Maximus Rex: Белый отряд (СИ)

— …скажешь, что леди Эйтар будет ждать ее сегодня, завтра, послезавтра в Красной башне, в любое время. Также скажи, что я здесь и, если есть возможность, не против с ней пообщаться, если она сочтет нужным выйти в холл и уделить мне время.
Пока говорил вдруг понял, что Ронан меня совершенно не слушает. Он вдруг насторожился, словно почуявший добычу охотничий пес. Движения его изменились, стали плавными, глаза расширились. И, что меня крайне взбодрило, ногти на его руках заметно вытянулись, превращаясь в когти.
Неожиданно Ронан разбежался и как спортсмен-скалолаз легко заскочил по барельефу арки на верх портика. Прямо туда, где стояла статуя Иллуны. Замерев, Ронан всмотрелся в лицо статуе. После вдруг резко повернулся ко мне. С таким выражением исказившегося звериными чертами лица, что я неуютно себя почувствовал.
— Коммандер! — призывно взмахнул когтистой рукой Ронан.
Повернувшись к Тонком и Пухлому, я жестом показал помочь мне забраться на портик. Верные оруженосцы взялись за руки, приседая. Когда я поставил ступню на сцепленные крест-накрест предплечья, они одновременно выпрямились. Меня подкинуло вверх, и я оказался рядом с Ронаном. Краем глаза заметил, что к нам уже направляются несколько дежурных жриц, бегут возмущенные стражники из охраны. Но я на окрики не обращал внимания, по указке оборотня глядя на богиню Иллуну.
Мраморные, пустые глаза статуи сейчас казались словно подведенными. Но присмотревшись, я заметил, что это не подводка, а сочащаяся из-под мраморных век черная жидкость, блестящая и вязкая словно сырая нефть.
Лазериан. Тьма. Паззл сложился.
Слишком много рядом с принцессой Дома Тьмы — ну как мы с Доминикой не обратили на это внимания, причем вслух же обсуждали! Чтобы убить дракона, нужно самому стать драконом, если долго вглядываться в тьму, тьма начнет вглядываться в тебя — все же до безумия просто!
Выругавшись коротко, я спрыгнул на пол. Рядом приземлился Ронан. Выглядел оборотень обескураженным. Заскрипели когти и наполовину обернувшийся в зверя Ронан бросился вперед, в арку.
Не прошел — он врубился в пелену зеленых лоскутьев словно в желе, и его вдруг откинуло прочь, выстрелив обратно как камнем из рогатки. От арки прохода отлетал уже зверь, высекая когтями искры — лапы били по полу. Едва остановившись, огромный лютый волк снова устремился вперед. Вновь неудачная попытка — пелена, которая по краям перестала быть зеленой, став черной, Ронана внутрь не пускала. Волк громко зарычал, но через пару мгновений перекинулся обратно в человека.
— Коммандер, мне надо зайти внутрь. Ты мне поможешь?
Самые разные мысли скопом пронеслись у меня в голове.
— Глаза богини Иллуны сочатся Тьмой. Доложите Эстери! — обернувшись, сказал я Тонкому и Пухлом. — Быстро! Бегом! — крикнул я, увидев миг замешательства.
Крикнуть, кстати, более-менее получилось. Голос у меня до сих пор с хрипотцой, но при повышении в свистящий шепот больше не падает. В дикой возникшей ситуации я зацепился за эту мысль. Наверное потому, чтобы стараться не думать о плохом.
— Коммандер? Мне надо внутрь! — снова повторил Ронан. Выглядел он сейчас страшно — лицо его исказилось, из носа и из ушей сочится кровь — попытки пробить пелену входа не прошли даром.
ТТ и ПП уже стремительно сорвались с места, бегом направляясь к выходу храма. После моих хриплых криков спешащие к нам жрицы и стражники остановились, словно на стеклянную стену наткнулись, а после некоторые из них даже попятились. Все они сейчас смотрели наверх, на статую — на лице которой уже были хорошо заметны черные слезы. Видимо броски Ронана как-то инициировали защиту, и Тьма проступила сквозь маскирующие ранее арку зеленые всполохи.
— Зачем тебе внутрь?
— Там происходит что-то страшное. Помоги мне войти внутрь.
Ронан говорил спокойным голосом, но лицо его по-прежнему, выдавая напряженное состояние, искажалось звериными чертами.
— Как я тебе помогу?
— Проход, коммандер. Только ты можешь его открыть.
— Как я могу его открыть?
— Ледяной клинок.
