Двойное чудо для генерального (СИ)

Маша бросает на меня последний взгляд перед выходом, и я чувствую, как в груди разливается тёплое чувство. Может, это и есть первый шаг к чему-то большему? Она решила показать мне часть их жизни. Жизни, которая прошла без меня.
Когда дверь за ней закрывается, я открываю первый альбом. Олег и Алина начинают с энтузиазмом рассказывать о каждой фотографии.
— Это мы на пикнике прошлым летом, — говорит Алина, указывая на снимок, где они с Олегом сидят на покрывале, окруженные едой. — А это бабушкин кот.
— А это мы на дне рождения у нашего друга, — добавляет Олег, показывая фотографию с огромным тортом и множеством воздушных шаров.
Я улыбаюсь, слушая их рассказы. Эти моменты дают мне возможность понять, что я упустил, и ощутить, насколько сильно мне хотелось бы отмотать время назад и сделать все по-другому.
— А это что за фото? — спрашиваю, указывая на снимок с Машей и детьми в парке. Их лица светятся счастьем.
— Это мы в зоопарке, — отвечает Олег. — Было очень весело!
Слышу, как дверь квартиры открывается и закрывается. Маша возвращается с покупками, проходя мимо нас на кухню. Звук её шагов, её присутствие наполняют меня ощущением домашнего уюта, который я давно не испытывал.
Она начинает готовить обед, а я продолжаю рассматривать фотографии с детьми. Мы смеёмся, обсуждаем каждый момент, и я начинаю чувствовать, как между нами формируется связь.
Вскоре уставшие дети засыпают рядом со мной.
Маша входит в спальню и замирает, улыбаясь.
— Нужно переместить их в их кровати, — говорит она тихо, собирая бардак, который мы успели развести вокруг.
— Оставь их, — прошу, поправляя одеяло на Алине.
Сам же встаю и иду к выходу за Машей. Осторожно прикрываю дверь, чтобы не разбудить детей.
— Я вижу, ты уже чувствуешь себя гораздо лучше, — говорит она, смотря на меня.
Тут же вспоминаю, что я вроде как собирался быть очень больным и задержаться в квартире Маше дольше.
Поэтому прочищаю горло и опускаюсь на стул, делаю вид, что очень слаб.
— В сравнении со вчерашним состоянием — намного. Но ты же знаешь, температура всегда поднимается под вечер, — наблюдаю за тем, как Маша крутится вокруг плиты. -- Да и лицо мое... Таким разве что детей маленьких пугать.
Она ставит передо мной тарелку супа, салат и картошку с мясом.
— Ешь, — говорит, явно нервничая рядом со мной.
Я киваю и принимаюсь за обед, поглядывая на Машу, которая занимает место напротив меня. Она то сжимает то разжимает кулаки. Не знает куда деть руки и куда смотреть.
— Я столько всего пропустил, — начинаю разговор.
— Да, Артур, пропустил, — соглашается она, избегая моего взгляда. — Но кто в этом виноват?
Я чувствую, как её слова пробивают меня насквозь. Она права, и я это знаю. Я не нашёл в себе сил бороться, не нашёл в себе сил разобраться в ситуации. Вместо этого я сбежал, оставив её и детей одних.
— Я все исправлю, — заверяю ее.
Маша смотрит на меня с сомнением, её глаза полны боли и недоверия.
— Я слышала это раньше, Артур. Мне трудно поверить, что ты изменился.
Я киваю, понимая её скептицизм.
— Дай мне шанс доказать тебе это. Не для нас, а для детей. Они заслуживают, чтобы у них был отец.
Маша вздыхает и отводит взгляд.
— Пойду посмотрю как там дети, — она сбегает, так и не сказав ничего определенного.
Эта тема ранит ее. Я прекрасно понимаю. Как и то, что ей тяжело находится рядом со мной. Но не могу ничего с собой поделать. Мне так хорошо, когда она и дети рядом. Если бы у меня были суперспособности, я бы остановил время и провел в этой квартире целую вечность.
  
Глава 30
 
Я ючусь в детской на кресле. Безумно неудобно, но мою спальню занял Золотарев, а спать с ним в одной постели — недопустимо.
Дети спят, сегодня они чувствуют себя намного легче.
Мои мысли заняты Артуром. Каждой клеточкой чувствую его присутствие в своей квартире. Когда он принимал душ, я прямо таки вся была в напряжении. Думая о том, что он сейчас стоит обнаженный под струями воды в моей ванной комнате, я вся покрылась мурашками.
 
