать свой очевидный интеллект).
Я улыбнулся ей, но она этого не заметила или предпочла проигнорировать. Наверно, это профессиональное.
- Мы почти закончили.
Она положила последний листок анкеты обратно в папку, с которой первоначально принесла его в комнату, и прикрепила ручку к карману своего длинного белого халата.
 
- Да уж... Ну... Так что, я подходящий кандидат для этой работы? - переспросил я.
Дама улыбнулась мне.
- Мы все обсудим и дадим вам знать, - сказала она, вставая.
- А-а... ну да... У вас есть мой домашний номер и мобильный телефон, но, вероятно, лучше всего вам воспользоваться моим мобильным телефоном. Просто я иногда отключаю свой домашний. Слишком часто звонят со всякими ненужными предложениями.
Женщина прервала меня:
- Можете не уходить. Мы получим ответ в течение ближайших двух часов. Дальше по коридору есть комната ожидания. Я отведу вас туда прямо сейчас.
- Ну да, конечно. Хорошо. Я имею в виду спасибо.
Я встал и последовал за хорошенькой леди, которая вела меня по длинному коридору с множеством дверей. Через маленькие окошки в дверях я видел других людей, которых допрашивали по той же схеме, что и меня. Так много претендентов, но я полагаю, что этого следовало ожидать с теми деньгами, которые они предлагали людям, которые успешно завершат проект.
Дама остановилась у двери и открыла ее для меня. Она не вошла в комнату. Она держала дверь открытой и жестом показала заходить.
- Там есть закуски, много журналов и тому подобного, чтобы занять вас. Заходите и чувствуйте себя как дома, - сказала она, - мы свяжемся с вами, как только примем решение относительно вашего статуса.
Я кивнул и вошел в довольно просторную комнату.
Там были три других человека, пожилая пара и девочка-подросток, может быть, ей было чуть больше шестнадцати. Дверь за мной закрылась, и счастливая троица повернулась ко мне.
- А вот и еще один, - сказал мужчина. – Проходите, присаживайтесь.
Я робко поздоровался и сел за стол, за которым они сидели. В дальнем конце комнаты стоял ряд столов, соединенных вместе и накрытых белой драпировкой. Эти столы были уставлены различными тарелками с бутербродами и другими видами «закусок», такими как коктейльные сосиски, колбасные рулеты, чипсы, арахис и все, что можно себе представить.
- Я - Брайан, это - Келли. И...- он повернулся к младшей из двух женщин... Извини... Я опять забыл, как тебя зовут, - oн рассмеялся. - Я же говорил тебе, что плохо запоминаю имена.
- Кармен.
- А это - Кармен...
- Джон, - сказал я, усаживаясь. - Значит, вы все здесь из-за рекламы? Правительственная исследовательская программа? - oни кивнули. - Я не думаю, что они рассказали нам, в чём на самом деле будет заключаться исследование.
- Они не скажут, - сказала Кармен, взяв кусочек помидора из своего бутерброда и положив его на край бумажной тарелки, которую она ранее наполнила закусками. - Oчевидно, это совершенно секретно, и мы узнаем только тогда, когда они выберут нас. Я надеюсь, что они выберут нас. Такие деньги нам точно пригодятся, - сказала Кармен.
Я улыбнулся ей, и она застенчиво улыбнулась в ответ. Еще одна хорошенькая девушка.
- Ну и как долго вы ждёте? - переспросил я.
- Два часа.
- Полтора года.
- Я вошла минут за десять до тебя, - сказала Кармен.
Когда разговор немного иссяк, я обвел взглядом комнату и заметил камеру, прикрепленную к потолку в углу; красный мигающий огонек намекал, что она работает.
- Мне кажется, за нами следят, - сказал я остальным.
Они обернулись и увидели камеру.
- Вероятно, чтобы убедиться, что мы не говорим о тестах, которые мы делали, - сказал Брайан, поворачиваясь ко мне лицом. Остальные тоже отвернулись от камеры. - Если ты чувствуешь себя неловко из-за этого, то ты, вероятно, не в том месте. Ты можешь быть уверен, что, какой бы ни была программа, там будет достаточно камер, чтобы отслеживать наш прогресс и убедиться, что мы играем по их правилам.
Остальные пробормотали что-то в знак согласия. Я знал, что они снимали меня для некоторых интервью, которые я прошел в течение первой части дня, но я не чувствовал себя особенно комфортно из-за этого. Я просто представил себе, как кадры заканчиваются в каком-то ужасном телевизионном шоу, наполненном идиотами, делающими из себя дураков, которые просятся на то, на что они претендуют. Наверно, я параноик.