Не-я. Магическая академия. Выбор (СИ)

Или эти недомаги уже хорошо где-то попраздновали и им хотелось продолжения веселья.
Но в итоге, когда я услышала крики в кафетерии и выскочила из кухни — увидела, что какое-то отребье напало на Малку. Я полезла ее защищать и внимание бандитов перешло на меня. Поняв по мутным пьяным глазам, что дело плохо, я потянулась к нашей с Фокси экстренной связи на такие крайние случаи опасности.
Он хоть и создал мне щит защиты, но, во-первых, он не спасет Малку, а, во-вторых, вызовет вопросы. Он и сейчас уже вызвал злость со стороны нападавших.
— Фокси, спасай, иначе останешься без своей принцессы.
Фокси появился, но спасать не стал:
— Как ты себе представляешь, я буду тебя спасать? Вот кто тебя спасет.
Фокси исчез, а посреди помещения появился Фаргус. С голым задом.
И все удивленно уставились на него, а он на меня и остальных.
— И какого демона я здесь делаю? — обратился он ко мне.
— Понятия не имею, — почти честно ответила я.
Тут один из нападавших решил убрать помеху и кинул какое-то боевое заклинание в Фаргуса. Это он зря, конечно, порадовалась я.
— Но раз ты здесь, защищай нас, — потребовала я от Фаргуса.
Фаргус принялся за дело. Он так не спеша и вполсилы отбивался от нападающих, что я заподозрила, что он просто получает удовольствие от схватки.
Шары и молнии летали по всей кафетерии, сверкая разноцветными всполохами. Мы сначала спрятались за стойку, потом я, прикрывая, отправила Малку за дверь на кухню. А сама снова метнулась за стойку, чтобы наблюдать за битвой.
Наконец, Фаргус уложил всех пятерых, и они валялись на полу без сознания.
— Эх, хорошо!.. — потянулся он.
— Ты мог бы уложить их сразу, — попеняла я ему.
— Мог бы, но зачем? — повел он плечами.
Широкоплечий, обнаженный, разгоряченный битвой — каждый мускул его сейчас поигрывал в свете приглушенных вечерних светильников — Фаргус был воплощением демона соблазна или бога войны.
— Так хоть повеселился.
Он бросил на меня умильный взгляд и довольно улыбнулся:
— Значит, вызвала меня, чтобы я защитил тебя, да, Нейка?
— Нет! Я не вызывала тебя! Я так не умею, — возмутилась я.
— Значит умеешь. Твое подсознание сработало.
— Ничего у меня не срабатывало на тебя. Я не знаю, как ты здесь очутился, ясно?!
— Ну, конечно, Ней. Мне приятно, что ты подумала именно обо мне в этот момент. Только в следующий раз дай мне время штаны одеть.
— Я. Тебя. Не. Вызывала! — зарычала я.
— А обратно меня также можешь отправить? А то как я с голым задом через весь Тардум?
Я закатила глаза и помотала головой. Как же с ним сложно! О чем думал Фокси, его вызывая?! Теперь этот… индюк уверен, что я в нем нуждалась и я о нем думала. Брр.
Я всучила ему фартук.
— Вот.
Фаругс надел его спереди, повернулся ко мне задом. Я покраснела и отвела взгляд.
— Тебе не кажется, что прикрыть стоит и сзади? Или тебе нравится этот вид? Ох, Нейка, не знал, что ты такая порочная, — потешался он над моим смущением.
Я застонала. Когда я оглядела зал, ужаснулась.
— Кадиота меня убьет. Нет, сначала продаст в рабство, чтобы выручить хоть какие-то деньги, потому что предъявлять иски ко мне — бесполезно. А потом убьет.
Я посмотрела на Фаргуса с надеждой:
— А ты бы не мог вернуть все как было до? Магией?
— Я пошлю к тебе лучших бытовиков с курса, — кивнул Фаргус и подошел к прилавку. Он разделял нас, но Фаргус налег на столешницу и его лицо оказалось напротив моего. Близко, очень близко. — Но ты будешь должна мне кое-что, Неюшка.
Его дыхание опалило мои губы.
— Что? — закусила я губу и подняла на него потяжелевший взгляд.
— Поцелуй, — выдохнул он мне в лицо.
— Нет. Я лучше разберусь с Кадиотой, — ответила я, опустив взгляд.
— Нет, так нет, — разозлился Фаргус и ушел, схватив скатерть со стола и обернувшись в нее как в набедренную повязку.