Вдруг дверь тихо открывается, и в комнату входит Артур. Его силуэт еле виден в полутьме, но я чётко улавливаю его движение. Он подкрадывается ко мне, как хищник к добыче, стараясь не разбудить детей.
— Маша, ты чего тут мучаешься? — его голос звучит тихо, но настойчиво. — Иди спать на кровать.
— Артур, я в порядке, — шепчу в ответ, надеясь, что он отступит. — Здесь удобно.
— Не ври, — он опускается на корточки рядом с креслом, его лицо теперь на уровне моего. — В этом кресле безумно неудобно. Дети в порядке и уснули, тебе не обязательно сидеть здесь до утра.
— Мне просто нужно быть рядом с детьми, — я стараюсь казаться твёрдой, но его близость сбивает с толку.
Артур усмехается, его глаза светятся в полумраке.
— Ты и будешь. Через стенку. Или ты боишься меня? Хочешь, я посплю на полу?
— Не говори глупостей, я… — начинаю, но он перебивает меня.
— Никаких «я», — он поднимается и протягивает руку. — Вставай и иди на кровать. Я обещаю, не стану приставать. Разделим пространство, обгородимся подушками и просто ляжем спать.
Я смотрю на его протянутую руку, борясь с внутренними противоречиями. Артур ждёт. Наконец, я сдаюсь, берусь за его руку и встаю.
Я действительно устала. И от этого кресла жутко болит спина. Это единственная причина по которой я сдаюсь. Да, именно так и есть.
— Хорошо, — вздыхаю я. — Но только потому, что ты не оставишь меня в покое, пока не соглашусь.
Он улыбается, ведёт меня к спальне. Входим в комнату, и я натыкаюсь взглядом на кровать. Прошлой ночью я даже не задумывалась о том, что нахожусь с ним в одной постели. Я была такой измотанной, что просто упала и уснула рядом, когда у него и детей наконец-то упала температура.
А сейчас все по другому
Артур не спит, а внимательно наблюдает за мной.
Он такой смешной с этим зелеными точками на лице.
Артур помогает мне устроиться на кровати, заботливо поправляя одеяло.
— Вот так, — говорит он, укладываясь рядом и накрывается вторым одеялом. — Теперь ты будешь спать, как человек.
— Спасибо, — шепчу я, укладываясь поудобнее. — Но если ты начнёшь храпеть или размахивать руками во сне, я тебя выгоню.
— Обещаю быть тише мыши, — смеётся он.
Он щелкает выключателем и комната погружается во тьму.
Мы лежим в тишине, слушая дыхание друг друга. Я чувствую его присутствие так близко, что сердце начинает биться быстрее. Он поворачивается ко мне, его лицо оказывается всего в нескольких сантиметрах от моего.
— Знаешь, — шепчет он, и я чувствую его дыхание на своей щеке, — а от меня получились такие красивые и смышленные дети. Все же гены многое значат.
— Кажется, мимо нас только что что-то пролетело, — серьезно говорю я.
— Насекомое что ли? — Артур вертит головой, словно в темноте может различить хоть что-то. Воспринимает мои слова всерьез.
— Нет, Артур. Это твое раздутое самомнение не выдержало и взлетело, — хмыкаю я. — Дети на тебя ни капли не похожи. Даже не надейся.
Легко бью его в грудь и мы смеемся.
— Спасибо, Маш. И прости, что не был рядом с вами, — сдавленно произносит Золотарев.
— Просто спи, Артур, — отвечаю я, пытаясь скрыть свою взволнованность.
Он улыбается и закрывает глаза. Я следую его примеру, но мысли о нём продолжают кружиться в моей голове.
Уснуть рядом с ним еще сложнее, чем на твердом неудобном кресле.
Я верчусь, пытаясь принять удобную позу, Артуру тоже не спится.
— Ты что, не можешь уснуть? — шепчет он.
— Стараюсь, — признаюсь я, нервно хихикая.
— Ну давай уже ложись нормально, — говорит он, приподнимаясь на локте. — Иначе ты так всю ночь проведёшь.
Я вздыхаю и решаю устроиться поудобнее. Артур обнимает меня, прижимая к себе, и я чувствую его тепло. Мои мысли постепенно успокаиваются, и я начинаю засыпать, чувствуя, как его сердце бьётся в такт с моим.