Чувствуй себя как хочешь

Машина останавливается на светофоре. Флоренс поворачивается к Джеку и пронзительно смотрит ему в глаза. В ее встревоженном взгляде отражаются его собственные переживания, и он расцепляет их пальцы и прижимается губами к ладони.
– Ты отказалась.
– Я люблю тебя, Джек, и не смогла бы ни с кем быть, – произносит она. – Мы с Грегом раз и навсегда решили, кто мы друг другу. Мы – соседи. Максимум – друзья. Но я не буду с ним.
Внутри распускаются цветы: ее слова наконец достигают его сознания. Джек готов орать от счастья, смеяться и танцевать. Между ним и Грегом выбрали его, несмотря ни на что. Даже зная, кто он.
– Мне все еще нельзя задавать вопросы, – голос дрожит от переполняющих эмоций, – но можно тебя поцеловать?
Флоренс кивает, и Джек отстегивается и обнимает ее лицо руками.
Машины позади них сигналят, сливаясь в привычную нью-йоркскую какофонию, но им обоим все равно: Джек чувствует ее пальцы на своем лице тоже, он снова и снова обхватывает любимые губы своими, и это самый сладкий поцелуй в его жизни.
Если нужно было две недели провести в аду, чтобы сейчас услышать эти слова, то это наименьшее, что он мог сделать.
Когда они отрываются друг от друга, Джек окончательно тонет в темных глазах Флоренс.
– Мы почти приехали, – шепчет она с нежной улыбкой, – пристегивайся обратно.
Только теперь он замечает, что они выбрались далеко за пределы Манхэттена и двигаются по незнакомым ему улицам.
– Я все время думала о твоей истории, – нарушает Флоренс повисшую в машине тишину. – Ты столько лет проклинаешь себя за этот поступок и живешь с огромным чувством вины. И я даже вспоминала, что происходило между нами. Ты постоянно наказываешь себя.
– Чем же? – переспрашивает Джек. – Не то чтобы я как-то ограничивал себя в жизни.
– Ты работаешь столько, что падаешь от усталости, – возражает она, – просыпаешься от кошмаров и занимаешь голову в каждую свободную минуту, чтобы не думать о том, что сделал. Я уже молчу о твоих отношениях с женщинами.
– Нет у меня больше никаких отношений с женщинами. Только ты.
– Знаю. И ты отказывался встречаться со мной, потому что однажды убил человека. Ты же друзей с привилегиями тоже поэтому придумал? – Флоренс паркуется у тротуара и поворачивается к нему. – Джек, ты сказал, что влюбился в меня в первый же день знакомства. Но когда мы расстались с Гэри, ты меня избегал. А на самом деле следил за мной?
– Присматривал, – признается Джек. – Чтобы никуда не вляпалась.
– Я все время думала, что сама бросаюсь тебе на шею. Что тебе это не нужно.
– А я понимал, что с тобой нельзя на одни выходные. Это было бы нечестно.
– Тебе не вернуть человека с того света, – серьезно произносит она. – Но это не значит, что твой поступок нельзя искупить. Посмотри направо.
Джек оглядывается и сквозь окно видит разношерстную стайку подростков, подкуривающих на крыльце старой многоэтажки.
– В Нью-Йорке полно таких детей, какими были вы. Если их оставить, как есть, кто-то из них в будущем тоже убьет. У них сейчас нет ничего, чтобы стать обычными людьми, они никогда не вылезут из бедности, если только не втянутся в криминал. Ты можешь им помочь.
– Как?
– Дать возможности. У этих мальчишек есть один шанс выбраться отсюда: получить образование. Даже если ты оплатишь колледж одному из них, это уже сделает мир лучше.
Подростки замечают «Камаро», видимо, редкую машину в этом районе, и начинают переговариваться между собой. Это ведь гениальная идея, как ему самому в голову не пришло? Столько лет тащил в себе болезненное прошлое, когда можно дать кому-то другому будущее.
– Это условие, на котором ты меня примешь? – Он снова поворачивается к Флоренс.
– Дурилка, – неверяще качает головой она. – Я тебя уже приняла. Осталось только, чтобы ты принял себя.
– И что мне делать? – От ее слов сжимается сердце. – Просто дать им денег?
– Чтобы они потратили их на травку и чипсы? Это же дети. Мне кажется, тебе стоит с ними поговорить. Твоя история покажет, что в жизни все возможно. Ты должен сам быть им примером, Джек.
 
