Корпорация Vallen'ok (СИ)

— А вот, судя по всему, и Ваши вещи несут, — улыбнулся доктор, и в коридоре послышался щебечущий голос уже знакомой мне медсестры.
В палату вошла Хасимото-сан с пакетом в руках.
— Вот ваша одежда, Канэко-сан. Она была очень грязная и мы взяли на себя смелость её постирать. Когда переоденетесь, можете подойти ко мне, я провожу Вас, — уже без прежней строгости сказала она, и вышла.
  
— Ну что ж, переодевайтесь и можете идти, но не забывайте о моих назначениях, — снова повторил доктор, видимо не сильно надеясь на мою память, и вышел из палаты.
Наскоро одевшись, насколько позволяли сломанные рёбра, я слегка пошатываясь вышел в коридор, и быстро нашел стойку с милой медсестрой. Возле нее стоял пожилой японец, и пристально смотрел на меня.
— Хасимото-сан, искренне хочу Вас поблагодарить за помощь и участие, — произнес я, и поклонился, причем, как я уже потом подумал, даже излишне низко. Поклоны в Японии — это вообще отдельная часть культуры, как и суффиксы к именам. Можно хорошо знать язык как таковой, но не понимая основ культуры обращений, вы так и останетесь для них гайдзином, то есть приезжим, чужим. Хасимото-сан поклонилась в ответ, но судя по зардевшим щекам, я снова заставил ее смущаться.
— Канэко Джун, — произнес я и поклонился, обращаясь к ее спутнику. Тот удивленно посмотрел на меня, и аналогично поприветствовал.
— Накамора Хироси, — произнес он в ответ. — Я, честно говоря, сначала решил, что неверно понял звонившую мне Хасимото-сан, но сейчас вижу, что никакой ошибки нет. Вы, Канэко-сан, и правда смотрите на меня как будто никогда прежде не видели. Я ваш управдом. Узнал о том, что с Вами случилось и решил проведать. А Вас оказывается уже выписывают. Тогда я провожу Вас до дома.
— Я весьма признателен, Накамора-сан, что Вы интересуетесь моими делами, — произнес я и, попрощавшись с медсестрой, мы вышли из больницы.
— Далеко ли нам идти до дома, — поинтересовался я у домоправителя, когда мы в молчании проходили уже вторую улицу. На что тот резко остановился и произнес:
— Джун, что за розыгрыш ты придумал? Опять влип в какие-то неприятности?
Странно, такое обращение не часто используется в Японии, судя по всему, этот человек очень близко знаком со мной прежним.
— Я Вас не понимаю, Накамора-сан, — покачал я головой. — Мы с Вами так близко знакомы?
— Джун, либо ты совсем заигрался, либо действительно ничего не помнишь. Хотя, в твоем лично случае, я больше склоняюсь к обоим обстоятельствам одновременно, — произнес он. — Видел бы тебя твой отец. Только из памяти о нем я здесь. Заходи, мы уже пришли.
В раздумьях я даже не заметил, что мы остановились перед входом в подъезд. Мы вошли в многоэтажный дом и поднялись на лифте на двенадцатый этаж. Если я правильно понял, отца бывшего хозяина этого тела уже нет в живых, но спрашивать об этом управдома я сейчас не стал. Во всяком случае, попробую разобраться сначала сам.
Покрутив в руках связку ключей, я заметил брелок с адресом и номером квартиры — теперь точно не заблужусь, особенно в первое время. Пока я искал нужный ключ для входной двери, услышал за дверью шорох. «Странно», — подумал я, ещё не подозревая, что главный сюрприз ждал меня внутри.
  
