"Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)
Навык Ксинс в обработке ран действительно оказался куда выше, чем у Радремона. Разрезав на лоскуты и без того изодранные рубашки маркиза и Нала, она, сетуя на грязную ткань, весьма умело спеленала бесчувственного Банарва. Да так, что после очередного сеанса Начального возложения рук, его здоровье наконец медленно поползло вверх.
— Сокровище! — крикнул пришедший в себя дварф.
Он дернулся, но тут же скривился от боли и рухнул назад, гулко ударившись затылком.
— Камнями завалило твое сокровище. — поспешила разочаровать его Бешеная. — По самое не балуйся. Как и рему в монстре. — она досадливо цыкнула. — Если та в нем есть, конечно. Эх, здоровенная небось… Нам бы пригодилась.
— Я откопаю. — настойчиво проворчал Банарв. — Не уйду из данжа без сокровища! Зубами буду…
— Ладно. — прервал его фор Корстед. — Данж пройден. Пора выбираться. Да и осталось нас всего пятеро — как раз для вступления в Свиту.
Радремон кивнул Налу, и они вдвоем взялись тащить не прекращающего бурчать дварфа к выходу. Иллит оказался слишком слаб для подобных целей и скоро его сменила светлая эльфийка.
— Там наверху еще раненные сидят, которые не стали спускаться с нами. — напомнила Бешеная, сдув упавшую на лицо непослушную прядь цвета жидкого золота. — И с чего ты взял, что это была последняя пещера? Может дальше еще проход есть.
— Чутье раба каменоломен. — усмехнулся маркиз, заставив собеседницу взглянуть на него под совершенно другим углом. — Что до раненных — они уже отказались от участия.
— А если передумали? — тревожно спросил Налланномом, обновив магию на раненном подопечном.
— Если передумали… — фор Корстед пристально посмотрел в глаза Бешеной, и та плотоядно ухмыльнулась.
Они поняли друг друга без слов.
Сзади же тихо вздохнула Ксинс:
— Лучше бы и правда отказались. Во имя Ильоны.
Глава 15
К моменту, когда маленькому отряду удалось добраться до выхода из данжа, Банарв уже шел на своих двоих. Шатко, сцепив зубы, но шел. Он заявил, что не позволит таскать себя, словно безвольный труп или мешок с зерном.
— Мешок с дерьмом. — едко прокомментировала тогда Бешеная, но дварф, к счастью, не расслышал.
В пещере светящегося голубого мха ничего не изменилось. Повсюду лежали обломки нехитрой мебели, глиняные черепки горшков и ошметки почившей флоры. Покоренной громадой высился труп Раффлезии-короля, теперь, правда, не казавшийся таким уж большим. И всюду кровь…
С момента появления арки данжа прошло всего несколько часов, но по ощущениям — будто минула уже целая неделя. К тому же, из двух десятков спустившихся вниз участников турнира, воодушевленных речью мечтателя-Ритера, в живых остались лишь пятеро. Прочим же не повезло навсегда сгинуть во тьме поглотившего их подземелья.
Нал с Банарвом подобрали с земли кое-какое оружие взамен утерянному в последней битве. Хотя дварфу оно служило скорее опорой, чем средством защиты. Он еще не достаточно отошел, чтобы с кем-либо сражаться. Остальные же умудрились сохранить свое имущество.
И вот к Радремону подошла Ксинс и протянула ему найденный в тайнике Лук вертлявого шутника.
— Возьми. — сказала она, глядя маркизу в глаза. — Это, конечно, не заменит того древнего артефакта, что ты потратил для нашего спасения, но пусть будет хоть так.
— Эй-эй! — возмутилась Бешеная. — Он вообще-то и для своего спасения его тратил. А за этот лук мы можем выручить…
Дроу, нахмурившись, одним взглядом оборвала подругу, и та нехотя умолкла. В лиловых глазах Ксинс фор Корстед видел лишь искреннюю благодарность.
Да, не так он представлял себе темн… горных эльфиек. Совсем не так. С другой стороны, если в ее теле на самом деле сидит душа светлой… В какой-то степени это перекликалось с ситуацией самого Радремона. Он тоже находился не совсем «в себе».
— Сойдет. — невозмутимо бросил маркиз и убрал артефакт в Перстень. — А это твой.
