Maximus Rex: Белый отряд (СИ)
Пьяный Карел пытался подняться. Я же, посмотрев на него, в этот момент все понял! Если по науке, то сильный удар в нижнюю челюсть вызывает нокаут. Качественное попадание провоцирует движение и черепной коробки, и мозга — который на резкий импульс, вызванный ударом, реагирует с опозданием. И вот после, когда серое вещество входит в резонанс с черепной коробкой, случаются потери ориентации и сознания. Так вот: после моих тяжелых, хорошо поставленных и точно попадающих ударов мне стало ясно, что мозга у Карела нет совсем, а его лобовая броня плавно переходит в затылочную кость.
Как все оказалось просто.
«Элементарно, ага», — согласилась демонесса.
Карел между тем неуклонно поднимался. Как раз сейчас он стоял на четвереньках, в готовности выпрямиться. Не успел — обойдя сзади, я уперся подошвой ему в зад и резко распрямил ногу.
«Это был ну очень грязный прием, красавчик!» — прокомментировала Доминика.
Согласен: полетел поднимающийся и уже оторвавший руки от пола Губошлеп, из такой полупозиции головой в стену. Вообще опасно — мелькнула у меня холодком отрезвляющая мысль, так ведь и шею сломать можно. В хоккее за такое автоматом двоечку дают — большой штраф плюс дисциплинарный, до конца игры; но мы не в хоккее, здесь веселее.
Губошлеп, после моего пинка с силой влетев лицом в стену, сложился упавшей бесформенной тряпкой. Шею он не сломал, и даже близко похоже от удара не расстроился. Его наоборот, снова взбодрило — поднялся он весьма резво, почти мгновенно вскочив на ноги. Только для того, чтобы вновь отразить лицом удар, но в этот раз тяжелой дубовой скамьи, которую я и поднял то с натугой.
Звук раздался сдвоенный — сначала глухой, чавкающий, когда скамья встретилась с носом Карела, а через миг звонкий, как колотушка — когда откинувшийся назад Губошлеп ударился затылком о стену. Я вновь испугался за его жизнь и здоровье. Напрасно — Карел произошедшего даже не заметил, снова рванувшись вперед. По-прежнему не очень точно ориентируясь в пространстве — лицо у него уже все было залито кровью.
Почувствовав рядом чужое присутствие, я резко обернулся. При этом напугав вернувшуюся служанку — она вздрогнула и сжалась в испуге ожидания оплеухи. Но не отшатнулась, протягивая мне глиняный кувшин с водой. Взяв который, уклоняясь, я тут же разбил его о голову пробегающего мимо Карела — только черепки брызнули, и вода полилась. Губошлеп с грохотом упал, потому что я еще и подножку ему поставил.
— Больше воды, больше! — произнес я, показывая руками большой круг от груди. Служанка кивнула и снова убежала.
В этот момент Карел снова побежал на меня — прыгнув в разбег из положения на четырех костях. Прямо как спринтер со стартовой позиции на беговой дорожке. Я вовремя успел уклониться, и Карел пробежал мимо. Он споткнулся о разломанный стол, своротив его в сторону и стараясь удержаться на ногах, врезался в Пухлого и Тонкого. Парни стояли неподалеку в готовности меня защитить, и в их руках давно материализовались щиты-эгиды, на которые они приняли разбушевавшегося пьянчугу. Который уже перестал производить впечатление губошлепа-алкаша. ПП и ТТ, кстати, сработали на отлично — с дружным криком оттолкнули щитами массивное тело. Если бы эгиды не были усилены магией, думаю вряд ли бы у них это так легко получилось.
Девушка-служанка уже вернулась, вместе с деревянным ведром воды. Когда я забрал ведро, Карел как раз пробегал совсем рядом. И чуть погодя оказался мокрым с головы до ног — я окатил его водой. Когда взбесившийся и трезвеющий Губошлеп затормозил и замер на миг, пытаясь развернуться ко мне, я вдруг, сам не понял как додумался, изловчился и надел ему ведро на голову.
Деревянное ведро было конусовидной формы, поэтому село крепко. Рев вконец очумевшего Карела теперь раздавался глухо, но махал кулаками он уже как вентилятор на полной скорости — я вновь еле-еле успел отскочить. И споткнувшись, наступив на обломки стола, едва не упал. На мгновенье отвлекшись, я попытался показать испуганной служанке, что мне нужен большой таз или даже корыто.
— Ронан?
— Коммандер?
— Скажи ей, что мне нужно большое корыто или бочка!
Оборотень перевел, служанка закивала как болванчик и убежала.
Карел в этот момент разбил ведро. Надел я его прочно, снять он ведро не смог, поэтому сделал самое простое, что умел — ударился головой о стену. Деревяшки брызнули, разлетаясь, Губошлеп покачнулся (наконец-то!), вытер с лица кровь и начал активно моргать, стараясь найти меня взглядом. Я в это время забрал простой и тяжелый щит из композиции поставленных в угол старых доспехов, которые возвышались там как украшение холла.