— Погоди, — заорала я ему вдогонку. — А с телами-то что делать?
Он молча вернулся и левитацией вынес тела из кафетерия, напоследок хлопнув дверью. Которую я тут же заперла и навесила табличку «закрыто».
Я позвала Малку, потребовала рассказать, что случилось. У нее была истерика, и пришлось сначала ее успокаивать, ничего добиться в таком состоянии не было возможно. Устав ее расспрашивать и примерно поняв картину, я дала ей в руки метлу и совок:
— Давай убираться, уборки много. На всю ночь.
И мы с Малкой принялись за уборку.
Устав и сделав паузу, я прошла на кухню и позвала Фокси. И стала ему выговаривать за то, что вызвал Фаргуса. А он хохотал. Смешно ему.
— Зато вы сблизились, — сказал он на мои претензии.
— Угу, он теперь уверен, что я о нем только и думаю, — разозлилась я.
— Ну и хорошо, птичка моя. А то в последнее время он совсем приуныл и злится. Поднимем ему немого настроение.
Через полчаса в дверь загрохотали. Я испуганно выглянула через стекло в двери.
— Нас Фаргус прислал. Бытовики мы. Открывай! — заорали с той стороны.
Мы с Малкой неуверенно переглянулись, но я решила рискнуть. К нашему счастью, это действительно оказались бытовики. Которые привели кафетерий в первозданный вид за полчаса работы.
Потом расселись за столики и попросили их обслужить.
— Фаргус придет принимать работу, — пояснили они.
Мы с Малкой сделали им тиина, и все вместе принялись ждать Фаргуса.
Тот явился одетый. В руках у него был поводок, который тянулся к ошейнику. А на поводке в ошейнике рядом с ним семенил с жалким видом… Руст.
Фаргус чинно прошел по помещению, оценивая работу бытовиков. Мы с Малкой ошарашенно смотрели на эту картину около прилавка.
Фаргус, тяня Руста за поводок, подошел поближе.
— Поздоровайся с Неей, Руст, — приказал он.
— Доброго вечера, Нея, — пролепетал тот несчастно.
— Не так, Руст. А как я учил.
Руст встал на четвереньки и приблизился ко мне. Лизнул мои ботинки.
— Тяф-тяф, Нея, привет, тяф-тяф, — высоким голоском пролаял он.
— Замечательно. Нея, поощри его, дай вкусняшку.
Я посмотрела с отвращением на них обоих, отошла подальше.
— Ух, какая злюка Нея. Не дает послушному Русту вкусняшек. Значит, надо поработать, Рустик. Давай, вылижи нашей Нее пол.
Руст страдальчески посмотрел на Фаргуса. Тот бросил на него жесткий взгляд.
— Вылизывай пол, Руст. Иначе тебя ждет что похуже.
Руст склонился над полом и начал его лизать. Меня передернуло.
— Что, Ней, нравится? Твоя соломона ликует, глядя на Руста? — обратился ко мне наблюдающий за мной Фаргус.
— Ты отвратителен, — сказала я.
— Руст-то? Да, согласен. Этот ошейник ему не идет. Надо купить другой. Как думаешь, красный на его шее будет смотреться лучше?
— Я говорила о тебе. Вы оба отвратительны, Фаргус.
— Что, уже жалко Руста? — холодно спросил Фаргус.
— Нет, просто все эти издевательства… Ты не далеко от него ушел, Фаргус.
— Я сказал, что он поплатится за то, что посмел причинить тебе вред. За то, что поднял на тебя руку.
— И мне бы хватило справедливого наказания.
— Это справедливое наказание, за то, что он вообще посмел мечтать о том, что принадлежит мне.
— Я тебе не принадлежу.
— Ты можешь повторять это сколько угодно. Но ты принадлежишь мне.
Сказал Фаргус с вызовом. Затем другим тоном:
— Дай Рустику вкусняшки, и мы пойдем развлекаться дальше.
— Идите вы… миром, — указала я на дверь.
— Неблагодарная Нейка, — с укором сказал Фаргус. — Рустик, залижи давай Нейку, пока она не даст тебе вкусняшек.
Руст посеменил ко мне, высунув язык. Я бегала от него, он за мной.
— Фаргус, прекрати это! — орала я на Фаргуса, который хохотал, глядя на нас.
И не только он. Все это было на потеху бытовиков, которые со смесью удовольствия и отвращения наблюдали за представлением.
Прекращать он не собирался, и мне пришлось всунуть Русту в пасть, тьфу ты, в рот печенье.