Главная роль 4 (СИ)
При крещении она оставила старое имя — Маргарита вполне подходит. Отчество пришлось поменять — теперь она стала Васильевной. Получив новое имя, православный крестик на шее и подкрепив эти атрибуты искренним стремлением разобраться, Марго начала чувствовать какую-то непривычную легкость. Невидимые и невесомые, но хорошо ощущаемые оковы страха перед высшими силами испарились, и, впервые в жизни, Маргарита начала дышать полной грудью. «Бог есть любовь» — так написано в Библии, но отчего католическая трактовка Бога настолько страшна? Она писала об этих своих наблюдениях Георгию. Жених не знал точного ответа, но его размышления о разности бытия — в Европе и других местах планеты — выглядели очень логичными. Маргарите никогда и в голову не приходило посмотреть на человечество, так сказать, комплексно — учитывая сразу исторический процесс, природные условия, наличие соседей и продиктованный всем этим жизненный уклад. Как бы грустно ей ни было это признавать, но невысказанные, но хорошо угадываемые тезисы Георгия о том, что никакой свободой в Европе — в том числе и республике-Франции! — и не пахнет, вполне справедливы. Россия теперь начала ее немного пугать — по словам того же Георгия, размеры ее будущей Империи частично продиктованы склонностью русских людей к анархизму и желанию держаться подальше от всякого начальства. А борьба ее жениха с этими ужасными бандитами… Сможет ли она стать для русских хорошей Императрицей? У Марии Федоровны, будущей ее свекрови, получилось. Неужели Маргарита Васильевна не справится? Она-то без сомнения лучше какой-то зазнавшейся датчанки!
Поежившись, Маргарита попрощалась с духовником и вернулась во дворец. Характер свекрови неплохо отпечатывался в письмах и телеграммах, и, если говорить начистоту, являлся единственным темным пятном на кажущимся таким блестящим будущем. Будущем, в котором она рука об руку с Георгием проведет Россию через многие перемены и испытания. Будущем, в котором Германии никогда не придется воевать с этим восточным монстром.
Рассеянность Маргариты за семейным ужином никого не удивляла и полностью устраивала Вильгельма. Молодые люди влюблены — даже закоренелый приверженец идей Макиавелли не способен лицемерно притворяться настолько последовательно, а на настолько удачную возможность выдать сестру замуж Вилли и не надеялся. Европа уже совсем не та, что прежде, и выгодная реализация политического брака стала для всех большой проблемой. Подходящих кандидатов из владетельных семейств Европы можно пересчитать по пальцам, и почти у всех из них могущество Германии вызывает страх и раздражение. Этот брак — настоящее чудо, посланное Вильгельму самим Господом. Георгий, несмотря на все свои таланты, все-таки очень молод, и Вилли питал изрядную надежду стать для юного родственника кем-то вроде старшего брата. Гибель Николая русский цесаревич очень тяжело перенес, и более достойного человека для заполнения пустоты в его душе, чем Вилли, не найти.
После ужина Марго получила последнюю на сегодня телеграмму, не став отвечать — путь Георгия был долог, а единственное, что она смогла бы сейчас ему написать, это полное одобрение его мечте вскочить на коня и примчаться к ней. Завтра им обоим предстоит долгий и очень волнительный день, и, пусть даже она уснуть сегодня не сможет, любимому нужно отдохнуть.
Отправившись в апартаменты, Маргарита немного поиграла с собачкой — не съест ли очаровательную Жозефину новый питомец Георгия? Этот монстр, даже будучи щенком, уже достает хозяину до колена! Нет, ее жених ко всему делу подходит разумно и аккуратно, и с таким пустяком как дрессировка справится без сомнений. Интересно, а к первой брачной ночи Георгий отнесется так же ответственно?
Смущенно потерев заалевшие щеки, Маргарита отогнала постыдные мысли и успокоила тело и душу при помощи молитвы. Далее служанки приготовили ее ко сну, не забыв надеть на принцессу ночной колпак — глупый жадина Вилли зачем-то экономит на отоплении собственного дворца! Разве дрожать от озноба и поглубже закапываться в перины достойно правителя великой Империи? Ксюша Романова в письмах не раз жаловалась, что в ее комнатах душновато, и она спит с приоткрытым окном. И это — в холодной России!
