Алые ночи

— Насколько нам известно, во всем мире только одна такая колода, могу лишь догадываться о том, как она досталась нам. Ее выставили на продажу на интернет-аукционе eBay.
— На eBay? — переспросила Сара.
— Просто взяли и выставили? — подхватила Джое.
— Да. Фэбээровцы раззадорили участников торгов, но когда цена дошла до 75 тысяч долларов, из игры вышли все. Кроме одного. Победил неизвестный покупатель, предложивший за колоду 82 500 долларов.
— Это была Митци? — спросила Сара.
— Предположительно — да. Понадобилось шесть недель, чтобы выследить покупателя. Оказалось, в его роли выступали подставные компании, принадлежащие другим компаниям. По этой цепочке фэбээровцы дошли до абонентского ящика в Ричмонде. Ящик принадлежал некой женщине, в водительских правах которой был указан адрес в Эдилине.
Правдой было все, кроме последней фразы. На самом деле абонентский ящик арендовал какой-то мужчина с водительскими правами, выданными в Пенсильвании. Фэбээровцы установили наблюдение за ящиком, но к нему никто не приезжал. Так продолжалось, пока однажды на соседней стоянке не взорвался автомобиль. Всех сотрудников почты эвакуировали, а когда они вернулись в здание, то обнаружили, что карты из ящика исчезли бесследно.
Об Эдилине стало известно благодаря Стивену. Несколько лет он где-то пропадал, не давая о себе знать, и вдруг снова объявился, развелся с женой после почти двадцати лет брака и опять исчез. В следующий раз его заметил находящийся в отпуске полицейский из Ричмонда, после чего выяснилось, что Стивен обручен с мисс Сарой Шоу и живет в Эдилине. Сопоставив странные поступки Стивена с доставкой карт Таро в соседний Ричмонд, фэбээровцы сообразили, что Митци должна быть где-то рядом. На их удачу, оказалось, что у одного из детективов, работающих по особым заданиям, в Эдилине живет сестра.
Обо всем этом Майк умолчал. Саре все равно придется рассказать правду, но не теперь.
— А может, она заметила, что за ней следят, и уже давно покинула город? — предположила Джое.
— Да нет, вряд ли. Мы думаем, она поселилась в Эдилине не просто так, но пока не представляем, что ей здесь нужно. Вы, случайно, не знаете, здесь поблизости нет спрятанных кладов?
В наступившем молчании Сара попросила:
— Расскажи им, что увидел на ферме.
Майк с трудом сдержал недовольную гримасу. Надо было взять с нее клятву никому не передавать его слова. С другой стороны, проще было бы самому держать язык за зубами и поменьше делиться с Сарой.
Заметив, что Майк колеблется, Сара решила:
— Ладно, тогда я сама. — И она подробно пересказала, как Майк провел день на ферме. — Я ничего не забыла?
— Нет, — осторожно ответил Майк, — но даже если ты запомнила, где стоят ловушки, это еще не значит, что тебе можно появляться там одной. Завтра я еду поговорить с Лангом, объясню ему, что теперь ферма моя, и…
— Майк получит ее лишь в том случае, если поселится там вместе с Ариэль и наплодит кучу детишек, — с притворным вздохом пояснила Сара.
Майк поднял руку, никому не давая заговорить.
— С этой женщиной я даже не знаком. Но мой зять действительно включил в документы о передаче собственности ряд условий.
— Могу себе представить, — кивнул Люк. — Мой кузен — юрист до мозга костей.
— Суровый человек, — добавила Джос.
— Даже слишком, — закивала Сара.
— Так чем мы можем помочь? — спросила Джос, глядя при этом на мужа.
Майк заметил, что Люк вдруг застыл, точно в трансе. Его глаза остекленели, неподвижный взгляд был устремлен в стену. Ничего не понимая, Майк вопросительно посмотрел на женщин.
— Это его писательская маска, — объяснила Джое. — Люку в голову пришла идея новой книги, говорить с ним бесполезно, пока он не вернется на землю.
— А-а, — отозвался Майк. — У меня раньше никогда не было знакомых писателей.
— Джос тоже писательница, — напомнила Сара.
— Только пишу биографии. Выясняю подробности чужой жизни. Это не то же самое, что придумывать сюжеты. А вот Люк смотрит на чистый лист бумаги, и…
— Ярмарка, — вдруг очнулся Люк.
