Новая хозяйка Гринвуд-Холла
Мрачное настроение друга и хмурое выражение его лица на Вэлдона сегодня не действовали. Он был намерен свести приятное знакомство и не собирался отступать.
В отличие от их прошлого визита сегодня в усадьбе было людно. Кипела жизнь, перекрикивались мастеровые, то ли споря о чём-то, то ли договариваясь.
Шейнон и Вэлдон подъехали сбоку по довольно широкой нахоженной тропе. Люди останавливали работы, провожали гостей взглядами, начиная о чём-то вполголоса переговариваться. Одним словом, разглядывали чужаков во все глаза, но близко к ним никто не подошёл.
И когда друзья остановили лошадей посредине двора, ожидая помощи конюха или его помощников, ничего не изменилось.
– Эй, любезный! – Шейнон был вынужден окликнуть ближайшего мужика, заросшего по самые брови бородой, – позови конюха.
– Так это… – любезный почесал макушку, видимо, стимулируя мыслительный процесс, – нету Прина. Уехал с девками полоскать на речку.
Вэлдон впал в ступор от такого тёплого приёма, поэтому Шейнон не позволил другу вступить в переговоры с мужиком. Терпеливо договаривался сам.
– Тогда позови его помощника, – терпению Гринвуда можно было только позавидовать.
– Так это… – мужик снова зачесал голову: – нету у Прина помощников.
У Вэлдона при этом известии и невозмутимом виде туповатого мужика сделалось такое лицо, что Шейн, не выдержав, хмыкнул, а затем соскочил на землю.
– Мы приехали в гости к вашей хозяйке, забери лошадей, привяжи в тени и напои, – пришлось по пунктам расписать необходимые действия, и то Шейнон не был уверен, что мужик ничего не забудет или не напутает. Повернулся к всё ещё восседающему на коне Вэлдону: – Идём, тут о нас вряд ли доложат.
Хокс спрыгнул на утоптанную землю двора и протянул поводья всё же подошедшему мужику. Он по-прежнему недоумевал. Вэлдон привык, что все его пожелания и повеления исполнялись не просто по первому требованию, но ещё и до оного. Из столицы он привёз экономку своей матушки, у которой вся прислуга была вышколена и хорошо знала свои обязанности. Поэтому у обитателей Хокс-парка не было ни единого шанса на нерасторопность.
В первый визит к соседям молодые люди пришли пешком и не озаботились поисками конюха, да и возле дома никого не было. Они сами поднялись по ступеням и прошли несколько комнат, прежде чем им встретилась служанка, сообщившая, что хозяева уехали к некой миссис Торнби, а оставшаяся дома племянница хозяйки куда-то вышла, но должна вот-вот вернуться. В первый раз молодые люди не заострили на этом внимания. Хозяев нет, гостей не ждали.
К тому же встреча с мисс Клэптон сгладила все углы.
Но сейчас в глаза бросилась нарочитая провинциальность, отсутствие элементарных знаний правил хорошего тона.
Вэлдон немного оторопел и молчал до самого крыльца, а потом что-то для себя решил и снова воспрянул духом:
– Дорогой друг, может, и нам стоит проще ко всему относиться? Всё-таки мы приехали в деревню, здесь сельский уклад и другой уровень… – он покрутил рукой, подбирая слово, – хм… комфорта.
В этот раз их встретили на крыльце. Точнее чуть не сбила с ног выбегавшая из дома служанка. Она врезалась в Гринвуда, который поймал девушку и удержал, позволяя ей опомниться.
– Ой, здрасти, – удивилась явно узнавшая их девчонка, не спеша, впрочем, выбраться из мужских рук. Шейнон выпустил её сам, убедившись, что служанка уже твёрдо стоит на ногах.
– Здравствуй, милая, – улыбаясь, приветствовал её Вэлдон, – твоя госпожа дома?
– Дома, дома, – охотно поделилась девушка, – сидят все на террасе, чайком балуются.
– Доложи о нас, пожалуйста, – улыбка Хокса стала ещё более дружелюбной, как будто он поставил себе целью обаять каждого обитателя этого дома.
– Пойдёмте, – девушка окинула его оценивающим взглядом и, видимо, оценила высоко, улыбнулась. А потом, резко развернувшись на месте, отчего её юбка хлестнула по ногам, на миг открывая босые ступни, быстро пошла вперёд. Почти побежала. Гости с трудом поспевали за ней.
