Чувствуй себя как хочешь

Джек с облегчением вздыхает: можно и ему ехать. Откидывается на спинку, трет глаза и заставляет себя взяться за руль. Взгляд снова падает на парочку у двери. Девчонка зажата, ее тело сопротивляется всему, что с ней делают. Ой, парень, сегодня тебе ничего не перепадет. И, судя по этим плотно сдвинутым ногам, которые инстинктивно перекрывают доступ к телу, никогда не перепадет.
Мимо проезжает машина, освещая парочку. Глаза цепляются за подозрительно знакомые волосы, струящиеся у девчонки по плечам.
Черт. Это Флоренс. Она делает еще один шаг назад, окончательно упираясь спиной в стену.
Ей нужна помощь.
  
Глава 14
 
Цветочек
Флоренс разглядывает оставшуюся на кровати одежду и пытается понять, как все это уместить в небольшом шкафу. Она с завистью вспоминает гардеробную у Гэри – там оставалось место еще на пару забегов по магазинам.
Телефон хрипло звенит из-под вороха платьев: Бри. Они договорились встретиться после ее работы. Флоренс взяла выходной, чтобы закончить эпопею с вещами. Она уже две недели как переехала, и коробки в комнате начали раздражать настолько, что с ними даже засыпать сложно.
– Мы едем вместе, – сообщает Бри. – Маттео решил, меня одну отпускать нельзя.
– Вы будете пить это ужасное немецкое вино, – слышится комментарий на заднем фоне.
– Я рада вам обоим, – смеется Флоренс. – Вы далеко?
– Минут двадцать. Ты дома? Еду Маттео тоже достал из своих запасов.
– Потому что вы безнадежны! – комментирует тот.
– Жду вас, – улыбается она в трубку.
Флоренс отключает звонок и расслабленно выдыхает. Любовь к этим двоим в такие моменты ощущается особенно нежно: они всегда оказываются рядом, когда нужны. А сейчас – просто необходимы.
Запихнув оставшуюся одежду в шкаф, она краем глаза замечает пакет «Валентино». Он так и стоит в углу нетронутым, и теперь, кажется, приходит время его оттуда убрать. Флоренс достает платье, снова подмечая, насколько Джек угадал и с фасоном, и с цветом.
– Что мне с тобой делать? – Пальцы пробегаются по мягкой ткани.
Прежде всего, нужно примерить. Наверное, она только теперь готова к этому.
Флоренс скидывает домашние топ и шорты, аккуратно ныряет в горловину платья и подходит к ростовому зеркалу в углу спальни, застегиваясь на ходу. Она распускает волосы из пучка, и они тяжелыми локонами падают на плечи.
Попадание на сто процентов. Коралловый шелк струится, обнимая тело, и цвет словно подсвечивает золотом ее кожу, делая образ квинтэссенцией весны. Плечи открыты, а интересный вырез показывает острые косточки ключиц. В этом платье Флоренс выглядит стройнее – и размер совпадает.
У Джека Эдвардса великолепный вкус, этого не признать невозможно. Даже интересно, откуда – неужели в Манчестере чему-то научился? Судя по рассказам Гэри, тот еле окончил школу и целыми днями торчал в гараже. Почему-то казалось, что Джек был с ним все это время, но теперь – платье, Джен Орпин, его знания о современном искусстве, – она даже не знает, кто этот парень на самом деле.
Стук в дверь вовремя вырывает ее из ненужных мыслей. Флоренс обещала себе не вспоминать о Джеке, тем более что они уже все определили. Ему не понравилась их ночь, а ее и без того пошатнувшаяся самооценка больше не выдержит отказов.
Но зачем тогда он подарил ей платье?
– Мы куда-то собрались? – Бри врывается в гостиную, как вихрь. – Боже, Флоренс, это что, то самое?
– Разбирала вещи, решила хотя бы примерить, – оправдывается она.
– Какой богатый цвет, – замечает Маттео, стоя у порога. – Это твой.
– Привет. – Флоренс обнимает сначала Бри, а потом его. – Как новая работа?
– Почти закончил, – проходит он на кухню. – Ты будешь первой, кому покажу.
– И первой, кто сможет сделать предложение? – улыбается она.
– Ты пользуешься нашей дружбой, – смеется Бри, – осторожнее, Флоренс.
– Пользуйся на здоровье, – с укором смотрит на ту Маттео и отвлекается на разбор пакета, который держит. – Не думай, я не забыл, что фамилия Нери здесь ничего не значила еще два года назад.
 