  
— А она тут при чем? — спросил Майк. — Кстати, где она проводится?
— На поле Нейтс-Филд, — хором ответили Джос и Сара.
— Мерлинс-Фарм, Кей-Крик, Нейтс-Филд… — перечислил Майк. — Откуда взялись все эти названия?
— Понятия не имею, — пожала плечами Джос, во все глаза глядя на Люка.
Тот обратился к Майку:
— Как ты собираешься выманить эту женщину из убежища?
Майк не мог ответить, что в роли приманки предстоит выступить жениху Сары.
— А ты бы что посоветовал?
— В моем издательстве потрясающий отдел искусств с новейшим оборудованием.
— Похвально, — кивнул Майк, еще не видя связи.
— Что, если мы разработаем рисунки с цыганами для колоды карт Таро, напечатаем ее, а потом предложим кому-нибудь заняться на ярмарке гаданием на этих картах? Тогда эта…
— Митци, — подсказала Сара.
— Да, Митци. Тогда она увидит эти карты. Если, конечно, она здесь.
— И захочет их заполучить, — заключила Джое.
Майк заморгал, обдумывая предложенную идею. Ее можно было счесть и блестящей, и провальной.
— Я… я даже не знаю, даст ли это что-нибудь. И потом, где мы за такой короткий срок найдем художника?
— Шеймас! — хором выпалили Люк, Джослин и Сара.
— Кажется, с ним я еще не знаком. — Майк заулыбался при виде просиявших лиц собеседников. — Кто он?
— Младший из Фразьеров, — объяснил Люк.
— Последыш, — добавила Сара. — Сюрприз для родителей.
— Ему всего пятнадцать, но он уже настоящий Фразьер, — заключила Джое.
— Что это значит? — удивился Майк.
Остальные трое переглянулись, но не ответили.
— Гадалкой буду я, хорошо? — сказала Джос. — Буду полулежать в шезлонге и тасовать карты, которые нарисует Шеймас.
— Ни в коем случае! — Эти слова Люк произнес таким тоном, что стало ясно: вопрос не обсуждается. Он уже все решил.
— Да? — Джос подняла брови. — Значит, ты хочешь, чтобы я всю ярмарку проторчала здесь, в этом доме? Валялась в постели, оберегая твоих малышей, присматривала за твоим домом, думала о том, чем тебя накормить и…
— Когда речь шла о потайном ходе, дом был твоим. А теперь, стало быть, он мой? — Люк казался воплощенным спокойствием, голос звучал твердо.
— Мы, пожалуй, пойдем. — Майк подал руку Саре.
Она вскочила с кровати, на краю которой сидела, взяла Майка за руку, попрощалась, и они ушли. За дверью, на свежем вечернем воздухе, Майк и Сара переглянулись и вдруг расхохотались.
Майк не отпустил ее руку.
— Как думаешь, кто победит?
— Ставлю двадцатку, что завтра Джос позвонит мне и попросит сшить ей костюм гадалки.
— А я никогда не держу пари, если знаю, что могу проиграть. Если не ошибаюсь, где-то у Тесс были огромные круглые серьги…
— Помню такие. Размером с детские качели.
Майк улыбнулся и поцеловал ей руку.
— Э-э! — воскликнула Сара, высвобождая ее. — Ты забыл, что замужние женщины — табу?
— До замужества тебе еще далеко, — возразил Майк. На улице было уже темно и прохладно, в траве распелись цикады. — Хочешь пройтись?
Сара хорошо знала большой сад и повела Майка за собой. В саду не было фонарей, но хватало и света луны.
— Тебе, наверное, не терпится покончить с этим делом и вернуться домой, во Флориду?
— Я только приехал, а ты уже выпроваживаешь меня?
— Нет. Но когда дело закроют, тебя здесь уже ничто не будет задерживать.
Майк порадовался, что в темноте его усмешка не видна.
— Ты что, смеешься надо мной? — спросила Сара.
— Что ты!..
— Нет, ты смеешься. Я же чувствую.
— Хваленая женская интуиция?
— Если ты не перестанешь меня дразнить, я отомщу: подстрою тебе второе свидание с Ариэль.
— Ты в самом деле ненавидишь ее?
Сара зашагала дальше.
— Уверяю, наши чувства взаимны. Хочешь, расскажу, что она мне устроила в четвертом классе?
Слушать о событиях давнего прошлого Майку совсем не хотелось.