Кречет (СИ)

Считанные секунды, и бортовой искин определил источник опасности, отрезав Трояна от системы. Но было уже поздно. Большинство команды к этому моменту уже погибла. Оставшиеся же вынуждены были бороться за жизнь, в чём им сейчас активно помогает их искин.
Малой заблокировал аварийный выход ведущий прямиком в ходовую рубку и через него мы проникли вовнутрь. Как и ожидалось живых тут не было. Никто из вахтенных и не подумал пристёгиваться к ложементам, а потому в космос вынесло всех.
Переборка уже задраена по аварийному. Но мы и не думали расслабляться, взяв вход под контроль. Малой не дожидаясь команды сразу направился к нише с бортовым искином, выкатив тележку и без сантиментов вырвав электронный мозг из гнезда. После чего на его место вогнал Трояна, с предварительно приготовленным переходником. Конструкция оказалась неказистой и обратно в нишу тележка уже не помещалась, но это и неважно, главное, что работает.
Ляпишев занял место борт-инженера и его пальцы забегали по сенсорной панели управления. На всё про всё ему потребовалось меньше минуты. Он и в учебке был не промах, а за прошедшие годы вырос не на одну голову.
— Командир, корабль полностью под нашим контролем. Бортовой искин успел частично поддержать и восстановить атмосферу. Предварительно, выживших на борту двенадцать человек. За борт вынесло не всех, обнаружено ещё шестеро, предполагаю, что они мертвы, но с нашим братом полной уверенности в этом нет.
Это да. Наниты уже доказали, что способны на многое. Вот и пойми мертвы они или нет. Но это и неважно. А вот кто есть кто, понять не мешало бы.
— Сколько десантников на борту?
— Четверо. И они активно облачаются в броню. Подтянули ещё троих членов экипажа, оказавшихся рядом. Бойцы так себе, но броня реальная.
— Вот только неполноценная, потому что у них нет доступа к управляющему блоку шлема. Что автоматические турели?
— Полностью контролирую. Но виду пока не подаю.
— Принял. Приступай к откачке воздуха из всех отсеков.
— Уже делаю. Тридцать секунд.
— Принял. Ждём.
После того как корабль полностью лишился атмосферы выяснилось, что выживших осталось только одиннадцать человек. Четверо десантников и трое подтянутых ими членов экипажа. А так же ещё четверо из команды, разбросанные по кораблю и сумевшие облачиться в спасательные скафандры. Один из экипажа найти таковой не успел и задохнулся, как не ожили и остальные шестеро то ли мёртвые, то ли бывшие без сознания.
— Минус два, — доложил Малой.
Я глянул в его сторону и понял, что он задействовал одну из противоабордажных турелей, расставленных по ключевым точкам корабля. Эта находилась в машинном отсеке и, к сожалению, под раздачу попали не десантники, а техники. С другой стороны, противников теперь девять. Всё проще.
— Назар, остаёшься на охране и обороне ходовой рубки. Остальные чистим корабль. Малой, выруби маршевые двигатели, ускорение только мешает. И на тебе обеспечение нашего продвижения. Кстати, что боевой дроид?
— Ремонтника и бытовых я взял под контроль. Боевой в автономном режиме, игломётно-пушечное вооружение и, похоже, самураи его уже задействовали. Только что он раздолбал одну из турелей и погасил все сенсоры в десантном отсеке.
— Этого и следовало ожидать. Пошли братцы.
На эсминце места немного, поэтому тут всё рядом и идти недалеко. Вскоре мы уже были в отсеке с выжившими. Они не имея оружия попытался спрятаться, но Малой точно вывел нас на цель и мы скрутили их, нацепив на руки и ноги пластиковые наручники. После чего перетащили пленников в ходовую рубку, под присмотр Назара.
Главное не проспать их до той поры пока не доставим до спасательной капсулы. А там, отправим в криосон и пусть дожидаются прибытия на нашу базу.
Что же до десантников, то они не спешили покидать свой отсек, справедливо рассудив, что им куда выгоднее действовать от обороны. Ну и ещё есть вариант выбраться наружу и обойти нас по внешней обшивке, проломившись в ту же ходовую с помощью инженерных зарядов. Оружия и боекомплекта у них сейчас хватает с избытком. Я именно так и поступил бы.
