Кречет (СИ)

— Так вот почему перед установкой сеток, нас прогнали через медкомиссию, а некоторых и в регенерационную капсулу определили, — догадался Прохор.
— Догадливый. Возьми с полки пирожок, — хмыкнул Малой.
— А в морду? — цыкнул тот.
— Ну вот, а я о чём — сетка не прибавляет ума, — пожал плечами Ляпишев.
— Не умничай, — отвесил ему подзатыльник Назар.
— Слышь, у тебя рука, между прочим, тяжёлая, — возмутился Николай.
— Дальше рассказывай, — пихнул его в бок Прохор.
— Да чего рассказывать-то. Дальше силовые нагрузки и учебные занятия будут только возрастать. Радует хотя бы то, что по физухе теперь упор пойдёт на спортивные снаряды, гимнастику и рукопашный бой. На корабле особо не побегаешь.
— А беговые дорожки на что, — подмигнул Назар.
— Не. Они не идут ни в какое сравнение с пересечённой местностью. Курорт, — тряхнув головой, возразил Ляпишев.
— Это да. С физухой теперь попроще будет, — удовлетворённо кивнул Прохор.
— Это как сказать. Бывалые рассказывали, что десантуре за бортом много болтаться приходится. Так что, хапнем невесомости до дурноты, — возразил Назар.
Я тем временем успел расправить койку, и раздеться, после чего обернулся к товарищам, слегка разведя руками. Те меня правильно поняли, и поднявшись направились на выход. Тем паче, что им по распорядку уже пора двигать в учебный корпус, на первую процедуру разгона.
— Ну как, поумнел? — вошёл в расположение Малахов.
— Только что одних выпроводил, ты ещё тут.
— Когда реванш?
— Какой реванш, Андрюша, окстись. Думаешь после разгонной капсулы превратился в супер бойца? Прогресс конечно есть, но и я ведь не стою на месте, так что, пока у тебя без шансов.
— Пока, — многозначительно подхватил он.
— А я и не отрицаю, что в итоге ты сможешь меня сделать. Но облегчать тебе жизнь в мои планы точно не входит.
— Вот и договорились.
— А теперь давай спать, а? Меня что-то и впрямь в сон рубит.
— Ага. Есть такое дело, — согласился он…
Неделя прошла в расслабленном режиме, если не считать пятикилометровой утренней пробежки, тренировок на тренажёрах, занятий по рукопашному бою и строевой подготовки, всё же присяга. В сравнении с тем, через что нам пришлось пройти за эти полгода, тянуло на разминку.
Зато, имели место ежедневные процедуры в разгонной капсуле, со всё возрастающими нагрузками, постепенно вышедшими на свой пик. Дело в том, что нейросеть третьего класса подразумевает под собой скорость загрузки информации с коэффициентом в одну целую две десятые. Существенная экономия времени, тем более на навыках высокого уровня…
Присяга прошла как-то… Да обычно в общем-то прошла. Мероприятие вышло торжественным, с общим построением полка, который сейчас не дотягивал до штатной численности. Сослуживцы, несмотря на различные причины приведшие их сюда, далёкие от патриотизма, по настоящему волновались, и по несколько раз переглаживали парадную форму. И Малахов в том числе, чем опять меня удивил, я ведь знал, что он самый настоящий прагматик, а тут вдруг такие неподдельные эмоции.
А вот сам я смотрел на это сквозь призму того, что с одной стороны дело конечно полезное, но с другой совершенно бестолковое. Мы ведь уже давно подписали контракт, в котором всё прописано самым подробным образом. Присяга же отдавала напыщенностью и пафосом, скорее являясь приложением к уже существующему договору.
Не мои слова и суждения. За этот циничный взгляд отдельное спасибо отцу. Он не раз и не два затевал со мной разговор на эту тему. Говорил, что когда враг пришёл домой, то сражаться с ним долг каждого гражданина, и тут уже не важно, давал ты присягу или нет. Но если нужно драться в интересах государства за его пределами, то тут уже не долг перед ним, а контракт с ним, в котором чётко прописаны права и обязанности сторон.
Хотя в последнем случае не всё столь уж однозначно. Порой приходится бить первым, точно зная, что драки не избежать, и если мы не придём на ту сторону сами, то та сторона придёт к нам и тогда выйдет во сто крат хуже. Но в отсутствии подобной опасности сражаться точно придётся за выгоду элиты, а раз так, то должны быть соблюдены интересы обеих сторон.
