Второй шанс (СИ)

Когда все расселись, налили себе чаю и взяли по кренделю, собственноручно испечённому хозяином дома, Тэнно быстро, но не упуская важных деталей, пересказал историю нашего похода. При описании битвы с ведьмами он особо выделил мои заслуги, всячески подчеркивая, что я спас положение отряда. События, случившиеся после посещения книготорговца, мистер Каоми представил в несколько измененном виде, а именно так, будто я получил вести, потребовавшие моего немедленного присутствия на востоке (по частному делу). А поскольку в его, мистера Каоми, обязанности, кроме всего прочего, входила охрана господина Мерсли и его друзей, то он позволил себе предложить помощь и содействие. Далее мистер Каоми описал столкновение с хищниками. Он без запинки перечислил все имена, уровни и другие приметы нападавших, вспомнил точные слова, сказанные Тартаром. Члены совета сосредоточенно слушали.
Наконец доклад был окончен, и советник Галланс еще раз от лица города выразил нам троим свою благодарность. Он сообщил, что по его распоряжению для меня и моих спутников выделен дом в городе, которым мы вольны пользоваться как хотим. Он также сообщил мне, что мои друзья, остававшиеся здесь на время экспедиции, пребывают в добром здравии. Госпожа Фиджи — ценнейшее приобретение для научного сообщества полиса. Квентину и Гэри помогли обрести голос (в городе была специальная служба, занимавшаяся этим вопросом) — право на голос было основополагающим правом горожанина.
Мистеру Каоми задали несколько вопросов общего характера.
— Теперь мы все смотрим на вас, Морандо, — сказал Том.
Сидевший с краю шеф разведки был, казалось, полностью занят чаем.
— Простите, советник, но, возможно, вы бы хотели услышать мое мнение в более приватной обстановке?
— Господин Ркаэли, у меня нет оснований не доверять докладу господина Каоми. К тому же я прошу вас не раскрывать секреты нашей обороны, а всего лишь прокомментировать поступившую информацию, и, да, я считаю уместным поделиться этой информацией с любым, кто теоретически может пострадать от действий хищников.
— Но не согласится ли господин Мерсли сначала ответить на несколько вопросов? Например, по какому такому личному делу он отправился на восток, на территорию, где вероятность встретить Хищников гораздо выше, чем в других местах?
Собрание повернуло головы в мою сторону. Я помедлил мгновение, потом сказал:
— Я получил весточку от одного человека, с которым давно пытался встретиться.
Ркаэли порылся в своей папке.
— Это человек из реального мира, мистер Мерсли?
— Это имеет какое-то отношение к уровню оказываемого мне доверия?
— Если вы спрашиваете меня, — сказал начальник разведки, — то самое непосредственное. Мир — очень хрупкая штука. А мир реальный, по большому счету, представляет для нас угрозу гораздо более существенную, чем все Хищники, вместе взятые.
— Решать вопросы такого масштаба, — вмешался Том, — не входит в задачи разведки. Как и городского управления. Я не поощряю контакты с внешним миром, но запретить их невозможно. Человек имеет право на свое прошлое. Я прошу вас, Морандо, оставить это и перейти к комментарию.
Шпион медленно наклонил голову.
— Нам известно примерно то же, что и около двух недель назад. Бандформирования хищников довольно успешно воюют с городом игроков, твердо удерживая восточный берег Оквэ. Все недавние стычки со свитой короля были в пользу ЭКЧ. Что и не удивительно. Однако гвардия и сам король по-прежнему находятся под защитой крепости, куда регулярно поступает дань прокачкой. Уровень короля на сегодняшний день — 38. Средний уровень первого круга свиты…
— Понятно. А про эту «новую силу» нам что-нибудь известно?
Ркаэли развел руками.
— Каждый второй Хищник именует себя новой силой, — сказал он. — Что тут можно прокомментировать?
Мистер Майерс желчно усмехнулся.
— Вы удивительно оптимистично реагируете на новости о потенциальной вражеской армии, которая угрожает городу с высокими каменными стенами, сидя в городе, у которого нет даже законченного частокола, мистер Ркаэли. Что и говорить.
 
