Мама для Одуванчика (СИ)

— Да о чем? Варя, о чем я соврал?! — спрашиваю, ожидая ответа, хотя сам уже и так начинаю догадываться. И это она, кажется, видит по моему взгляду.
— Сам же знаешь… о чем, — опять всхлип. — Зачем ты мне соврал? Знаешь, как… мерзко было такое услышать?!
— Кто? — рычу, упирая руки в бока. — Кто из добродетелей ляпнул?!
— Ник.
— Пакостник. Дитя великовозрастное! — рычу сквозь зубы, ероша волосы рукой, злясь на брата так, как никогда. — Как был глупым пацаном, так им и остался. И он за свой длинный язык еще получит!
— Да вот нет, спасибо ему, что проболтался! А то так и сидела бы, как дура, веря в наивные сказки. Ты женат, Романовский! Женат! — вскрикивает Варя и тут же прикусывает губу, бросая взгляд на дверь. — Но знаешь, что самое обидное? — продолжает шепотом, зло выдыхая, — даже не то, что ты все еще не развелся, а то, что мне об этом не сказал, — морщится Варя.
— Я клянусь тебе, что решу этот вопрос как можно быстрее. Руки не доходили, Варь, времени не было, поэтому и стоял этот дурацкий штамп. Карине было это не нужно, да и я махнул на все рукой. Правда. Я не знал, не ожидал, не думал, что… — поджимаю губы, а слова признания так и крутятся на языке. Но не так, черт побери, не так я представлял себе этот разговор.
— Что “что”, Влад? — слышу обиженное и вижу, как сжимаются миниатюрные ладошки в кулаки. — Что замаячит на горизонте неплохой вариант?
— Что влюблюсь, Варя! Люблю, слышишь?! — говорю и в два широких шага преодолеваю расстояние между нами, обхватываю ладонями красное от злости личико любимой, целуя в уголок губ. — Люблю, Варь. Дурак! Правда дурак. Я собирался тебе рассказать, — утыкаюсь лбом в ее лоб и закрываю глаза, млея от ее близости. — Но трусил, как мальчишка.
— Лучше бы я это услышала от тебя. Ты понимаешь, как гадко я себя чувствовала после того, что Никита сказал? — цепляется пальчиками за мою рубашку девушка. — Ощущение было, будто я живу с чужим мужем, Романовский.
— Это не так. Поверь. Эта печать уже ничего для меня не значит, да и для Карины тоже. Между нами нет ничего уже три года. У нее своя жизнь, а у меня своя, — обхватываю ладонью за затылок, заставляя Варю посмотреть мне в глаза. — Я люблю тебя, Варь. Как пацан, влюбился и уже без тебя не могу и не смогу. Обещаю, что все решу, и мы поженимся. В ближайшее время. Веришь?
Она молчит долгие пару секунд. Смотрит своими невероятными глазами и ничего не говорит, а у меня сердце готово пробить грудную клетку. Так несется в ожидании ответа.
— Верю, — слышу наконец-то тихое и чувствую, как обвивает меня руками за шею, притягивая к себе и обнимая. — Я тоже тебя люблю, Влад, — трогает улыбка ее сладкие губы, а я готов скакать от счастья, как ненормальный. Пульс зашкаливает, а кровь в венах кипит. По телу в натуральную пробегают те самые мурашки, о которых все так любят говорить. И кто бы знал, что простые слова могут так задевать.
— Дурак я у тебя, Варвара, — улыбаюсь.
— Бывает иногда, — смеется тихонько девушка, будоража все внутри еще больше.
— Люблю.
— И я. Просто… давай договоримся больше не обманывать друг друга. Я ведь эту неделю как в аду прожила. Постоянно думаешь, и думаешь, и думаешь, и… — вздыхает, грустно улыбаясь, Варя, — и так хотелось позвонить и голос твой услышать.
— Почему не звонила? Почему не сказала все сразу?
— Потому что боялась просто позорно разреветься, а у тебя работа ответственная. Тебе нельзя волноваться. И… в общем, не до моих глупостей тебе было.
— Я для тебя доступен в любое время. Только не закрывайся от меня и не молчи! Поняла, Варь?
— Угу…
Ужасная ситуация. Сам виноват. Дотянул. Но какое счастье, что Варя девушкой оказалась разумной, и какое счастье, что эту неделю она была с Аськой. Ребенок в этом случае стал для нее стоп-краном. А так точно, глупая, сбежала бы. Тогда бы я просто двинулся, если бы приехал домой и не застал единственного желанного человека в этом мире. Исключая дочь, которая, на наше счастье крепко спит, и поэтому…
— Влад, что ты… — смеется Варя тихонько, когда подхватываю ее стройные ножки и усаживаю на бедра, унося прочь из кухни.
 
