Maximus Rex: Белый отряд (СИ)

Мы дошли до Гвен-Винтара, мы сделали это. Вот только дошли не все.
Из ворот Дель-Винтара две недели назад вместе со мной выходило шестьдесят три человека Белого отряда, двое сильван — Блайна с Карелом и чародейка леди Эльза Даннинг. К воротам Гвен-Винтара, сопровождаемые несколькими патрулями Инквизиции и воинов-магов Огненного Круга, подходило сейчас триста тридцать человек. И чародейка, которую несли на носилках.
Эльза потеряла силы и сознание вчера вечером, когда нас догнал крупный отряд гоблинов. Создавая ледяной барьер, она выложилась полностью и в себя до сих пор не приходила. Носилки с чародейкой несли Тонкий Тимон и боец из охраняющей Эльзу пятерки. Единственный из этой пятерки выживший к концу нашего пути.
В окружающей меня толпе то тут то там мелькали белые плащи. Но это были плащи погибших бойцов — больше никого из состава Белого отряда в идущей к городу группе людей не было.
Пухлый Пумба погиб вчера вечером — закрыв меня и Эльзу сразу от двух стрел Тьмы. Обычный человек одну то не переживет, а он остался на месте и поймал собой вторую, прежде чем умереть.
Карел вместе с выжившими бойцами своего взвода и несколькими сотнями пленных остался задерживать преследующие нас отряды гоблинов три дня назад. Четыре дня назад покинула отряд Блайна, уводя за собой крупный отряд шаманов и колдунов-культистов. Ваня покинул отряд еще раньше, неделю назад — каждый раз, когда количество освобожденных пленных людей переваливало за пять-шесть сотен, мы разделялись, рассеивались, расходясь по разным сторонам, раздергивая отряды преследователей.
Надеюсь они все смогли выжить. Дежурно надеюсь — если по-честному, с самим собой, я в это конечно же не верил.
За время пешего марша мы освободили, навскидку, примерно три тысячи пленников. И чуть больше трех сотен их сейчас шло вместе со мной к воротам Гвен-Винтара. Среди пленников я часто замечал знакомое лицо — та самая первая освобожденная женщина, которая отказалась возвращаться в Дель-Винтар и двинулась с нами вперед, найдя своих родственников.
Я до сих пор даже не знал, как ее звали, но видел, что она уже является авторитетом у остальных. Именно она чаще всех посвящала пленников Благой богине, оставляя им на лицах белую метку. Мне, если честно, сейчас было уже все равно, как ее зовут. В этот момент меня больше занимала необходимость раз за разом передвигать ноги, делая очередной шаг.
Ворота города между тем уже нависали над нами. Нас встречали.
Королевская гвардия выстроилась у ворот, за спинами воинов виднелись толпы людей. Кто-то переговаривался, но в основном люди глазели молча — по виду было понятно, откуда мы пришли.
Мы теперь уж точно дошли, но никаких эмоций у меня не было. Вообще не было — все воспринималось серо, с ледяным спокойствием. Потому что ничего еще не закончилось, а наоборот — только начинается. Сегодня мне предстоит самое важное — именно то, ради чего я повел Белый отряд за стены города на верную смерть.
Увидев капитана стражи, я — специально громко, сообщил ему, что мы пришли из погибающего и осажденного Дель-Винтара, и у меня есть информация для Первого принца Эдварда. Информация, критически важная для выживания всей цивилизации живых.
Мои слова окружающий люд встретил гомоном. Капитан королевской гвардии меня что-то спрашивал, я даже что-то отвечал; дальнейшие события окрасило серым цветом, я словно потерял возможность эмоционально воспринимать происходящее. Я по-прежнему находился в состоянии абсолютного спокойствия, холодной собранности. Но к этому добавилось ощущение натянутого струной внутреннего напряжения.
Решающий момент, кульминация игры — главное сейчас не сделать ошибку
Пришедших со мной людей разводили по сторонам, по лечебницам, по гостиницам. Я видел, как несколько человек исчезли в толпе. Это были бывшие пленники и действовали они сейчас по моим указаниям — им нужно было разнести весть о нашем походе, о многочисленных пленных, чтобы нельзя было замолчать, замылить происходящее. И я буквально кожей чувствовал, как людской гомон набирает силу и разносится по улицам и площадями Гвен-Винтара — города, много крупнее Дель-Винтара. Все же официальная столица Осколков.