Карел найти меня взглядом так и не успел: раздался пронзительный гул, когда я, раскрутившись словно метатель молота, ударил щитом, держа его за один край двумя руками. Карел покачнулся, а я вновь ударил его щитом. Заставив его подсечкой упасть на колени, я опять взмахнул щитом — уже снизу-вверх, так что Карела откинуло от удара назад.
Замерев на несколько секунд, я понял, что дышу так тяжело, словно пятикилометровый кросс только что пробежал в полной выкладке. Уронив щит, почувствовав слабость усталости в руках. Даже упер ладони в колени и постоял, давая себе время отдышаться.
Да, не зря я не хотел начинать уговаривать это пьяное тело.
— Ох и нелегкая это работа, из болота тащить бегемота, — пробормотал я себе под нос. — О, если вы не придете, он утонет, утонет в болоте…
«Чего?» — крайне удивилась демонесса.
Я на нее даже внимания не обратил.
«Красавчик, ты гонишь? У тебя с головой все в порядке, какой бегемот, какое болото?»
«Все просто тип-топ, красотка!»
Карел между тем вяло барахтался, дергая руками ногами словно перевернутый на спину жук. Чуть погодя он с трудом встал на колени, сплевывая обломки зубов и кровавую юшку. В этот момент возвратилась служанка, причем не одна. Она прикатила бочку, а следующая за ней вереница местной прислуги очень быстро начала наполнять ее водой из принесенных с собой ведер.
Переведя дыхание, я присел рядом с Карелом.
— Видишь? — поинтересовался я, показывая ему перстень с гербом клана. — У меня есть что тебе сказать. С сегодняшнего дня…
Договорить я не успел — Карел снова попытался меня ударить. Отскочив, я вновь поднял отброшенный было тяжелый щит и с размаха, сверху вниз — как колуном когда-то дрова колол, ввалил Губошлепу по голове. Тот после удара отключился.
— Свяжите его, — махнул я Пухлому и Тонкому.
Несколько минут, и ноги и руки Губошлепа оказались крепко стянуты.
— Приведите его в себя.
Пара ударов по щекам и Губошлеп открыл глаза.
— В бочку его, — показал я на наполненную водой бочку посередине разгромленной гостиной. — Не-не, не так, головой вниз.
Поднатужившись, Пухлый и Тонкий закинули Губошлепа в бочку, так что из-под воды остались торчать только ноги.
— Умрет, пропадет бегемот! — снова негромко повторил я всплывший недавно в памяти детский стишок.
В полнейшем молчании присутствующих потянулись долгие секунды. Окружающая толпа народа — и из Белого отряда, и из прислуги усадьбы, которой вокруг было уже неожиданно много, замерла даже не дыша. Лишь трепыхались ноги Карела — выбраться из бочки с водой, если ты находишься там связанный и вниз головой, затруднительно.
Прошло около минуты, пока ноги Карела не перестали активно трепыхаться. В этот момент я поставил ногу на край бочки и с силой толкнул ее, опрокидывая. Бочка упала, вода полилась по полу, послышался глухой кашель Карела. Некоторое время я дал ему отдышаться, после подошел и вытянул за ноги из валяющейся бочки.
— Еще раз пусть водой наполнят, — сказал я Ронану.
После того как оборотень передал мое указание, слуги забегали и засуетились. Я же присел рядом с Карелом.
— Ты русский вообще понимаешь?
На удивление, Губошлеп кивнул.
— Отлично. Итак, слушай. С сегодняшнего дня глава клана Карадрасс — твоя сестра Кайла. Твой отец, Безумный Кормак, слишком далеко зашел в оскорблениях своей второй жены, ее матери, подавился от ярости и неожиданно умер. Меня зовут Максим Царев, я капитан вольной роты под названием Белый отряд, и я заключил контракт с Кайлой на охрану имения Карадрасс. Контракт на три месяца, и эти три месяца я, — показал я Карелу печатку с гербом клана, — являюсь вторым человеком здесь. Твоя жизнь, жизнь алкаша Губошлепа, является препятствием для возрождения клана. И у тебя сегодня, впервые за долгое время, есть выбор не только между вином или пивом, а выбор, который может повлиять на судьбу твоего клана. Вариант первый — ты сейчас целуешь эмблему отряда и приносишь клятву верности мне, Максиму Цареву, капитану вольной роты, отрекаясь от своего клана. Вариант второй — я снова закидываю тебя в бочку головой вниз и оставляю там. Бочку вынесут во двор и оставят на ночь, чтобы вода замерзла и катить удобнее было. Утром бочку докатят до реки адского пламени и туда скинут. Вот и все. Даю тебе минуту на размышление.