Maximus Rex: Белый отряд (СИ)
Четвертая пурга оказалась слабее остальных, зато под ее прикрытием у стен оказались несколько отрядов высших демонов Инферно, повелевающих адским пламенем. Именно они пробили стены Грязного города сразу в нескольких местах, открывая полчищам крысолюдов-скавенов путь в город. Одновременно с этим с неба Дель-Винтар атаковал ледяной дракон, а из подземных путей полезла орда черных гоблинов, ведомая воинскими кланами хобгоблинов.
Дель-Винтар оказался атакован с трех сторон, ситуация казалась критической. Настолько, что через портал магистрата город почти сразу начали покидать нобили и чиновники, эвакуируясь в Гвен-Винтар и на «материк», как назвал боец инквизиции мир Валлирант. Более того, круги элит города объяла паника — почти сразу эвакуация растеряла всякий порядок, превращаясь в самое настоящее бегство. Как сказал боец, у порталов возникло даже несколько стычек, были и погибшие.
Но пока одни бежали и толкались у порталов, другие сражались с вторгшейся ордой. Ледяной дракон был убит на наших глазах, а штурм черных гоблинов из подземных путей был сначала приостановлен Горной стражей, а после угрозу купировали изменением русла огненной реки. Самая тяжелая ситуация складывалась в Грязном городе — скавены и бесы, пришедшие вместе с демонами из ледяных пустошей, прорвались за стены Высокого города сразу в трех местах, оказавшись и в городе Нобиле. При этом на пути прорыва демонов, бесов и скавенов полегло треть находившейся в городе королевской гвардии, и не менее десятка сильных магов.
Судя по эмоциям ведущего рассказ воина-инквизитора, произошедшее оказало на него ошеломляюще воздействие. И я понимал в чем дело: хорошо запомнил неоднократно слышанные слова о том, что магическую защиту Дель-Винтара преодолеть практически невозможно, а его стены неприступны. Винтарцы, особенно привилегированные элитные части — Горная стража, Инквизиция и Королевская гвардия, совсем не привыкли нести подобные потери. К силе привыкаешь, а подобные оплеухи оказываются невероятно болезненными.
Кроме того, как вскользь упомянул сопровождающий нас воин-инквизитор, претензии у защитников возникли к Грязной страже, основные потери которая понесла от дезертирства. Причем, в отличие от грязных стражников нижнего города, гильдейские и цеховые отряды ополчения каждый в своем районе стояли насмерть, буквально зубами вцепившись в каждый дом. Это, впрочем, неудивительно, ведь без условий социального обеспечения полная потеря имущества в сословном мире — верная смерть. И даже несмотря на то, что город в некоторые моменты казался обреченным, местное ополчение билось бок о бок с гвардейцами Короны, даже не думая отступать.
Только к середине ночи ситуацию в городе постепенно удалось взять под контроль. Через порталы подошло подкрепление из Огненного круга магов, и защитники города постепенно сумели вернуть контроль над захваченными скавенами городскими кварталами. При этом, отмечал боец, было заметно ослабление натиска — в атакующих порядках противника исчезли и не появлялись черные гоблины. И это несмотря на доклады разведки о том, что в Мертвом городе из них собирался самый настоящий ударный кулак — потерпев неудачу на подземных путях, гоблинская орда собиралась обойти город по кругу и присоединиться к скавенам и демонам.
Я при этих словах гвардейца глянул на окровавленную сумку Ронана. Похоже, я знаю причину остановки атак Черной орды. И это не только и не столько созданная Ронаном в тылу гоблинов нежить. В его сумке ведь сейчас головы двоих любовников, из-за связи которых у главных кланов хобгоблинов могли возникнуть совершенно другие интересы кроме штурма города: сегодня утром Ронан мне рассказал, кого именно мы убили в памятном овраге. И только после этого мне стало полностью понятно почему Ронан, рискуя жизнями — и своей и нашими, так стремился забрать брошенную сумку с места боя с Блайной.
Тем временем, чем ближе мы подходили к отелю, тем сильнее ноги наливались усталостью. Словно свинцовые гири навесили. Хотелось вкусно кушать и сладко спать, причем настолько сильно, что я даже не мог понять, чего именно мне хочется больше. Сначала кушать, а потом спать, или сначала спать, а потом кушать?
