"Фантастика 2024-111". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

  
Глава 3
 
Гром не грянул, реки не повернули вспять, да и сирены в своих логовах не вострубили о пришествии нового владельца замка. Даже система предательски молчала, вместо того чтобы подкинуть какой-нибудь полезной информации.
Ну да ничего. Не впервой.
Мужчина поднял голову и посмотрел на Радремона. На вид лет пятидесяти. Усталый взгляд, слегка растрепанная прическа, на застиранной ливрее не доставало одной пуговицы, а пристегнутое декоративной булавкой жабо походило скорее на скомканный носовой платок.
Не иначе потасканный жизнью дворецкий.
— Очередной стервятник! — зло прошипел слуга, сжав кулаки. — Налетели. Коршуны… Провались в Бездну, выродок!
— Я убивал и за меньшее. — спокойно сообщил маркиз, поигрывая шпагой. — Но тебе повезло. Мне нужен кто-то разбирающийся в местных реалиях. Однако дерзить мне не позволю. Замок мой по праву рода, хочешь ты того или нет.
— Какого еще рода? — отчаянно воскликнул дворецкий с болью в голосе. — Какого рода? Его Величество был последним из фон де Трамоли! Его жену и детей убили еще в прошлом году. Но он все равно не сдавался и продолжал… — мужчина всхлипнул, оборвав фразу. — А может скажешь, что ты из фор Корстедов? Ну, давай же! Скажи это! Потерянный сын, внучатый племянник, потомок бастарда по линии третьей жены. Мы видели всех!
— Я — Радремон фор Корстед! — гордо заявил маркиз, глядя в глаза слуге. — Наследный сын и прямой потомок рода. Немедленно прекращай истерику и говори по существу. Сколько людей в замке? Какова обстановка на земле? Какие угрозы? Что с казной?
— Еще один самозванец. — грустно хмыкнул мужчина, и не думая отвечать на вопросы. — Дед говорил, вас таких по два в месяц вылезало. Как дерьмо из-под снега. Потом реже. Когда ж вы все сдохните⁈
Радремон замахнулся шпагой, но в последний момент сдержался. Как ни крути, дворецкий был не в себе. К тому же, кто, как не первый слуга, лучше всех знал текущее состояние имущества и близлежащий территорий. Да и о истории рода он, похоже, тоже оказался наслышан. Личность незаменимая. Никуда не денешься.
— Успокойся и приходи в себя. — небрежно бросил маркиз, возвращая оружие в ножны. — Я отправляюсь за своей спатой. Когда вернусь — жду обстоятельного отчета. У тебя… — фор Корстед прикинул в уме. — Думаю, минут пять.
С этими словами он Слился с тенью, а затем Теневым прыжком переместился к «Медвежьей пасти», где специально применял это заклинание перед тем, как отправиться в замок.
С постоялого двора доносились многоголосые пьяные крики и нестройные попытки затянуть песню. Похоже с момента ухода Радремона обстановка несколько изменилась. Причем не в худшую сторону. Кто-то мог бы на такое даже обидеться, но маркизу было глубоко наплевать.
Распахнув дверь, он хотел уже зайти внутрь, но нос к носу столкнулся со скелетом медведя. Вернее только с его черепом. Раньше тот висел над входом, оправдывая название подворья, но теперь какой-то весельчак надел его на голову, изображая из себя не то медведочеловека, не то вовсе мифического челмедведосвина. Потому что при своем маскараде еще и оглушительно хрюкал.
Бесцеремонно оттолкнув пьяного паяца в сторону, фор Корстед подошел к столу, где оставил спату. Но обнаружил там лишь Банарва и Ксинс в компании бородатой дварфихи и нескладного полутролля. Последний больше походил на помесь вешалки и торшера с синеватым отливом, чем на живое существо, однако при этом довольно ловко отстукивал по столу кончиком ножа, перемещая тот между пальцами.
Кровь сочилась всего из двух.
— О, Сиятельство! Уже вернулся? — заметил лидера Банарв. — Давай к нам. Хозяин сейчас еще эля притащит. Не бог весть что, но пить можно.
— Собирай всех и отправляйтесь в замок. — приказал Радремон. — Жду вас там.
— Погоди. Куда торопиться? Ушастая так вообще…
— Значит кому-то не повезет. — оборвал его маркиз безапелляционным тоном. — Выдергивай Бешеную из-под счастливчика, сними Нала с офици… — он осекся, вспомнив, что из обслуги тут только кристы. Неужели с щелкуном? Впрочем, плевать. — Короче. Ноги в руки и мигом ко мне. Не обсуждается.
 