– Какой из меня пример?
– Один из лучших. Парень из бедной семьи, который получил образование, завязал и теперь работает финансовым директором. Ты и есть то, о чем они могут пока только мечтать.
– А если подумают, что раз я завязал, то и они смогут?
– Вот ты им и объяснишь, насколько это было сложно, – настаивает Флоренс. – Я в тебя верю. Мы все в тебя верим.
– Кто это мы? – резко спрашивает Джек.
– Точно, почти забыла. – Она тянется к бардачку и достает конверт. – Мы подумали, что ты мог бы открыть официальный фонд. Если захочешь, конечно.
– Я хочу, просто… Очень неожиданно, Флоренс. Это отличная идея, и мне она очень нравится. Но я даже не знаю, с чего начать.
– Мы все скинулись, – протягивает она конверт. – Тут я, Палома с Тристаном, Бри с Маттео, Моника, Леон и Тыковка. Грег выписал чек. С Гэри я еще не успела поговорить, но, мне кажется, он тоже не откажет.
– Ты им все рассказала?
– Нет! – с ужасом округляет глаза Флоренс. – Нет, ты что. Я только говорила, что ты хочешь открыть такой фонд. Мы хотим, если точнее.
Она прикусывает губу и отводит взгляд.
– Подумала, вдруг ты не будешь против, если мы сделаем это вместе.
– Любимая, – Джек еле сдерживает слезы, – я уже говорил, что ты богиня?
В конверте – чеки на разные суммы, от каждого, кого назвала Флоренс. Теперь у него нет права струсить и дать заднюю: он не просто может помочь пацанам. Он сделает это.
– В понедельник обсужу с юристом все, что необходимо подготовить, – обещает Джек. – И мы с тобой сделаем это вместе. Спасибо, Флоренс.
Он убирает конверт и берет ее за руки.
– Даже слов нет описать, что ты для меня делаешь.
– Я хочу, чтобы ты позволил себе быть счастливым, – грустно улыбается она, – со мной.
– А без тебя это все равно невозможно.
– Мальчишки машину уже глазами облизали. – Флоренс бросает взгляд за его плечо. – Не хочешь познакомиться?
– Сейчас?
– Почему бы и нет. Для начала.
– Совершенно не представляю, что им говорить, – признается Джек.
– Я тоже, – пожимает плечами она, – но нам нужно с чего-то начинать.
Он задумчиво кивает и выбирается из «Камаро». Подростки оглядывают его с откровенной неприязнью.
– Привет, – неловко произносит он и делает пару шагов вперед. – Как… школа?
– Чего тебе надо, пижон? – Самый мелкий из них зажимает в зубах сигарету и поднимает дерзкий взгляд.
Чистый Леон в свои тринадцать, только бананы вилкой не ест.
– Сигарету стрельнуть, – ухмыляется Джек.
– Сам купи, – кривит губы тот. – Бабки-то есть, вон у тебя какой костюмчик. И тачка.
– Твоей мамке тоже нравится, – отвечает он.
Джек оборачивается на Флоренс, и та с улыбкой поднимает большие пальцы вверх. Ее уверенность придает сил и ему самому, так что Джек нагло втискивается между подростками и падает на прохладное крыльцо.
– Сигарету, говорю, стрельни, – улыбается он мелкому, – разговор у меня к вам.
  
Глава 51
 
Цветочек
– Жуть какая, – Джек недовольно морщится, роется по карманам в поисках жвачки, – как будто ветку из костра в рот засунул.
Флоренс смеется, выезжая из Квинса: его первое знакомство с проблемными мальчишками прошло вполне гладко. Если только не учитывать тот факт, что пришлось закурить сигарету, а он слишком давно бросил. Теперь новая «Шеви» заполнена запахом табака, а сам Джек ведет себя как кот, который никак не может выплюнуть комок шерсти.
– Теперь я готова вернуть тебя на место, – говорит она. – Похищение закончено.
Идея украсть Джека в пятницу прямо с парковки принадлежала Бри, но понравилась и самой Флоренс. Конечно, все пошло не так: он слишком много придумал, и пришлось дополнительно объясняться. Но в итоге им удалось поговорить, он дал ей произнести заготовленную речь. Даже не спорил, что совсем удивительно.