"Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)
Хотя, если подумать, то куда торопиться?
Освежающей волной в голову фор Корстеда пришла мысль, что время в лавке идет по-другому, а значит он вполне может не пороть горячку и тщательно подойти к выбору стратегии. Тем более, что скудные финансы разгуляться не позволяли.
Улыбнувшись, словно кот, объевшийся сметаны, Радремон принялся со всем старанием изучать каждый свиток.
Глава 8
«Огненная плеть», «Легкая поступь», «Малая завеса тишины», «Круговой удар», «Стрела праха», «Малый каменный щит» — Радремон неспешно изучал свитки, выложенные на доступные ему полки. И с каждой секундой улыбка на его лице таяла забытой на столе свечой.
С одной стороны ему хватало оставшихся трофейных монет на практически любой манускрипт, но с другой… Боевые навыки требовали наличия оружия, а по эффективности уступали родовому умению, магические же приемы мгновенно выдадут в маркизе заклинателя, что приведет к непредсказуемым последствиям.
К тому же фор Корстед уже имел возможность лицезреть, насколько легко Бал’Луг защитился от эльфийского колдовства, хотя то и было запущено со спины. А значит нужен совершенно другой подход.
Изучив описание последнего свитка и не найдя ничего для своих нужд, Радремон двинулся на второй заход. На этот раз, имея общее представление об ассортименте, он внимательно вчитывался в каждое слово, выискивая скрытые возможности и альтернативные пути использования.
Например можно наложить «Легкую поступь», делающую шаги бесшумными, на орка и понадеяться, что тот от неожиданности споткнется, а ближайший гоблин искупает в крови громилы свое оружие. Или незаметно запалить «Походный очаг» под фургоном, на крыше которого обосновался эльф. Заодно станет одной ненавистной клеткой меньше.
И одним разъяренным работорговцем больше.
— Ты долго тут торчать намерен? — раздраженно проскрипел старик, убирая отполированную до блеска монету под прилавок. — У меня обеденный перерыв скоро. И этот, как его, переучет!
Маркиз хотел уже злобно огрызнуться, но вспомнил, что дед отнюдь не так прост, как кажется, и, проглотив обидные слова, пошел на третий заход.
В итоге, практически наизусть выучив доступный ассортимент, фор Корстед остановил свой выбор на двух заклинаниях.
Начальное возложение рук
Школа света.
Мгновенно восстанавливает цели 70 пунктов здоровья и еще 30 в течении 20 секунд.
Дальность применения: 4 метра.
Применение: 5 маны.
Цена: 14 трофейных монет.
Прикосновение смерти
Школа тьмы.
Отмечает выбранную цель проклятой меткой. После смерти цель имеет 2 % шанс возродиться подконтрольной заклинателю нежитью.
Дальность применения: 10 метров.
Применение: 3 маны.
Цена: 13 трофейных монет.
К сожалению, ни то ни другое не позволяло мгновенно перевернуть ход битвы в свою пользу, но их, хотя бы, можно было применить скрытно и попытаться извлечь из ситуации максимальную выгоду. А при удачном раскладе и вовсе сбежать.
С помощью первого заклинания Радремон планировал исцелить раненного гоблина, уже списанного со счетов, и позволить тому нанести внезапный удар. Да и вообще штука по жизни полезная. Второе же позволяло сделать примерно то же самое, но при этом посеять панику среди живых. Нежить не любит никто.
Включая самого Маркиза.
Кроме того в пользу «Прикосновения смерти» говорил нечаянно обретенный титул Властителя Первородного Мрака. Ведь это заклинание как раз принадлежало школе тьмы, а значит, произведя несложный подсчет… в зависимости от интеллекта… да с новым множителем… жалкие два процента превращались в… по-прежнему жалкие два с половиной процента.
Эх, если бы фор Корстед не поторопился распределить очки в силу и ловкость. Могли бы получиться совсем другие цифры.