 
Конечно Малой контролирует сенсоры и сможет обнаружить этот манёвр. Но не он ли совсем недавно продемонстрировал, на что способен хороший программист. А в каждое отделение входит оператор-электронщик, и кто знает насколько компетентным он окажется. Понятно, что два гения на один эсминец это перебор, но чего в жизни только не случается.
— Назар, выберись наружу и контролируй подходы к ходовой рубке, чтобы не обошли снаружи, — приказал я в канал.
— Принял. Выполняю.
— Малой, заблокируй вход в рубку и следи за пленными.
— Принял.
Вот и ладно. А теперь можно действовать. Мы заняли позицию напротив входа в десантный отсек, который оказался у нас в слепой зоне. Что именно там приготовили нам самуряи не понять, но то, что будут нас ждать, факт.
— Малой, как только откроешь переборку, сразу активируй игломётную турель.
— Уже настроена на движение. Но если напротив окажется этот грёбаный паук, то турель бессильна.
— Помню. Кистень, гранатомёт готов?
— Всегда готов.
— Начали.
Переборка проворно поползла вверх, я, Дрон и Прохор тут же закатили в образовавшуюся щель ЭМИ гранаты. В ответ прилетело несколько игло-гранат. Я рефлекторно повернулся к ним лицом и присел уменьшая поражаемую площадь и прикрывая уязвимые места, не забыв при этом опустить голову, чтобы прилетело не в забрало, а в шлем.
Взрыва и ударной волны в безвоздушном пространстве не ощутил, только и того, что простучали по броне иглы. Думал, что японцы тут же бросятся в атаку, но ошибся. Гранатами они пытались сбить наш наступательный порыв, если мы решимся на это.
Безрезультатно. Как впрочем, не помогли и наши гранаты. Не корейские, кстати, а из старых запасов, которые мы берегли как могли. Но одного они добились, заставили нас замешкаться и потерять какое-то время, чего вполне хватило, чтобы их дроид пустил снаряд из своей пушчонки и попал в турель, которую перекосило и заклинило.
Кистень, как и было условлено отработал по пауку из гранатомёта. Плазменная граната ударила точно в лобовую броню, вот только прожечь её не вышло. Дроид на время потерялся, но очень скоро придёт в себя. Зато нашему гранатомётчику прилетел выстрел из игольника точно в забрало. Калибр у него серьёзный, скорость высокая, и на такой дистанции, да ещё и в отсутствии воздуха игла обладала слишком высокой мощью, а потому сокрушила защиту, и ударила его в лицо.
Дрон, бывший в нашей группе за снайпера так же выстрелил, но снайпера засечь не успел, поэтому свалил штурмовика, со штурмовым игольником. А может и члена экипажа обряженного в чужую броню. Увы, но игломётчика у нас не имелось, как и самого игломёта. Сторожевик не подразумевает под собой реальный абордажный бой, а потому подобное вооружение отсутствовало. Тем более, что это компенсировалось сразу двумя дроидами.
Паук противника пришёл в себя после плюхи и открыл огонь из крупняка, выбивая куски декоративного композита, и высекая искры из стальных конструкций. Ударила пушчонка. Стальная болванка пробила ребро жёсткости за которым укрылся Дрон, выметнув с обратной стороны целый сноп осколков облицовки и раскалённой стали. Андрей присел от неожиданности, пока ещё даже не осознавая, что ему только что едва не оторвало голову.
— Эмки, — выкрикнул я, срывая с пояса очередную ЭМИ-гранату.
Я и Прохор бросили гранаты, которые слегка замедлили дроида и обескуражили самураев. Перебежав на позицию Кистеня, я подхватил гранатомёт и выпустил две гранаты кряду. Первая прошла мимо, зато вторая ударила в одну из конечностей, подломив её и слегка развернув паука вправо. Отчего уже пришедший в себя и открывший огонь дроид промахнулся и его иглы прошли мимо. Четвёртая плазменная граната попала в оказавшуюся на её пути турель игломёта, лишив паука части огневой мощи, но он всё ещё в деле.
Рванула иглограната выпущенная из гранатомёта одним из самураев и по броне вновь забарабанили иглы. Мой нуждался в перезарядке и я скользнул за укрытие, подтянув тело Кистеня, на котором находились подсумки с боекомплектом.