Погрузившись в сладкие мечты об уже недалеком будущем, Маргарита добросовестно пыталась уснуть. Тщетно — слишком близко Георгий, и она не могла заставить себя перестать время от времени доставать из-под подушки его портрет. Портьеры на окнах лишали спальню даже бледного света звезд, но Марго это не мешало — каждая черта будущего мужа надежно сохранилась в ее памяти.
В дверь спальни робко постучали. Дернувшись, принцесса быстро убрала драгоценность на место и велела войти. Открывшаяся дверь пустила в спальню столб света, но входить никто не спешил — вместо этого Марго услышала смущенный и растерянный — а такое с ним бывает очень редко — голос кайзера:
— Маргарита, Георгий покинул гостиницу, и с малой группой Конвоя верхом направляется в Берлин.
Сердце Маргариты сбилось с ритма, душа воспарила куда-то в небеса, щеки загорелись, а вдыхаемый воздух словно наполнился новыми, ранее неведомыми, прекрасными ароматами.
Он едет! Не жалея лошадей и самого себя, сквозь ночь и холодные ветры!
Следом пришло беспокойство — а если лошадь во тьме не разглядит дорожную яму, и Георгий свернет шею?
Беспокойство сменилось продиктованной воспитанием, моралью и осознанием ее и Георгия положения паникой — он же нарушает регламент! Что он вообще пытается сделать? Будто кто-то позволит им встретиться вот так, пусть даже в присутствии Вилли и других!
— Что нам делать? — вылилась буря чувств в единственный возможный сейчас вопрос.
— Я рад, что ты понимаешь всю сложность ситуации, — одобрил Вильгельм. — Я встречу Жоржи и попрошу его не делать глупостей. Небольшая интрига с тайным приездом в Берлин раньше, чем было спланировано, вполне в духе твоего будущего мужа. Я позабочусь о том, чтобы это не запятнало твоей репутации. Доброй ночи.
И братец ушел, дав слуге закрыть дверь снаружи. Тихое щелканье замка вызвало в Маргарите чувство обиды — неужели она настолько легкомысленна, чтобы сбегать навстречу Георгию, и ее нужно обязательно запереть⁈
— Глупый Вилли! — буркнула она в темноту.
Время тянулось невыносимо медленно, проклятые часы, словно в насмешку, «тикали» раздражающе редко, а последнее, чем Маргарита могла сейчас заниматься — это спокойно спать. Час, другой, третий — Марго ворочалась, пыталась забраться под одеяло поглубже, но заставить себя перестать жадно прислушиваться к происходящему снаружи не могла — вдруг Георгий тайно проникнет во дворец, обманув братца-Вилли и стражников, и прямо сейчас лезет к ней по стене, словно герой рыцарского романа? Каждый шорох, каждый скрип казался ей преддверием стука в окно.
— Какие глупости! — в очередной раз попробовала она убедить саму себя и села в кровати.
Нащупав ногами теплые тапочки, она закуталась в одеяло и подошла к окну, собираясь получить твердые доказательства несбыточности такой неуместной для будущей Императрицы, трогательно-девичьей мечты. Взявшись за портьеру, она отодвинула тяжелую ткань и прищурилась на сереющее, предвещающее скорый рассвет, небо. Уже и ночь на исходе! Значит Георгий уже рядом!
Тряхнув головой, чтобы отогнать новый виток фантазий, она вздрогнула — что-то ударилось об оконное стекло. Посмотрев вниз — третий этаж — она вздрогнула снова, увидев поразительную картину: среди сада стояла темная в предрассветных сумерках фигура, а слева, по дорожке, к главному входу дворца шла фигура другая — походку брата она ни с чем не спутает.
Вильгельм что, просто уходит?!!
— Дзынь! — влетел в окно еще один камешек.
Что ей делать?!!
Руки словно сами собой открыли окно, и Маргарита услышала едва доносящийся, но хорошо различимый шепот:
— Отойди, любимая, я заброшу крюк.
Крюк?!! Какой еще крюк?!! Что он вообще себе позволяет?!! Она что, какая-то распутная девка, в спальню которой можно просто так влезть среди ночи⁈