 
До местного Внутреннего города мы дошли в сопровождении эскорта королевских гвардейцев. И в очень малом количестве — я, да Эльза на носилках с несущими ее белыми плащами. Чародейку отпускать в лечебницу я не хотел. Все же она живой свидетель того, как Золотарев бросил ее как кость хобгоблину в рамках исполнения договора с культистами и Черной ордой.
Нас привели в самый фешенебельный отель города — настоящий дворец. Разместили нас на верхнем этаже, в королевском люксе. И здесь нас уже ждали три жрицы разных богинь с послушницами, чтобы привести Эльзу в чувство.
В апартаментах оказалось восемь самых разных комнат (не считая ванных и гардеробных) и широкая магически кондиционированная терраса, с которой открывался невероятный вид на окрестности города. Выделялось среди которых, конечно же, огромное озеро, поблескивающее лазурью в солнечных лучах. Если в Дель-Винтаре жизнь поддерживали реки адского пламени, то Гвен-Винтар делали оазисом жизни в Инферно реки, стекающие с гор Серганны. По всей видимости, направленно стекающие — не зря же в Королевской Академии существует факультет «Сreatura aqua».
В одной из комнат положили Эльзу. Тонкий Тимон вместе со вторым бойцом остался на страже у ее двери, я направился в соседнюю комнату приводить себя в порядок. До самого вечера, что удивительно, нас никто не побеспокоил. Если конечно не считать беспокойством множество лекарей, целителей, хронистов, чиновников, инквизиторов — всех тех, кто выполнял свою непосредственную работу.
Я ждал совершенно иных визитеров, но никого пока не было.
Эльзу привели в порядок быстро, и в темпе непрекращающегося разговора и кругового рассказа об одном и том же прошел целый день. И только когда опустился вечер, нас оставили в покое.
Я, если честно, не увидев к вечеру Первого принца Эдварда, ожидал худшего. Именно поэтому все мы вчетвером ночевали в комнате Эльзы. Чтобы, если что, держать оборону. Иллюзий не было — если нас решат убить без разговора, то вряд ли мы сможем помешать. Но мы хотя бы собирались встретить убийц лицом к лицу.
За ночь ничего не произошло. Я даже поспал несколько часов перед самым рассветом, пока Эльза дежурила. Едва солнце позолотило горизонт, как в номер прибыл посыльный, сообщив что к обеду к нам в гости с визитом прибудет Первый принц. Сразу после этого Эльза легла досыпать упущенное за бессонную ночь, а ко мне начались очередные хождения — снова цирюльники, портные с готовыми костюмами, лекари для планового осмотра, в перерыве уместились время для второго завтрака.
То, что я подспудно ждал, произошло когда я уже успел немного расслабиться.
Очередной визитер оказался совсем не чиновником магистрата с очередными повторяющимися дежурными вопросами. Когда дверь за ним неожиданно сильно захлопнулась, по ушам мне упруго ударило воздухом — так бывает иногда в машине, когда с поднятыми окнами дверь резко закрываешь. Комната оказалась в куполе безмолвия: меня навестил магистр Александр Золотарев, глава факультета «Сreatura aqua» Королевской Академии магов, личный советник Короны и один из семи архимагов Капитула Высокой Коллегии.
Сбросив магическую личину, магистр магии посмотрел мне в глаза.
— Надо поговорить. Привет.
В моменты опасности на меня всегда накатывает практически абсолютное, ледяное спокойствие. Перед этим я могу серьезно нервничать, переживать и мандражировать, даже дрожать от страха. Но когда началось, все: никаких посторонних мыслей, мгновенная реакция и необычайная легкость в теле.
Вот только ледяное спокойствие ко мне пришло еще две недели назад, когда мы в численном меньшинстве, опять с наскока брали вторые ворота первого перевала. В момент, когда на нас высочило сразу четыре туши и столько же направляющих их шаманов, после чего погибла половина прикрывающего нас бывшего взвода Ронана. И с тех пор каждую минуту я жил в таком состоянии, оно никуда больше не уходило — я даже перестал бояться облажаться как командир. Две недели я жил без посторонних мыслей и лишних переживаний; скупость эмоций словно выстудило меня, сделав весь мир вокруг серым. Я практически не воспринимал чужие смерти, равнодушно относился к опасности, передо мной было только одно яркое пятно — цель, с которой мы покинули Дель-Винтар.