 
Осознание пришло мгновенно — если, как говорила Доминика, ледяным клинком можно закрывать проходы между мирами, то уж прорубить защиту думаю для него вполне доступная задача.
— Что мне нужно сделать?
— Просто рубани по пелене, она на некоторое время должна исчезнуть.
Просто рубануть по пелене. Как просто. Повернув перстень на пальце, я перехватил материализовавшийся в руках ледяной меч. Полуторный, длинный, прямой и непривычно после Зеленого листа тяжелый.
Подойдя ближе к пелене входа, встав на расстоянии полуметра, я размахнулся и ударил сверху вниз от плеча. Бил сильно, но подспудно ожидая что клинок легко пройдет сквозь пелену; но едва ледяной клинок коснулся зеленых лоскутьев тумана, как я ощутил серьезное сопротивление. Меч погрузился словно в вязкую патоку, как в мазут, почти мгновенно останавливаясь. Я подумал было что эффекта никакого не будет, как вдруг раздался громкий, ударивший по ушам звон, и пелена истончилась, исчезая.
Увидев во что превратилась арка прохода в храм, я отшатнулся. Каменный портик, арку внутри и статую богини сейчас полностью покрывал белый налет изморози, возникший после моего удара; но под ним отчетливо виднелись черные щупальца и блестящие пятна тьмы. Удар меча словно сорвал маскировочную пелену, явив взору истинный вид некогда прекрасного прохода в храм.
Позади нарастала суета — сквозь звон в ушах я начинал снова воспринимать окружающие звуки. Обернувшись, увидел как бойцы в белых плащах становятся в шеренгу, прикрываясь щитами-эгидами и держа наготове дробовики; видел спешащих сюда жриц Лунатиарны, уже выставляющих широким полукругом факелы света, останавливающие нежить. Видел жриц из других храмов, которые явно готовились встречать нечисть, если она попрет сейчас из входа в некогда храм Иллуны.
— Коммандер? Ты со мной? — посмотрел на меня Ронан.
Какой просто вопрос, и какие простые варианты ответов. Конечно же я хотел отсюда свалить. Но человек тем и отличается от животного, что умеет переступать через свои желания, делая то что нужно, а не то, что хочется — вспомнил я сказанное однажды Доминике в похожей ситуации.
Только тогда я должен был идти вперед, потому что от меня этого ждали, и, если бы я не пошел я бы нарушил закон. Сейчас у меня был выбор, и если я не пойду вперед, никто мне слова не скажет
— Погнали, — опережая разумные мысли, произнес я.
— Ждите здесь, внутрь заходите только с Эйтар, — обернулся вдруг к своему взводу Ронан.
После этого мы вместе с оборотнем двинулись вперед, в арку прохода. Под ногами здесь еще был толстый слой льда, но вот по стенам… щупальца тьмы, заменившие растительный узор, уже топили намороженный моим ударом лед, и в некоторых местах сквозь исчезающую изморозь уже открыто поблескивала потеками маслянисто-черная тьма.
— Почему им ждать здесь? — на ходу спросил я оборотня.
— Потому что без Эйтар и большой королевской рати они там только погибнут зря.
— А мы не погибнем?
— А мы избранные богами, коммандер, — довольно странно ответил Ронан. — У нас есть шанс.
Когда мы почти прошли через проход арки, я увидел, как за нашими спинами наливаются темной силой лоскутья пелены, пробиваясь через наледь изморози. Похоже, мой удар открыл проход ненадолго, и скоро сюда никто не войдет. Но тем не менее, я не останавливался и шел за Ронаном — он не раз и не два спасал мне жизнь, и я не мог сейчас не пойти вместе с ним.
Миновав арку прохода и оказавшись в храме Иллуны, я ошеломленно осмотрелся по сторонам. Роща, в которой когда-то встретили меня девы дриады, превратилась в выжженное тьмой пепелище. Деревья стояли голые, без листвы; местами виднелись уцелевшие поляны с серой сухой травой, но в основном все вокруг покрыто черным пеплом.
Храм Иллуны полностью обезлюдел — вокруг не видно не единой живой души. И не только души — отсюда ушла сама жизнь. Над головой нависали черные тучи, видно все вокруг на расстоянии не больше пары сотен метров — черный пепел клубился над землей, окутывая все окружающее пеленой тумана. Ронан активировал свой меч — Золотой лист, и коротко оглянувшись на меня, двинулся вперед. Я, убрав ледяной клинок и достав Зеленый лист, шагал за ним, двигаясь след в след. Проходя через превращенную в пепелище рощу, мы несколько раз натыкались на обезображенные Тьмой тела. Судя по всему, принявшие бой дриады и жрицы.