Фор Корстед уже направился к выходу, но обернулся и добавил:
— У ворот вас встретит тип с дырой в груди. Проводит. Не обделайтесь.
После чего вышел в ночь и еще одним Теневым прыжком вернулся в замок.
Где чуть не получил кочергой по голове.
За время его отсутствия дворецкий действительно успел прийти в себя, а заодно вооружился и поджидал «самозванца», посмевшего неуважительно обойтись с телом мертвого правителя и с какого-то перепуга объявившего себя новым хозяином крепости.
Двадцать единиц ловкости позволяли Радремону выхватить кинжал, сделать в обычном нулевике, не обладающем боевыми навыками, дырок пять-шесть и только потом уклониться от железяки, но слуга по-прежнему был нужен ему живым. А потому маркиз, лишь раздраженно вздохнул, ленивым жестом перехватил кочергу и отправил ее обладателя в короткий полет, закончившийся в лужи крови прежнего господина.
— Тварь! — прошипел дворецкий, потирая ушибленную грудь. — Выкормыш Бездны!
Фор Корстед окончательно потерял терпение:
— Ты сам напросился, пес!
Он хотел уже преподать урок обнаглевшему слуге, однако его в очередной раз за ночь отвлекли.
На этот раз со звоном разбитого стекла в комнату влетели четверо незнакомцев с развивающимися за спиной крыльями. Причем влетели в прямом смысле этого слова.
Разбив окна третьего этажа, находящиеся прямо над пропастью, в помещение проникла группа личностей, одетых в просторные одежды. Тем же, что Радремон по началу принял за крылья, оказались плащи, укрепленные какой-то магией. По видимому она же и позволила им успешно спланировать с ближайшей скалы на отсветы полупотухшего камина.
Трое оказались вооружены короткими саблями и кривыми кинжалами, а последний сжимал в руке жезл с навершием из светящегося куска кварца.
Три третих ранга. И маг четвертого.
Раз плюнуть!
Раздраженный маркиз не дал первому воину даже приземлиться. Залпом выхлебав восстанавливающее ману зелье, он сорвал на вторженце накопившуюся злость, прямо в воздухе превратив того в груду гниющей плоти.
Но и этого фор Корстеду показалось мало. Выхватив шпагу и кинжал, он рванул в ближний бой, словно обезумевший медоед, защищающий от прайда львов любимый камушек. Радремон крутился юлой, прыгал, уворачивался, колол и резал, перемежая честную сталь темной магией.
Тройные стрелы праха летели во все стороны, заставляя врагов пытаться сократить дистанцию, но там их уже поджидала кровавя мясорубка. Маркиз уклонялся от сабель с легкостью качающейся на ветру травинки; огненные заклинания отскакивали от него, как мелкий щебень от крепостной стены, не причиняя вреда; а любые попытки достать его плоть заканчивались лишь новыми порезами на телах нападающих.
Со стороны могло показаться, что из Бездны вырвался настоящий демон, не имеющий слабостей и не ведающий пощады. С широко открытыми глазами дворецкий взирал на творящее действо и не мог поверить в увиденное. В какой-то момент он даже простился с жизнью, когда вражеский маг запустил в него сгустком яркого пламени, но огненные чары бессильно расплескались об похожий на мыльный пузырь полог сверкающих черных искр, появившийся на краткий миг.
Это фор Корстед, отвлекшись от безудержной сечи, умудрился успеть защитить мужчину Продвинутым щитом тьмы.
Примененное не на себя заклинание почему-то приняло другой облик, но у Радремона не было времени разбираться в таких мелочах. Противники набрасывались на него подобно разъяренным волнам бушующего моря, и бессильно откатывались, словно наткнувшись на непоколебимый утес, физически неспособный отступить.
Все новые и новые раны расцветали на их телах алыми бутонами, оставляя на полу, стенах и даже полотке росчерки кровавых разводов, но ни один волос не упал с головы неутомимого маркиза. Даже сражайся нападающие с призраком — у них было бы больше шансов.