Морандо аккуратно закрыл папку.
— Кажется, мы как раз собирались исключить из повестки вопросы нашей обороны, не так ли, сэр?
— Под обороной вы понимаете пятиуровневого привратника, который целый день упражняется в верчении шлема на наконечнике копья?
— Мистер Майерс, — доброжелательно сказал Том, — вы торопитесь с выводами, не зная всей картины. Наше поселение очень молодое, и это первое поселение, построенное не создателем этого места, а человеческими руками. Сперва строят дом, а уже потом его обносят забором. Перед нами стояла задача дать людям надежду на нормальную жизнь. Город совсем не так беспомощен, как вам кажется. Здесь живут сотни игроков с уровнем выше десятого, которые встанут на защиту своих домов. Но для того, чтобы они это сделали, надо сделать так, чтобы эти дома у них были. А построить стену, которая станет серьезным укреплением, означает остановить стройку жилья надолго.
Мистер Майерс молча поклонился. Том повернулся к разведчику.
— Господин Ркаэли, я бы попросил вас по возможности наладить более оперативные сводки с фронтов. Нет ли новостей о человеке, напавшем на господина Мерсли около свалки?
— Увы, — покачал головой шпион, — след Сторка затерялся где-то на востоке. Я могу только с уверенностью сказать, что он не пересекал реку в южном направлении.
— Что ж, господа, — советник поднялся из-за стола, — нам остается ждать вестей. Еще раз благодарю вас за помощь в покупке книг, мистер Мерсли. Кто-нибудь внизу проводит вас к вашему новому дому. И, надеюсь, нам еще удастся вскоре потолковать.
Проводить нас вызвался мистер Каоми. На улице перед домом стояла деревянная скамья с отломанным подлокотником, на которой кто-то сидел. Вид у сидевшего был очень жалкий, колени подтянуты в груди, плечи ссутулены. Когда мы приблизились, сидящий поднял голову, и я узнал Куин. Он вскочила и бросилась нам навстречу. Я приветливо улыбнулся, и на секунду мне показалось, что девушка собирается кинуться мне на шею.
Дом был двухэтажным и с такой же планировкой, как у советника. Наверху были спальни, причем, благодаря удобным переносным перегородкам, их количество можно было варьировать. Сейчас их было шесть. Внизу располагались гостиная, кухня и маленькая душевая. Друзья постарались на славу, чтобы обставить и украсить все к нашему возвращению. На столе красовалась кружевная салфетка ромбиком, а на ней — изящная глиняная ваза, похожая на античную амфору. В шкафу имелась посуда, у железной печки — дрова, а на ней — чайник, занавески, коврик у входа и еще множество мелочей, благодаря которым жилье становится домом. Нашим домом.
  
Глава 24
 
Прошла неделя жизни в городе. Я вставал по утрам и завтракал в кафе, хозяйка которого пекла настоящие круассаны. Знаете, ради одного этого стоило изобрести всю современную цивилизацию, как бы я от нее ни убегал в последнее время! Ну кто мог испечь круассан в средневековье? Кто знал, как сделать слоеное тесто, имея на руках только муку, воду, соль и сливочное масло? Круассаны выпекала русская женщина, у которой одной из немногих в городе была в доме огромная каменная печь. Эту печь она разогревала до каких-то немыслимых температур, так что в доме невозможно было находиться, но на улице стояли столики, и там можно было сесть, заказать чашку кофе и круассан.
— Вы позволите?
Я поднял глаза и увидел профессора Камиллу Харрис, которая протягивала мне руку. Я осторожно пожал эту руку и указал на стул напротив.
 
— Спасибо, Брайан, — сказала профессор, присаживаясь, — Свободных мест нет, а мне необходима чашка кофе перед работой! И на работе. И после работы. Это ужасно! Понимаете, все наши зависимости, все дурные привычки, все особенности нашего разума, включая ряд психических заболеваний, — мы всё это принесли с собой в маленьких чемоданчиках наших синапсов. Наши тела не нуждаются в кофеине, но в моем мозгу был участок, который считал иначе, и этот участок оцифрован вместе со всеми прочими и действует прямо сейчас.