Тайна мертвой планеты (СИ)

— Де-евку, — промычал тысячепал, разинув одну из пастей.
— Угу. Девку. Тоже хочешь с ней позабавиться? А не выйдет. Этот урод засунул ее в колбу и любуется, как ее пердолят пятеро дебилов. Куколд сраный.
— Пердолят сраный, — повторила пасть.
— Тихо! — шикнул Гнудь. — Идет кто-то.
Издалека донеслось шлепанье босых ног, скрипнула дверь.
Гнудь высунулся из глубокой ниши между кроватью и диваном.
Тысячепал свернулся в клубок и притворился пуфиком.
В комнату вошла голая девка, огляделась, что-то пробурчала и сунула нос в шкаф с одеждой.
Гнудь завис, наблюдая как она встает на цыпочки и тянется к верхней полке, а потом расставляет для устойчивости длинные ноги и наклоняется к нижней.
Он не сразу заметил, что пуфик ожил и подкрадывается к девке, отталкиваясь бахромой, как псевдоподами.
Девка едва успела натянуть на свои выдающиеся формы бесформенную хламиду. Пуфик бросился к ней как охотничья собака, выпростал щупальца и обвил ее с головы до ног.
Она завопила, дергаясь и пытаясь вырваться.
Гнудь подошел ближе.
— Заткнись. Невидимка обычно сюда не заглядывает. Но если будешь орать, обязательно заглянет. Тебе оно надо?
Девка замолкла хлопая глазами. Щупальца тысячепала обмотали ее целиком, так что наружу торчала только голова.
— Враг моего врага мой друг, — сказал Гнудь, — слышала такое выражение? Ясен пень, мы с тобой не друзья. Но у нас схожие цели. Ты хочешь отсюда выбраться. А мне нужен этот корабль. И ты мне в этом поможешь.
 Рассказ 14. Доча и пустота 
Старший брел по коридору, ничего перед собой не замечая. Наталкивался на стены, шкафы. Пинал путающиеся под ногами мешки с тряпьем. Откидывал с дороги велосипеды.
Всё внутри клокотало.
— Убью мразь, — бормотал он под нос. — Шкуру живьем сдеру. На мелкие куски порежу. Сожгу на медленном огне.
— Может она не причем? — пробурчал идущий следом Одиннадцатый.
Старший обернулся.
— Ты что, идиот? Так ничего и не понял? Эта толстожопая тварь — суккуб. Бедные парни стали ее бессловесными рабами, как только болты ей в дыры присунули. Да и я дебил. У самого голова тогда набекрень пошла от ее раздвинутых ляжек. Мог бы догадаться.
— Погоди. Всех суккубих сожгли еще десять лет назад вместе с их планетой.
— Значит не всех. Эту на расплод оставили. Иначе не объяснишь, почему от одного ее вида сразу стоит как оловянный. И в башке одно желание — загнать ей во все отверстия одновременно и драть пока сознание не потеряет. У меня лет тридцать такого не было.
У молодого Одиннадцатого оловянный стоял на любую более-менее фигуристую бабу. Так что аргумент Старшего был для него не аргумент. Нежная блондинка с лилейно-белой кожей, пухлой попкой и большими упругими грудями меньше всего походила на демониц, о которых рассказывали леденящие истории.
— Короче, — сказал Старший, — благодари бога, что тогда в баре ее не оприходовал. А то бы ходил сейчас с отформатированными мозгами.
Их осталось двое. Самый старый и самый молодой. Остальные лежали позади с переломанными позвоночниками, свернутыми шеями и обугленными ранами от лазерганов.
— Валить надо отсюда, — прошептал Одиннадцатый. — Вдвоем все равно не справимся. Ну их всех к черту. И шлюху тоже.
Старший резко остановился.
— Валить и оставить братанов не отомщенными? И даже без погребального костра? Нет, соплежуй. Они у меня все кровью умоются. И шлюха, и эти… А потом я такой костер устрою… Не отставай. Недалеко осталось.
Старший решительно зашагал по коридору. Одиннадцатый плелся следом, опустив нос. Метнувшийся им под ноги очередной робот-охранник получил заряд плазмы и рассыпался на обугленные головешки.
Наконец, Старший остановился перед массивной стальной дверью и сверился с планшетом, куда закачал схему сарая.
— Это должно быть здесь.