Он протянул дроу последний из уцелевших Сигнальных факелов, и та приняла его с легким кивком головы.
Бешеная закатила глаза.
— Мы наверх пойдем или нет? — сердито проворчал Банарв. — Расшаркиваться долго будете? Я жрать хочу. И выпить.
Спустя буквально пару минут короткий крутой тоннель выплюнул отряд на долгожданную поверхность.
Щуриться не пришлось. Купол багрового тумана, все так же надежно укрывал значительную часть поля, поглощая лучи солнца. Или лун, если те уже успели взойти. Но что действительно удивило вернувшихся, так это отсутствие необходимости разбираться с раненными.
Они все были мертвы.
Кто-то лежал на земле, невидящим взором глядя в заоблачную даль; другие прислонившись к стене магического купола, обратились в лишенные плоти скелеты, будто уже несколько веков проведшие под палящим солнцем. Но всех их объединяло одно — множество хищных лоз, оплетших тела участников турнира.
Именно они стали причиной смерти решивших остаться на поверхности претендентов. Данж собрал свою кровавую дань. А может это сделал и сам Миткалас.
— Переломанное тело господне. — прошептал побледневший Налланномом. — Как же так…
— Собакам — собачья смерть. — невозмутимо бросила Бешеная, пинком ноги развалив клыкастые орчьи мощи. Ксинс недовольно поморщилась. — Меня больше интересует, почему не исчез купол. Нас же осталось ровно пять. Как и говорил тот дед со сферой.
На всякий случай положив ладонь на рукоять меча, Радремон внимательно осмотрелся вокруг. Тела, тела и еще раз тела. И поле. Неожиданно он заметил едва шевельнувшийся круглый щит, который будто по собственной воле медленно полз в сторону подземелья.
Одним прыжком маркиз подскочил к ожившему объекту и выудил из-под него… криста. Того самого, похожего на жужелицу, щелкуна, что по ошибке угодил под купол и успешно сыграл роль приманки перед походом в данж.
Похоже магия Ат-Вутора считала его участником турнира. А значит…
Фор Корстед на вытянутой руке держал дрожащее существо, а другой направил ему на грудь меч.
— Мой ничего не делать! Мой не виноват! — верещал крист, щелкая жвалами. Его практически человеческое лицо искажала гримаса неподдельного испуга. — Трава пещера выползать, всех связать. Мой спрятаться. Очень страшный!
Радремон упер острие меча в сочленение хитиновой брони создания и, глядя в выпуклые черные глаза произнес:
— Скажи, что сдаешься.
— Мой… Мой сдаешься. — прощелкал крист, и в тот же миг купол лопнул.
Игривый ветер, будто вырвавшись из заточения, овеял покрытые потом и кровью тела, закатное солнце ласково поприветствовало выживших последними лучами, а к победителям побежали девушки, неся в руках сплетенные из цветов венки.
И тут же замерили.
Как и едва взявший пару нот оркестр. И толпа зевак, не успевших разразиться приветственными криками. И Ариэлана, занявшая место Диеша на сцене.
Как и весь мир, с ужасом взиравший на невиданное чудо и страшную трагедию, которыми обернулся тривиальный по сути турнир за право присоединиться к знаменитому роду.
Первой пришла в себя Ариэлана. Стоит отдать ей должное: спрыгнув с помоста, она решительно направилась к вороху лиан, спеленавших тела, без всяких артефактов на ходу формируя над плечом сразу два готовых сорваться в полет ледяных кристалла.
— Людей увести, данж оцепить, отправить за ранговыми. — выдавала она приказы. — Поставить в известность мэра, Элмор переходит на осадное положение.
Зевак упрашивать не пришлось. Осознав нависшую над ними опасность, они в едином порыве ломанулись к воротам, вереща и втаптывая в пыль тех, кому не посчастливилось упасть. И лишь единицы, найдя в себе неожиданные силы, двигались в противоположном направлении. К месту проведения турнира.
— Брат, что с тобой? Отзовись! Ты где? — кричал молодой мужчина, пытаясь пробиться сквозь толпу.
— Гер! Гер! Гер! — с надрывом подвывала женщина, по щекам которой катились крупные слезы.
— Папа! — пронзительно пробивался сквозь общий шум детский голос. — Где мой папочка? Папа!