Последний русский

  
Глава 14. Начало кризиса. Малышка из трущоб
 
Похоже, шокировать служащих баронского причала на орбитальном терминале Арилии входит в мою привычку. В принципе все, кого это интересовало, знали или догадывались, что человек я не бедный. Также они знали, что мне служат несколько кронов, что само по себе было проявлением статуса. Но когда на причале выстроились в почётном карауле целых тридцать бойцов-кронов, то звук от упавших на пол челюстей был, наверное, слышен в соседней системе. По слухам, однажды отряд из двадцати кронов без потерь со своей стороны захватил примерно такой же терминал. А тут три десятка в элитной броне с тяжёлыми плазганами.
Гелла, прилетевшая с планеты, чтобы встретить меня, хоть ей, естественно, доложили о творящемся здесь, тоже на миг замерла от удивления, но, как и подобает истинной леди, не показывала вида. Хотя удивить мне её всё же удалось, когда я представил ей старшую её новой личной охраны. Первая пятёрка тут же взяла свою подопечную в коробочку.
– Вик, зачем всё это? – Гелла обвела рукой свою новую охрану. – Ты думаешь, что меня не достаточно хорошо охраняют?
– Я думаю, что это точно не помешает, особенно учитывая то, что мы задумали. Боюсь, что в скором времени могут начаться сложности.
– Я тебя разочарую, дорогой, но сложности у нас уже начались. Компания отца моего бывшего мужа резко сократила объёмы перевозок и увеличила расценки на свои услуги. Мы начинаем нести убытки. Несколько наших транспортных кораблей, которыми мы пытались вывезти концентрат селлариума для покупателей, были уничтожены пиратами. Их просто расстреляли, даже не делая попыток захватить. Нам пришлось выплатить большую неустойку. Страховые компании начали отказывать нам в страховании кораблей и груза. Торговцы отказываются лететь к нам, ссылаясь на опасность, исходящую от пиратов.
– Что у Грэга?
Похоже, всё начнётся раньше, чем я планировал. Аграфы решили устроить блокаду своенравному сектору. В том, что это всё дело рук ушастых, я ни на мгновение не сомневался.
– У них получше. На Шерн пока так не давят, но уже мягко намекнули, что контакты с нами нежелательны. Я вчера с ним связывалась. Я помню, что ты предупреждал о прослушке аграфами всех разговоров и перехвате сообщений через ретрансляторы, поэтому в открытую ничего не обсуждали. Грэг выразил озабоченность сложившимся положением дел и сказал, что надеется, что наш общий друг поможет найти выход из сложной ситуации.
– Элька, – обратился я к своей помощнице. – Помнится, Имп шарился по галонету как у себя дома через аграфский ретранслятор. Можно что-то подобное провернуть со связью?
– На нашем оборудовании и через наш искин запросто, – тут же ответил симбиот, – а вот через местный модуль связи это сделать не получится. Сразу будет отметка в логах искина ретранслятора, и информация уйдёт к аграфам.
– Сделать что-либо можем?
– Можем установить им на модуль связи специальный блок, позволяющий обмениваться сообщениями через отдельный канал, который не будет отслеживаться искином ретранслятора. Он его просто будет игнорировать. Это функция есть в корневых папках программного кода искина.
– И? В чём проблема?
– Проблема в том, что на изготовление одного такого блока на нашем синтезаторе потребуется декада времени и довольно редкое и специфическое сырьё. Дорогое. А таких блоков надо столько, сколько будет абонентов. Я тебе скинула список необходимого для изготовления одного такого блока.
В углу зрения появилась иконка о входящем сообщении. М-да, по ценам почти стоимость тяжёлого крейсера последнего поколения. Переслал список Гелле, объяснив, что это и для чего нужно.
– Я поняла. – Гелла, казалось, даже не задумывалась, но я-то знал, что её обновлённая нейросеть уже всё просчитала. – Я отдам распоряжение, чтобы доставили всё необходимое для изготовления двух таких модулей. Второй доставим в Шерн. Боюсь, моего советника Нейра хватит удар от таких расходов. Даже не знаю, как я буду ему объяснять, куда и для чего это нужно, – усмехнулась она.
  