— Я ужасно соскучился! — целую в шею и захлопываю за нами дверь в спальню, проворачивая ключ в замке.
— Сумасшедший! — вздыхает Варя, путаясь пальчиками в моих волосах, и первая тянется к губам, срывая поцелуй. Жадный, смелый, долгий поцелуй. — Мне утром на работу… — пытается слабенько протестовать с улыбкой на губах, когда укладываю ее на кровать, покрывая любимое личико поцелуями.
— Это проблема, — ухмыляюсь и тянусь к краю ее кофточки, скидывая. Самого уже буквально разрывает от желания ощутить ее всю, везде. Мою и только мою.
— Но я обещаю, что к работе ты будешь свободна… — накрываю ее смеющиеся губы своими, стремясь надышаться ею, запомнить этот запах, запомнить, как приятно ощущается ее кожа на ладонях и как горит все внутри от одного только легкого движения ее рук, которые нащупывают ремень на моих брюках, расстегивая. Завтра, а верней, уже сегодня, снова будет утро и снова придется расстаться. И чтобы пережить еще несколько часов без нее, мне нужна моя доза…
  
Глава 49. Варя
 
Ладно, я дурочка. Накрутила себя. И по излюбленному женскому принципу: сама придумала — сама обиделась — целую неделю съедала себя.
И надо же, чуть не совершила такую ужасную глупость. Чуть не ушла. Даже представить уже страшно, что будет со мной, если мы с Владом расстанемся. Всего за какой-то месяц они с Асей так прочно поселились в моем сердце, что без них не уверена, что смогу прожить хоть день.
Я люблю тебя. Наверное, это те самые слова, которые я ждала от Романовского с замиранием сердца. Зная, изучив его характер за то время, что мы вместе, поняла, что он не из тех мужчин, которые будут раскидываться словами просто так. И от этого душа замирает, а глупая улыбка сама собой расцветает на губах.
— Варь… — неожиданно вырывает из мыслей голос Аси, и я поднимаю на нее взгляд, тут же покрываясь румянцем. — То есть Варвара Дмитриевна, вы едете… — кивает головой Ася, поджимая губки. — Там это…
Откладываю зажатый в руках телефон, который держала в ожидании СМС от мамы, и окидываю почти пустой класс взглядом.
— Эм… нет, Ась, — улыбаюсь, понижая голос до шепота, — я приеду чуть позже.
— Точно? — щурятся серые глазки.
— Точно. У меня пара дел в городе, и папе я написала твоему.
— Ну-у-у, ладно тогда, — беззаботно пожимает плечами малышка, удобней перехватывая лямку рюкзачка. — Я пошла.
— Пока, — улыбаюсь и, тоже долго не задерживаясь, провожаю оставшихся учеников и спешу на автобус. Быстро перебирая ногам, чтобы не встретиться в дверях с директором, вопрос с предложением которого до сих пор открыт.
Кстати, нужно все-таки начинать на досуге искать другие школы. Говорить Романовскому о "подкате" Игоря Владимировича не хочу. Боюсь, тогда его гнев никто не остановит, а остаться в школе и при этом "динамить" Игоря у меня не получится. Сказано прямо. Так что… как бы все радужно не было, даже Ксюша присмирела, но выбор у меня небольшой.
Однако не сегодня. Потому что есть другие дела. На повестке дня приезд матери с отцом "в гости". Когда они накануне позвонили, я даже подумала, что ослышалась. Чтобы они снизошли до посещения моей скромной съемной квартирки у черта на рогах? Ха! Но утреннее СМС говорило о том, что настроены они серьезно на то, чтобы повидаться. Поэтому… Влад с Асей едут домой, а я к себе…
Заскакивая в автобус, вижу провожающего меня взглядом Влада, который еще какое-то время едет за моей маршруткой, что не может не вызвать детскую горделивую улыбку, а потом мобильный оживает входящим:
 
— Я все еще считаю, что нам с твоими родителями пора познакомиться, — сотый, наверное, раз за этот день уверяет Романовский.
— Нет, — твердо стою на своем. — Рано.
— Я уже с одним "рано" дотянул, Варь.