Но, прости Светлоликий, о чем он вообще думает? Мало того что всерьез собирается вместо честного боя сталью применять богомерзкую магию, так еще рассматривает своим оружием темное колдовство! Узнай об этом ищейки императора, и Радремона публично казнят, не взирая на древность рода, звание и былые заслуги. Да Его Святейшество ради такого дела лично наденет колпак палача. Да…
Неожиданно маркиз понял, что эти мысли нарисованы такими же тусклыми красками, как и прочие его воспоминания. Блеклая картина, едва проступающая сквозь накинутую на нее марлю реальности. Будто нет и не было никакого императора, никакого Его Святейшества, да и самого Радремона фор Корстеда тоже.
Неприятное чувство, заставившее похолодеть пальцы, а загривок с чужими волосами покрыться липким потом.
Радремон облокотился на прилавок, отчаянно пытаясь удержать вместе куски расползающегося сознания. Он словно вновь плавал в чернильной тьме, а Великое Ничто изучающе разглядывало ничтожную песчинку, решая растворить ее в себе или позволить существовать.
Так просто — миг, и больше не нужно страдать, напрягаться, думать. Как раньше. Когда маркиз существовал подобно марионетке, которую дергает за ниточки искусный кукловод. Судьба предопределена, как и место в жизни.
Так просто.
И так притягательно.
Но нет! Фор Корстед теперь сам творец своего будущего! И пусть прошлое уже не изменить, только он может решать, что и как будет дальше. А для начала нужно определиться и сделать выбор. Самостоятельно. Без чьей-либо указки. И как бы тот не претил прежнему Радремону, Радремон нынешний будет действовать исключительно с позиции логики.
Оттолкнувшись от прилавка, маркиз взъерошил волосы и посмотрел на старика. На лице у того фор Корстед заметил мелькнувшую буквально на секунду по-отечески одобрительную улыбку, но та тут же пропала, будто ее и не было.
— Что выбрал? — бросил дед, подойдя поближе.
— Свиток… — Радремон поперхнулся, закашлялся и повторил уверенным голосом. — Свиток «Прикосновения смерти». Пожалуйста. — добавил он, выкладывая на стойку тринадцать трофейных монет.
— Пожалуйста. — проскрипел продавец.
Деньги исчезли, а манускрипт приплыл прямо маркизу в руки. Пусть это заклинание и казалось менее эффективным, чем «Возложение рук», но лишь на начальном этапе. В последствии же, проценты срабатывания должны были существенно увеличиваться, когда-нибудь достигнув сотни. А может и больше, если это вообще имело смысл.
А что до нежити, нечестивой школы тьмы и прочего, то с этим похоже придется смириться.
Фор Корстед решительно развернул свиток и, стоило ему лишь взглянуть на начертанные там линии и схемы, как новые знания выпущенной из лука стрелой вонзились ему прямо в мозг, подарив возможность применять неведомую прежде магию.
И это без долгих лет зубрежки и какой бы то ни было практики! Поразительно! Магистры Академии умерли бы от зависти!
Снова обратившись к былым воспоминаниям, Радремон помрачнел и хотел уже вернуться назад к полю боя, как тут его внимание уже во второй раз привлек таинственный блеск из глубины помещения. Вроде бы стеллажи все так же ровными рядами уходили во тьму, а их полки укутывала непроглядная белесая дымка, но что-то как будто взывало к маркизу, отчаянно требуя его внимания.
— Уважаемый. — обратился к старику фор Корстед. — Не подскажите, а что это там сверкает?
Седовласый продавец проследил за взглядом Радремона, после чего резко обернулся и пристально уставился на маркиза. Будто сторожевой пес на подозрительного гостя. Не то облаять, не то и вовсе наштамповать новых дырок в филейной части.
— Властитель Мрака? — недоверчиво спросил дед, причем в его голосе проскользнули едва заметные нотки уважения.
— Властитель Первородного Мрака. — с нажимом поправил маркиз, хоть не особо и гордился подобным титулом. Но, как говорится, получил медаль — носи ее с достоинством.
Старик еще несколько долгих мгновений сверлил фор Корстеда взглядом, после чего лично сходил вглубь помещения и выложил на прилавок кольцо из непроглядно-черного дыма. Радремон, сосредоточившись, прочитал подсказку.