– А ему нужно что-либо объяснять? Меньше знает – крепче будет спать.
– Хорошее выражение, – рассмеялась Гелла, – надо запомнить. Пригласишь меня на свой корабль? – чуть игриво спросила она.
– Прошу, дорогая. – Я сделал приглашающий жест рукой.
А вот на корабле, едва мы прошли переходную галерею, вышел казус. Лийя, несущая вахту у главного шлюза, громким звонким голосом прокричала на общем языке:
– Смирно! Император на борту! – И, сделав три чётких строевых шага в мою сторону, вскинула ладонь правой верхней руки к ладно сидевшей на её довольно милой головке офицерской фуражке. – Ваше Императорское Величество! За время вашего отсутствия (ага, меня на корабле не было примерно полчаса) никаких происшествий не случилось. Экипаж занимается согласно штатному расписанию! Докладывает второй пилот-навигатор Лийя Грайз!
– Вольно! – Я был без головного убора, так что можно было не козырять. Дальше продолжил уже на русском, который стал очень популярен у кронов. – Благодарю за службу, второй пилот. Знакомьтесь, это баронесса Гелла ол Арили, хозяйка всего, что нас окружает. Она моя гостья. Прошу любить и жаловать.
– Я рада приветствовать вас, госпожа баронесса, на борту нашего корабля, – обратилась Лийя к обалдевшей от услышанного Гелле. Однако замешательство у той длилось недолго. Взгляд вдруг стал жёстким и был устремлён на моего второго пилота. Они обе смотрели друг другу прямо в глаза, и казалось, что был слышен звон скрещенных клинков. Впрочем, длилось это лишь мгновение, и Лийя первой отвела взгляд чуть в сторону.
– Благодарю вас, второй пилот, – так же на русском ответила Гелла, не скрывая победную улыбку. – Дорогой, нам нужно срочно поговорить. Пойдём в твою каюту. – Она по-хозяйски потащила меня по коридору, оставляя за спиной вытирающую выступивший из-под фуражки пот Лийю.
М-да, эти фуражки. Ведь такие страсти разгорелись по поводу формы. Поднявшись на борт и увидев на членах экипажа выставленные напоказ в открытых воротниках комбезов стильные полосатые майки с голубыми полосками, десантники мягко так поинтересовались, а что это такое. Ну, им добрый искин и рассказал, что к чему. Даже памятную запись дал посмотреть. Для поднятия боевого духа, как он потом оправдывался. Реакция последовала незамедлительно. Десантура потребовала себе точно такие же. Мотивировали это тем, что они тоже десанты и вообще, так сказать, преемники великих воинов и право имеют, а флотские тут не пляшут и не фиг их баловать. Реально чуть было конфликт не разгорелся на ровном месте. Пришлось согласиться с мнением десантуры и отдать им голубые тельники и такого же цвета береты. Но и экипаж обижать не стал. Дал команду искину устроить общий просмотр фильмов о моряках. После этого экипаж с гордостью начал носить чёрные тельняшки, а чтобы десанты впредь не сильно задирали свои носы, ввёл для них ещё и офицерские фуражки, как в советском ВМФ. Хотел было ещё и парадную морскую форму на всех изготовить, но решил, что пока не время. Будет повод для парада, тогда и форму пошьём соответствующую.
– Вик! Ты ничего не хочешь мне рассказать? – Гелла, едва за нами закрылась дверь каюты, резко развернулась и упёрла руки в бока. Точь-в-точь жена встречает утром загулявшего с друзьями мужа.
– О чём? – Я изобразил некое игривое танцевальное па, обходя её и направляясь к бару. Думаю, ей сейчас не помешает чего-нибудь выпить.
– Например, о том, почему тебя называют императором, откуда все эти кроны и что это была за девица? – С каждым словом Гелла всё больше и больше повышала голос и последнее слово почти прокричала.
– Вот, выпей и успокойся. – Я протянул бокал с коньяком «Двин». По слухам, это был любимый коньяк английского премьер-министра Уинстона Черчилля. Однажды Сталин угостил его этим армянским коньяком, и он покорил сердце (и печень) чопорного британца. Уж не знаю, откуда у искина оказался этот рецепт, но мне когда-то довелось попробовать этот напиток, и разницы я между тем, что пробовал, и тем, что изготавливает пищевой синтезатор, не почувствовал.