Они прошли анфиладу комнат, убранства которых Гринвуд почти не запомнил, поспевая за провожатой. Отметил только большое количество окон, наполненность светом и кое-где мелькавшие яркие пятна вышитых подушечек на диванах и акварелей на стенах.
Перед двустворчатыми стеклянными дверьми девушка остановилась и обернулась назад.
– Вы с какой целью? – непосредственно поинтересовалась у Гринвуда.
Хокс не сдержал смешка, но всё же пояснил:
– Мы в гости, познакомиться с соседями.
– Ждите здесь, – велела с преувеличенной серьёзностью и осторожно постучала. Женский голос дозволил войти, после чего служанка приоткрыла одну из створок и просочилась внутрь, прикрыв дверь за собой.
– Госпожа, к вам в гости соседи пришли знакомиться, – донеслось негромкое с террасы.
Вэлдон посмотрел на Шейнона, ожидая его реакции. Тот пожал плечами, мол, о чём тут можно говорить, и так всё понятно – сельский уклад.
Сам же сказал.
Наконец створка приоткрылась, и девушка высунула голову, спросив почему-то шёпотом:
– Как вас зовут?
– Мистер Хокс и мистер Гринвуд.
Дверь снова закрылась.
Шейнон прикрыл глаза. Девушка, с которой они познакомились два дня назад, была хороша, но манеры её родственников оставляют желать лучшего. Они с Вэлом ещё не успели их увидеть, а уже хочется передумать и вернуться назад в Хокс-парк.
Наконец дверь распахнулась, и служанка объявила:
– Проходите.
Терраса была не слишком большой. Ярда четыре в ширину и где-то восемь в длину. Огорожена невысокой балюстрадой, от центра которой вниз спускались ступени. Они вели к пруду, расположившемуся на острие пейзажного парка.
По центру террасы стоял покрытый вышитой скатертью стол с самоваром, чайными парами и разнообразными лакомствами в блюдечках и корзинках, вокруг него – четыре плетёных кресла.
Слева от входа сидела женщина с желчным лицом, заострёнными чертами и узкими губами, выдававшими стервозный характер. Спиной к пруду и лицом к гостям расположились две юные особы, похожие друг на друга. Их Шейнон принял за сестёр. А справа сверлил гостей глазами молодой человек, их с Вэлдоном ровесник.
Видимо, это и есть хозяйка имения и её дети. Родственники той приятной девушки. Вот только за столом мисс Клэптон не оказалось, и это вызвало вдруг острое сожаление.
– Здравствуйте, дорогие соседи, – хозяйка имения всё же поднялась и двинулась им навстречу, – добро пожаловать в мой дом.
– Очень приятно познакомиться с вами, – Вэл принял и слегка пожал протянутую сухую ладонь и, склонившись, поцеловал кончики пальцев. Женщина просияла. – Меня зовут Вэлдон Хокс, а это мой друг Шейнон Гринвуд.
– Очень приятно, мистер Хокс, мистер Гринвуд, – рука перекочевала к Шейну, который сжал пальцы и склонился над ними, но целовать не стал. По этикету и не полагалось, это было личная инициатива друга. Надо сказать, что хозяйка заметила разницу, Гринвуд отметил её выражение лица. Но для него симпатии окружающих не значили так много, как для Вэла. – Меня зовут миссис Прайс, а это мои дети – Юлия, Анна и Алекс.
Девушки, когда называли их имена, поднимались из кресел и приседали в лёгких реверансах, скромно опуская глаза. А молодой человек вышел вперёд и пожал гостям руки.
– Прошу, присоединяйтесь к нам, – миссис Прайс сделала широкий жест рукой и вдруг закричала во всё горло: – Неса! Быстро неси ещё два кресла! И приборы!
Гринвуду очень хотелось прочистить уши, он не был уверен, что появившийся звон – это комариный писк, а не последствия звонкоголосости миссис Прайс.
Кресла были доставлены, вслед за ними появились ещё две чайные пары. Смущающаяся и краснеющая Анна налила гостям ароматного напитка, предложила блюдечки с вишнёвым и малиновым вареньем на выбор, а также земляничную пастилу.
– Мы были огорчены, узнав о смерти вашего дедушки, – с трагическим лицом сообщила миссис Прайс, которая терпеть не могла старого соседа и называла его не иначе, как пронырой и интриганом.