 
Дверь со скрежетом откатилась в сторону, показав тесное помещение, набитое аппаратурой.
— Ты прав, малой, — Старший шагнул внутрь. — Вдвоем с тобой мы точно не справимся. Ты плаксивое бесполезное ничтожество. А вот вдвоем с ним вполне можем попробовать.
— С кем? — сглотнул Одиннадцатый, уже догадываясь, что будет дальше.
Старший не ответил.
Это была комната дальней связи. И, судя по слою пыли, ею очень давно не пользовались.
Старший смахнул паутину с панели управления, быстро набрал команду. Угловатые приемные блоки ожили, замигали огоньками. Старший выудил из кармана чип-взломщик, опустил в слот.
— Может не надо? — робко спросил Одинадцатый.
— Заткнись, — коротко бросил Старший и выдвинул ящик с обесточенными дронами-наблюдателями. Выбрал из них один, похожий на мяч с торчащими назад четырьмя антеннами.
— Блин, Старший. Ты только хуже сделаешь.
Тот дернул плечом, продолжая лихорадочно стучать по клавиатуре.
Наконец дрон осветился, загудел и медленно поднялся в воздух.
Одиннадцатый вдруг понял, что означает фраза «душа ушла в пятки». Душа у него сейчас ушла не просто в пятки, а пробила пол и спряталась где-то в районе трюма.
Дрон медленно развернулся.
На его фронтальной панели горел, пылал и плавил вокруг себя воздух неистовый Золотой Глаз.
— Дайте догадаюсь, — пророкотал низкий жестяной голос. — Вы всё просрали и теперь решили потратить мое время.
— Босс, — пробормотал Старший. — Все оказалось сложнее, чем мы думали. Кроме шлюхи Угольным Мешком интересуются еще как минимум две банды. Нас заманили в ловушку. Нужна помощь.
Глаз вспыхнул еще ярче.
— Тупое быдло. Скажите спасибо, что я пока не могу до вас дотянутся. Через неделю по вашему следу прибудет ретранслятор, и первое, что я сделаю, это выжру ваши мозги. А теперь говори, зачем меня вызвал. Терпеть не могу дальнюю связь. Всё вижу, а сделать ничего не могу.
— Нужна информация, — Старший достал планшет и опять склонился над клавиатурой. — Это схема здешних внутренних помещений. И кое-какие характеристики. Я хочу знать, что это за корабль, какая цивилизация его построила и где прячется его хозяин.
Глаз помутнел, считывая данные.
Через минуту полыхнул снова.
— Идем!
Дрон с Золотым Глазом рванулся к выходу и вылетел в коридор.
Старший с Одиннадцатым нехотя засеменили следом.
— Куда?
— К здешнему хозяину. Ты же хотел с ним познакомиться.
Старший замер.
— Босс! Нельзя так вот сразу! Этот корабль…
— Это не корабль.
— Хорошо. Этот сарай…
— И не сарай. Это барак. Некогда популярное на Земле строение для зэков или пригнанных на стройку рабочих. По внешнему виду, конструкции и интерьеру его можно датировать серединой 20 века. Если немного подождешь, я определю, из какой именно зоны или со строительства какого завода его взяли и запустили в космос. Но есть проблема. Это только по внешнему виду ему меньше двух столетий. А вот нейтринный анализ утверждает, что этому бараку больше десяти миллионов лет.
Глаз замолчал, ожидая реакции.
— Угу, — буркнул Старший, топая дальше.
— Я гляжу, ты не удивлен.
— Удивлен конечно. Первый раз вижу, чтобы кто-то на сарае по космосу летал. А проблема-то в чем?
— Проблема?
— Да, вы сказали, что есть проблема.
Золотой Глаз закатил глаз.
— Проехали… Боже, с кем приходится работать…
* * *
Вблизи облепившие сарай яйца напоминали скорее слипшуюся белую икру. Ее полупрозрачная поверхность искрилась от инея. Внутри каждой икринки темнел человеческий силуэт в позе эмбриона.
Всё вокруг подавляло, словно кладбище. Черная пустота, бревенчатые стены, мерцающая икра. Люди, застывшие в ней, как мухи в янтаре. Эликс насчитала пару десятков пленников. Попробовала разглядеть ближайшего, но заполнившая «яйцо» белесая муть не позволила это сделать.
— Кто это? — шепотом спросила Эликс.