 
Впрочем, зря я брюзжу, как старик. Два положительных момента в этом есть определённо. У нас сегодня был не просто сытный, но и праздничный завтрак. А ещё, предстояло увольнение на двое суток, и мне, за добросовестную службу и успехи в боевой подготовке разрешили выезд за пределы Знаменска, в пригороде которого и располагался наш учебный полк.
— Колун, ты куда? — весело спросил Назар, зажав локтём шею трепыхающегося Малого.
— В Николаевск.
— Дали добро на поездку домой! — с завистью пискнул Ляпишев.
— Подтянул бы физуху, да не влетал бы по глупому, и тебе обломилось бы.
— Ага. С этими не влетишь, так они сами втянут, — обречённо дёрнулся Николай, но так, без огонька.
— А вы куда? — спросил я.
— Будем устранять пробелы в образовании Малого, — наигранно вздохнул Прохор.
— В смысле? — не понял я.
— Поведём его в бордель. А то этот ботан в девственниках ходит. Не дёргайся, — чуть сильнее прижал его Назар.
— Ох Коля, Коля, незавидная тебе досталась доля, — едва сдержал я смех.
— Да отстаньте вы придурки! Не пойду я никуда.
— Крепись, Николай, мы все когда-то прошли через это тяжкое испытание, — благословил его я.
— Отпусти, Назар, — не на шутку рассердившись уже всерьёз дёрнулся Ляпишев.
— Да ладно тебе, Малой. Ты чего? — уловив его настроение и отпуская, примирительно произнёс тот. — Это же как ветрянка у детей, чем раньше переболеешь, тем будет лучше.
— Не хочу в бордель. Понимаешь? — покраснев заявил Николай.
— Зря ты так. От баб однозначно башню сносит. Но чем ты взрослее, тем заскок может выйти конкретней. И уж тем более, если с нормальной девушкой, а не с проституткой. А тут все чётко, ты справил нужду, она заработала и никаких заморочек.
— Всё равно, — упрямо набычился тот.
— Да оставь ты его Назар, — махнул рукой Прохор. — Чего насел. Не хочет и нечего заставлять. Чем через силу, лучше уж с Дунькой Кулаковой. Айда по пивку, а то за полгода уже забыл какое оно на вкус, — подтолкнув Николая в спину, подытожил он.
Назар многозначительно глянул на кореша. Но тот сделал успокаивающий жест, мол спокойно, всё сделаем в лучшем виде. И ведь сделают. Прохор поднаторел разводить Малого на слабо и вовлекать его в сомнительные предприятия, отчего они порой залетали втроём в наряды на работы.
Всё же прав был батя, когда говорил, что из врагов порой получаются настоящие друзья. Вот и эта троица яркое тому подтверждение. У меня с ними знакомство состоялось тоже не лучшим образом, и хотя друзьями нас не назвать, мы стали добрыми товарищами. Тот же Малахов, вроде и пыжится, но от былой остроты не осталось и следа, только здоровое соперничество. Кто бы мог подумать.
— Клим!
Ага. Помяни его, он и появится.
— Чего тебе, — обернулся я к Андрею.
— Слышал тебе увольнительную в Николаевск одобрили.
— Так и есть.
— Поехали вместе?
— Не надоела тебе ещё моя морда.
— Да ладно, чего ты так-то самокритично. Морда как морда, даже кирпича не просит.
— Ну спасибо тебе добрый человек.
— Всегда пожалуйста. В аэропорт, или каршеринг?
— Каршеринг звучит заманчиво, — кивнул я.
Необходимые навыки на управление флаером в нас уже загрузили. Мало того, мы получили практический минимум в вирт-капсулах и на полковом полигоне. Так что имели лицензии на управление лёгким флаером, пусть и с ограничениями.
— Но поведу я, — тут же выдал Малахов.
— Туда. Обратно уже я.
— Замётано.
Аренда флаера с правом передвижения по планете удовольствие не из дешёвых, но деньги у нас есть. Мы ведь получали жалование, пусть у кадетов оно поменьше чем у полноценных рядовых, и надбавок у нас нет, но выходило не так чтобы и мало, а тратить особо некуда.
Андрей сделал останавливающий жест, и судя по расфокусировавшему взгляду вызвал интерфейс нейросети. Со временем мы привыкнем и будем использовать его походя, но пока только учились использовать новый девайс.