Кодекс Инквизитора. Книга V (СИ)
— Да чтоб вас! — беззлобно фыркнула я, на лету трансформируя «Железную Деву» в роскошное приталенное платье в пол.
Не обращая внимания на округлённые глаза приятелей, визуализировала стальную ауру и накинула на обнажённые плечи вместо шали.
— Ну что, пигалицы, теперь не стыдно со мной из одной кормушки чавкать? — Самодовольно ухмыльнувшись, потеснила девчонок и вышла прочь из разрушенной спальни.
— Постой, Оль! — донеслось вслед. — А нам такую прелесть? — потупив очи, промямлила Лё Гран.
— Не беспокойтесь, девочки, задача Скорпу поставлена, будет и вам по «Железной Деве», но без ауры, эта штука… — потрепала я теневую накидку, — дар первостихии. Не обессудьте. В остальном — полный фарш: от штурмовой брони до бикини.
— А мужская модель будет? — заинтересовался Безобразов.
— Ну а как же, Рома. Будет тебе кошерная снаряга, да ещё и с пространственным карманом под БК. Всем сестрам по серьгам, короче.
Соратники, воодушевившись, принялись на ходу обсуждать прелести снаряжения и собственные хотелки, я же задумалась о завтрашнем дне, точнее, о ночи. Несмотря на полученные навыки, сомнений было хоть отбавляй, но Евдокия не дала развиться панике, сбив с мысли.
— Оль, тут такое дело… — помялась девушка. — Альвгерд напросилась с нами, я не смогла отказать. Ты как, не против?
— Это ещё кто? — не поняла я.
— Как это кто… пленница твоя, племянница Эрика Топора. — Лопухина посмотрела на меня как на глупую.
— И какого рожна она тут делает, я же поручила генералам избавиться от девчонки⁈
— Так они рады бы, но Альвгерд наотрез отказалась покидать поместье. Запросила политического убежища у короны, императрица удовлетворила ходатайство, а тебя назначила опекуном, ей же нет восемнадцати.
— То есть как это нет? — чуть не поперхнулась я.
— Да вот так, намедни семнадцать исполнилось. Истинный возраст девочка скрывала, документы — липовые. Лета завысила, чтобы вступить в гильдию наёмников. Понятное дело, что там не дураки сидят, но, сама понимаешь, у валькирии талант прирождённого убийцы, она в тринадцать лет стала магистром боевой магии, — горячо залепетала Лопухина. — Подробности вскрылись, когда её хотели депортировать на родину, под опеку дядюшки.
— И поэтому вы решили пригреть малолетнюю гадюку на груди? С глузду съехали? Куда СБ смотрело?
Княжна на мои речи только усмехнулась:
— Вообще-то, это идея Лютого, а мы поддержали. Альвгерд готова присягнуть на верность роду Нагих и пройти обряд посвящения в рыцари ордена. Оль, не тупи, я ведь тоже хотела тебя убить. Дай девочке шанс. Её магия усилит нас многократно.
— Или всех уничтожит. Ты не представляешь, на что она способна! — зло бросила я через плечо.
— Очень даже представляю. Они на пару с Дарьей сровняли с землёй полигон под Красным Бором. Никто не пострадал, но сейчас там выжженное поле. Как раз после этой демонстрации генералитет решил взять ответственность на себя, в обход твоей резолюции. Ты же сама дала карт-бланш. Не гони её, Оль, не бери грех на душу. Девочке некуда идти: с чёрной меткой она не жилец. Либо Ватикан, либо Рейх достанут.
— Вот и бери над ней шефство, только меня не впутывай. Новы за глаза! Ты в курсе, что анчутка на сносях?
— Тоже мне секрет. Благодаря Скорпу, каждая собака знает, что Шорох обрюхатил демоницу, — хихикнула в кулак Евдокия.
— И как ты на это смотришь, ничего не тревожит?
— Чего напряглась, Оль? Нова — половозрелая особь, на три года старше тебя. Я достаточно хорошо изучила повадки анчуток. В племенах самки выбирают самцов для спаривания и устраивают кровавые поединки. Инстинкты берут своё, знаешь ли. Шорохов проиграл бой, но показал себя достойно, за что и получил право первой ночи. Остальное порешала природа. Прими как данность. Высиживать яйцо не придётся: наш Самоделкин смастерил вечный инкубатор, истратив несколько миллиграммов редких изотопов.
Мне оставалось только сжать челюсти до зубовного скрежета и злобно зыркать по сторонам, надеясь, что плохие новости закончились.
Глава 12
— Ваше Императорское Величество, разрешите обратиться! — по-военному чётко отрапортовал глава Тайной канцелярии.