Глава 2
 
Дверь скрипнула, и в нос ударил запах затхлости, смешанный с каким-то знакомым крайне неприятным ароматом. Чёрт побери, да это же запах собачьего дерьма! И тут я услышал цокот коготков по полу. Что? Собака? В Японии? Это почти то же самое, что и пума в Москве. Из дверного проема неспешно вышел морщинистый французский бульдог с выпученными глазами.
Сначала он зарычал, но, узнав хозяина, ткнулся в меня носом, провернулся вокруг себя, радостно виляя тем, что осталось от хвоста и повалился на спину, демонстрируя пузо в горошек. Собака, охренеть! У меня есть собака, да еще какая! Представьте себе существо, напоминающее ушастый пельмень на коротких ножках, с лицом, которое словно пережило десять сезонов дорамы на одном дыхании. Это она — француженка-бульдожка, чья жизнь состоит из бесконечных сериалов наподобие: «Попытка залезть на диван без помощи человека», «Спор со своим отражением в зеркале» и «Почему хозяин не понимает, что еда в моей миске уже пять секунд как несвежая?».
В прошлой жизни у меня тоже была собака, но здесь совсем другой коленкор. Это же Япония, тут завести такого друга не только крайне сложно, но и очень дорого, а мое новое «Я» не создает впечатление миллиардера и плейбоя. Еще один странный момент, которому предстоит найти решение.
— Ну здравствуй, мой волосатый друг, а вернее подруга! — прошептал я, и занялся почесыванием пузика. «И геморрой» — подсказал мне внутренний голос, когда я споткнулся о порванный мешок с мусором. Собака в одиночестве — это ад. Следы «праздника» были повсюду: перевёрнутый горшок с кактусом, ободранные обои у двери и лужица в углу, уже частично подсохшая. Обозрев чудовищный пейзаж, я тяжко вздохнул. Любитель животных, блин. Ты хоть в курсе что собак надо еще и воспитывать? Меньше всего на фоне своего самочувствия я хотел сейчас заниматься уборкой.
По размеру квартира больше напоминала капсулу для выживания. Микрокухня: двухкомфорочная плита, мини-холодильник, на полке — кастрюля с ржавым дном и сковородка, похожая на выжженный метеоритный кратер. Санузел с кафелем цвета «советский салатовый», душ с занавеской в уточках.
На полу в комнате — погрызенный резиновый утенок. В углу комнаты заметил зону пса: лежанка из старого свитера, рядом миска с надписью «Съешь меня».
На тумбочке у входа валялся пропуск. Я взял его в руки и прочитал надпись: «Корпорация „Vallen“. Курьер. Доступ первого уровня. Зона склада — сектор В». Что-то я раньше не слышал про такую корпорацию. Валлен, хм. Ну окей, Валлен, будем тебя покорять. Валлен — окей? Буду называть тебя Валенок, так как-то уютнее что ли, по-домашнему.
М-да, карьера у паренька на подъеме, в очередной раз задался вопросом — откуда мой парнишка нашел денег на приобретение и содержание собаки? Обе почки на месте, это я уже проверил.
Но я даже примерно не представляю, когда ел последний раз. Открыв холодильник, увидел, что внутри только бутылка дешёвого кетчупа неестественного цвета и яйцо сомнительной свежести. Не густо. Открыв второй шкафчик, я нашел пачку иноземного «Доширака», лук и засохшее масло.
Зато псинка меня удивила. Села перед тумбочкой и начала издавать звуки: смесь храпа, чиха и песни кита, пока я не открыл и не узрел содержимое: внутри оказалась пачка премиального собачьего корма с лососем.
— Ты тут шикуешь, а я лапшу жрать буду? — ухмыльнулся я и поставил сковородку на плиту.
Пока Момо ела свой корм, я решил разобраться с плитой. Ржавая кастрюля, доставшаяся в наследство, напоминала артефакт из фильма про пост-апокалипсис.
— Ладно, герои не боятся вызовов, — бодро сказал я, разбивая на сковороду единственное яйцо. Через пять минут кухня напоминала лабораторию безумного ученого: яйцо пригорело, хлеб задымился, а из холодильника выпал дешёвый кетчуп, навсегда окрасив едким красителем пол в цвет стыда.
— Знаешь, Момо, — вздохнул я, — в прошлой жизни у меня был повар. А теперь есть ты. И мы оба не умеем готовить.
Собака проигнорировала меня, ну либо хруст за ушами не дал ей меня расслышать.
Сковородка продолжала дымить, сильно запахло горелым, я снял её с плиты и бросил в раковину. Видимо прежний владелец этого тела не отличался ни кулинарным мастерством, ни элементарным порядком в доме, раковина тоже была чудовищно грязной.
  
Чайник уже вскипел, я залил лапшу кипятком и прикрыл тарелкой. Буду долго смеяться, что это не второй шанс мне выпал, а сверхзадача из телешоу — выжить в чужой стране в чужом теле, убраться в доме у этого субъекта. А ещё надо сходить в магазин, и пса выгулять.
Но в этой стране погулять с собачкой не так просто, пришлось перевернуть мою скудную мебель в поисках шлейки с поводком, намордника и пакетов под (ну вы поняли). А парень действительно хорошо подготовился, всё в итоге нашлось прямо за кормом — видимо эта тумбочка принадлежала моей брылястой подруге. Стоп — а как тебя зовут, родная? На ошейнике виднелась бирка с выбитым именем и адресом. Итак, кто же ты у нас? Момо. Это, если я не ошибаюсь, в переводе означает персик. Ну, в общем и целом, есть некое сходство.