Жаль, что нельзя делать эти два дела одновременно.
Мы уже зашли в холл отеля и в поисках военного коменданта двинулись в ресторанный зал, где был оборудован штаб обороны города. Доложиться — и все, отдыхать, мыться, спать. Я уже придумал как быть, найдя компромисс — переодеваясь и принимая душ можно что-нибудь сжевать, потом поспать, а потом уже качественно позавтракать. Когда нужно, у меня появляются просто удивительные в своей стройности идеи.
Стражники из королевской гвардии на входе в ресторан нас пропустили. Правда, после некоторой заминки — показалось, что не будь с нами Дарриана, остались бы мы у двери коменданта ждать. Почему так, стало ясно, когда мы зашли в ресторан — атмосфера здесь висела крайне напряженная.
Наше появление в зале привлекло сдержанное внимание. Но обсуждение не прекратилось: слово сейчас держал не военный комендант Дель-Винтара, а сам генерал-губернатор Гай Милнер. Его я узнал, хотя видел второй раз в жизни. Первый раз был меньше десяти часов назад, когда он в состоянии близком к панике пробежал мимо меня, даже не заметив.
«Ой-ей-ей, красавчик, похоже мы не вовремя», — вдруг протянула демонесса.
Очень похоже на то. Осмотревшись я понял, что даже генерал-губернатор здесь и сейчас не самая главная персона. Кроме него в зале ресторана, за сдвинутыми и накрытыми картами столами, расположилось не менее трех десятков самых разных облеченных властью людей.
Виднелись мундиры, мантии, деловые костюмы, техномагические доспехи. И среди всех выделялось красно-оранжевое инквизиторское одеяние Эстери Эйтар. Четвертая судья Трибунала Инквизиции сидела за столом в крайне напряженном виде. Ее глаза горели отсветом пламени, белые волосы непривычно стянуты в хвост.
Из знакомых лиц за столом была еще принцесса Дана Лазериан и капитан королевской гвардии Рустем — в заметно посеченных доспехах, с перевязанной головой; на белом бинте пятно проступившей крови выделялось алой кляксой. Был еще рыжий здоровяк в черных доспехах — именно его я видел, когда он поднимал на ноги утомленных недавним боем бойцов Горной стражи, перед тем как в Подземном городе с появлением дракона началась вакханалия.
«Это Бергер, капитан роты Бергера. Раньше служил Короне в Горном Корпусе, потом его выгнали, и он стал авантюристом», — пояснила Доминика.
Рота Бергера, где-то я это слышал. А, точно, отряд авантюриста Гаррета — с которым я общался в первый день здесь, как раз из этой роты. На выглядящего крайне озабоченным капитана Бергера я бросил еще один взгляд и после обратил внимание во главу стола. Где расположился седой пожилой чиновник в простом синем мундире безо всяких знаков отличий. Но судя по бросаемым на него взглядам, именно этот седой чиновник был здесь главным. Был тем, кто здесь и сейчас принимает решения. Потому что в тот момент, когда мы появились, генерал-губернатор, позвякивая медалями на груди, громко говорил что-то на незнакомом языке апеллируя именно к нему. Громко, но весьма и весьма уважительно, чуть ли не кланяясь при этом.
Слов я не понимал, но что говорит Гай Милнер про Эстери Эйтар, было вполне понятно. Сложно о таком не догадаться, когда видишь банальное и невежливое тыканье указательным пальцем.
«Он говорит, что Инквизиция просрала все полимеры, красавчик», — прокомментировала демонесса.
«Эм. Тут не обсуждают что делать, а еще решают кто виноват?»
«Видишь этого дядьку во главе стола, который делает вид что происходящее его не касается?»
Демонесса в моем восприятии на миг материализовалась — за спиной привлекшего мое внимание важного чиновника в простом мундире, и показала на него пальцем. Тот сейчас действительно делал вид, что происходящее его не касается: он внимательно рассматривал свои ногти, не поднимая взгляд на продолжающего обличительную речь генерал-губернатора Дель-Винтара.