— Оставь официоз, Петруша, — поморщилась самодержица. — Говори, с чем пожаловал.
— Ольга Фёдоровна объявилась и в сопровождении соратников едет в Петербург, — отчитался князь.
— С какой целью — удалось выяснить? — заинтересовалась Анна Иоанновна.
— Так точно, государыня. Княжна-сотоварищи развеяться изволили.
— И ради этого пустяка ты отвлёк меня от государственных дел? — Императрица встала с кресла, давая понять, что аудиенция закончена.
— Жорж Шарль Дантес прибыл в столицу из самого Парижа, два часа назад. Наружка донесла, что бретёр с корабля двинул на бал, в то самое злачное заведение, куда прямо сейчас направляется княжна Нагая.
— Совпадение?
— Не думаю, Ваше Императорское Величество. Такие, как Дантес, всегда оказываются в нужном месте, в нужное время. Официальный повод визита — дипломатическая миссия…
— … а неофициальный — провокация конфликта, — продолжила за князя Анна Иоанновна.
— Вы правы, государыня. Ольга Фёдоровна за словом в карман не полезет. Полагаю, дуэль состоится в любом случае, и мы не сможем этому помешать. Закон на стороне француза.
— Есть идеи, кто нанял лягушатника? — Императрица, лихорадочно чиркнув зажигалкой, подкурила сигарету.
— Ватикан, Великий рейх, знатные рода империи — выбирайте на любой вкус. Иной раз я думаю, что на всём белом свете не осталось человека, который бы не желал смерти Ольге Фёдоровне. У девицы редкий дар — плодить врагов на ровном месте, — ухмыльнулся глава Тайной канцелярии.
— Какие у неё шансы против Дантеса?
— Ваше Императорское Величество, вы хотели сказать, какие шансы у француза против княжны? — хмыкнул Толстой.
— Поясни-ка, Петруша, что-то ты слишком спокоен! — сухо бросила государыня, вдавливая окурок в серебряную пепельницу.
— Я видел княжну в бою. Не зря барышню прозвали Ольгой Кровавой. У Дантеса нет ни единого шанса на победу, Нагая не человек, а демон во плоти, сегодня мы станем свидетелями падения одного из самых фартовых бретёров двух империй.
— Твои слова да богу в уши, князь. Смерть Нагой не входит в мои планы. Может, ликвидировать его по-тихому? — Императрица, прищурившись, пристально взглянула на главу ТК.
— По-тихому не выйдет — мало времени на подготовку, Ольга Фёдоровна почти на месте. — Пётр Андреевич открыл тактический планшет и ткнул пальцем в красную метку на карте Санкт-Петербурга. — Оперативники могли бы отработать по цели грязно, но у Дантеса дипломатический иммунитет, скандал в таком случае неизбежен.
— Нет, Петь, грязи не нужно, саммит «Великой пятёрки» на носу. Проблем и так предостаточно. Портал ещё этот, будь он трижды неладен, бельмом на глазу столицы торчит, — устало выдавила самодержица.
— Всё это звенья одной цепи, Ваше Величество. Насчёт предполагаемого поединка не стоит волноваться: Ольга справится без сторонней помощи. Беспокоит не это, а водоворот событий, затягивающий княжну всё глубже и глубже. Как бы она не утащила вас за собой.
— Короля делает свита, друг мой. Я не стану дистанцироваться. Довольно намёков. Если потребуется, империя встанет на защиту рода Нагих. Моё слово, князь!
— Анна, мы не потянем войну на три фронта. Дантес падёт, но явятся другие. Я обязан предупредить вас о начале большой игры! — наплевав на субординацию, взвился Толстой.
— Предлагаешь слить княжну? Петь… у меня три союзника: армия, флот и Нагая. Поверь на слово, друг мой, пяти лет не пройдёт, как девочка заменит собой имперскую рать.
— Вы заигрываете с дьяволом, государыня. Мы можем пренебречь потугами Великого рейха и пободаться с немчурой на равных. Не в первый раз. Но воевать с Ватиканом ради благополучия одного человека… — Пётр Андреевич, замявшись, промочил горло коньяком. — Рано или поздно придётся уступить Святому Престолу. Римскую империю мы не вывезем. Полномасштабные боевые действия обескровят Русь. Восточные соседи спят и видят, как бы урвать кусок пожирнее. Я не предлагаю поступиться княжной по первому окрику из-за кордона. Достаточно посвятить Ольгу Фёдоровну в рыцари короны, как мы планировали, мобилизовать и отправить на фронт. Там она проявит себя во всей красе. Послужит на благо отчизны. Отдать под её начало полк прожжённых головорезов, и пусть куражится в своё удовольствие.