Он прав, и не только он оказался в такой ситуации. Когда Маттео переехал в Нью-Йорк ради Бри, у него уже было имя в Италии. Но первая горькая истина, с которой он столкнулся, – местной публике абсолютно неинтересно, кто ты за пределами Штатов. Весь его социальный капитал обнулился, хорошо в минус не ушел – у итальянцев здесь не лучшая репутация.
Флоренс понадобилось несколько месяцев, чтобы убедить местных ценителей, что талант Маттео Нери – это нечто выдающееся. Она находила для инсталляций лучшие места, выходя далеко за пределы своей галереи. Они с Бри стали практически его агентами, пока не добились своего.
Сейчас за работами под фамилией Нери следит весь Нью-Йорк, и борьба за право представить их у себя ведется насмерть. Маттео действительно гений, и этого не отнять.
– С новым освещением, – говорит Флоренс, – лучшее предложение все равно будет моим. Твою работу увидят из космоса.
– Как ты? – переключает тему Бри.
– В порядке, правда. Переезд можно считать завершенным.
– На работе тоже хорошо? – перехватывает она немой взгляд. – Ты просто выглядишь растерянной.
– А какой мне еще быть? Я только начала понимать, что произошло.
– Зато у тебя новая жизнь.
– Это и пугает. Вчера на ланче с Грегом обсуждали, насколько…
Бри и Маттео одновременно вскидывают головы и останавливают на Флоренс одинаково настороженные взгляды.
– Разве ты не встречалась с Грегом в субботу? – уточняет Бри.
– Да, но он сейчас в городе. Так что периодически заходит.
Флоренс принимает у Маттео бокал с вином, чувствуя себя неуютно. Почему на нее так смотрят, будто она обедала с Гитлером?
– Пойдем на крышу, – предлагает Бри, – ты как-то говорила про закат.
– Да-да, – быстро соглашается Маттео. – Я тут закончу и присоединюсь к вам.
– Что такое? – спрашивает Флоренс. – Что-то случилось?
– Ты в своем уме? – набрасывается та, стоит двери за ними закрыться. – Напомнить тебе, кого Грег бросил, чтобы жениться на Бонни?
– У нас ничего нет, мы общаемся как друзья.
– Не будь наивной, – морщится Бри. – Весь Нью-Йорк знает: он к тебе до сих пор неровно дышит. Даже Бонни в курсе.
– А Нью-Йорк не забыл, что мы с ним расстались больше трех лет назад? Или мужчина и женщина не могут общаться по-дружески?
– Могут, если они не ты и Грег Эвинг. Мы уже говорили о твоей репутации.
– А потом говорили, что ланч в нейтральной обстановке ей не вредит.
– Раз в месяц, может, в два. Но тебе самой не странно? Ты расстаешься с Гэри, и Грег резко начинает чаще появляться в галерее. Твои девочки первыми разнесут новость.
– Ладно, – отводит глаза Флоренс. – Ты права. Я поговорю с ним.
– Умница, – кивает Бри и обнимает ее.
Дверь тут же приоткрывается, словно Маттео следил за ними.
– Сыра? – спрашивает он осторожно.
– Выползай, – машет головой Бри. – Мы закончили.
Разговор перетекает в привычное русло, и Флоренс расслабляется. Иногда мысли все равно уносят ее в сторону, к репутации, Грегу и его возросшему интересу. Действительно, почему он начал аккуратно возвращаться в ее жизнь?
Раньше он мог месяцами не появляться. Флоренс знала, что их расставание активно обсуждали, и придумала для себя меры предосторожности. С одной стороны, они не должны давать людям повод считать, будто у них с Грегом остались хоть какие-то чувства. С другой – с ним самим тоже нельзя ссориться.
В итоге ей удалось сохранить и галерею, и репутацию. Флоренс даже гордилась собой – она ведь при этом заново училась быть счастливой, теперь уже с Гэри. Сумасшедшее время: днем она держала лицо, стараясь показать всем любопытным образец расставания взрослых людей. Вечером же ехала в Бронкс, чтобы тонуть на огромной кровати, окруженная поцелуями и ласками своего молчаливого зверя.