Пробуждение (СИ)

Именной указатель к главе 4 второй части
Составлен по1. «Декабристы. Биографический справочник». Издание подготовлено С.В. Мироненко, под ред. М.В. Нечкиной. М., «Наука» ,1988 г.2. А. А. Илюшин «Русские писатели». Биобиблиографический словарь. Том 1. А-Л. Под редакцией П. А. Николаева. М., «Просвещение», 1990 г.Иван Васильевич Прокофьев (ум. 1845) ― русский купец, первенствующий директор Российско-американской компании (РАК) в 1827―1844 годах. Коммерции советник. С 1824 г.
Миниатюра неизвестного художника. 1 пол. ХiХ в. (После 1826 г.). Акварель, гуашь, кость
Кондратий Фёдорович Рылеев (18.09.1795 – 13.07. 1826) (по рекомендации Н.С. Мордвинова) – правитель канцелярии российско-американской компании, входит в состав ее акционеров, литератор, отставной подпоручик, член Северного Общества с 1823 года. Один из самых активных членов организации, с 1824 года взял на себя руководство Северным Обществом, его квартира накануне восстания стала штабом. Арестован ночью 14.12.1825, помещён в Алексеевский равелин Петропавловской крепости. Осуждён вне разрядов, приговорён к повешению, приговор приведён в исполнение.
Гравюра Георгия Ивановича Грачёва с оригинальной акварели, подаренной редактору "Русской старины" М.И. Семевскому - братом Марлинского, Михаилом Александровичем Бестужевым (декабристом) в 1869 году.
Александр Александрович Бестужев (литературный псевдоним Марлинский) (23.10.1797-7.06.1837). Штабс-капитан л.- гв. Драгунского полка. Прозаик, критик, поэт. Вместе с К.Ф. Рылеевым издавал альманах «Полярная звезда».Член СО с 1824 года, активный участник восстания на Сенатской площади. В ночь на 15 декабря 1825 года явился с повинной в Зимний дворец, отправлен в Алексеевский равелин петропавловской крепости. Был закован в кандалы из-за подозрения в убийстве штыком графа Милорадовича. Осуждён по 1 разряду на 20 лет каторжных работ. Срок сокращён до 15 лет. По особому высочайшему повелению обращён прямо на поселение в Якутск. Из столицы выехал 6 октября 1827 года. 13 апреля1829 года высочайше повелено определить рядовым в действующий Кавказский корпус, в середине августа 1829 года зачислен в41 егерский полк. Потом были переводы в другие полки. За отличие произведён в прапорщики Черноморского 5 батальона, потом – в Черноморский 10 линейный батальон. Погиб в стычке с горцами.
Николай Александрович Бестужев (брат Марлинского) (13.041791- 15.05.1855), капитан-лейтенант 8 флотского экипажа. Прозаик, критик, сотрудничал во многих журналах. С 1824 года состоял в Северном Обществе. Написал проект «Манифеста к русскому народу», активный участник восстания. Арестован 16 декабря 1825 года. В «ручных железах» помещён в Алексеевский равелин Петропавловкой крепости. Осуждён по 2 разряду в каторжную работу вечно. Каторга была сокращена до 15 лет, потом до 13. И по истечении срока обращён на поселение в город Селенгинск Иркутской губернии. Там и умер, похоронен там же. Гражданским браком был женат на бурятке Сабилаевой.Его сын Алексей (1838 – 1900) стал крупным Сибирским купцом и промышленником, выполнял дипломатические поручения. В месте со своей сестрой Екатериной Алексей воспитывался в доме купца Д. Д. Старцева и носили его фамилию. Екатерина (в замужестве Гомбоева) умерла в Харбине в возрасте 90 лет в 1930 году.
Портрет работы Джорджа Доу, Военная галерея Зимнего дворца, Эрмитаж.
Михаи́л Андре́евич Милора́дович (1771—1825) — граф русский генерал от инфантерии (1809), один из предводителей русской армии во время Отечественной войны 1812 года, Санкт-Петербургский военный генерал-губернатор и член Государственного совета с 1818 года. 14 декабря 1825 года прибыл на Сенатскую площадь убеждать присягнувшие Константину мятежные войска образумиться и дать присягу Николаю. Счастливо избежавший ранений в более чем пятидесяти сражениях, граф получил в тот день две раны от заговорщиков: пулевую от Петра Каховского (выстрелом в спину или слева) и штыковую от князя Евгения Оболенского. Пулевое ранение оказалось смертельным. Погребён 21 декабря 1825 года в Духовской церкви Александро-Невской Лавры, в 1937 году его прах и надгробие перенесены в Благовещенскую усыпальницу Санкт-Петербурга.
 
С.П.Трубецкой. Акварель Николая Александровича Бестужева.
Сергей Петрович Трубецкой (29.08.1740 – 22.11.1860) – князь, полковник, один из руководителей Северного Общества, один из авторов «Манифеста к русскому народу». В момент подготовки к восстанию был назначен диктатором, но на площадь не явился. Участия в восстании не принял. Арестован в ночь на 15.12. 1825, отправлен в Алексеевский равелин. Осуждён по 1 разряду. 10.071826 года приговорён к вечным каторжным работам. В кандалах отправлен в Сибирь. Срок каторги сокращён до 20 лет 22.08.126 года. 26.08.1856 по амнистии восстановлен в правах дворянства, но без титула, выехал в европейскую часть России, сначала – в Киев, где жила его дочь, потом жил в Москве, где и умер от апоплексического удара, похоронен в Новодевичьем монастыре.
А. Э. Мюнстер портрет барона В.И.Штейнгеля.
Влади́мир Ива́нович Ште́йнгель (13.04. 1783 – 20.09.1862) – полковник в отставке, член Северного Общества, один из авторов «Манифеста к Русскому народу» и автор «Приказа к войскам». В день восстания несколько раз появлялся на площади. Арестован в Москве 2.01.826 года. Доставлен в Никольскую куртину Петропавловской крепости. Осуждён по 3 разряду на 20 лет каторги,отправлен в Свартгольмскую крепость, потом срок сокращён до 15 лет и 17.06.1827 года отправлен в Сибирь. По указу 14.12.1835 обращён на поселение в деревню Елань Иркутской губернии. Умер в Петербурге, похоронен на Охтенском кладбище.Из-за отсутствия острога в Нерчинске отправить сразу всех декабристов в Сибирь на почтовых тройках не представлялось возможным. Но «государственные преступники» об этом, естественно, не догадывались. «Я поражен удивлением, когда вместо Сибири отвезли в Финляндию и засадили в крепость Свартгольм», – позже признавался барон Владимир Штейнгель.
Свартгольмская крепость
располагалась в пяти верстах от современного финского города Ловииса. Сюда же летом 1826 года фельдъегери и жандармы доставили Гавриила Батенькова, Владимира Бесчаснова, Ивана Повало-Швейковского и других участников декабристского восстания.В том, что их поселят в Сибири, декабристы в тот момент не сомневались – поэтому считали Финляндию местом временного пребывания. После Петропавловской крепости дорога в Финляндию казалась бывшим заговорщикам приятной прогулкой: ни затворов, ни стен. Но выросшая как будто из воды круглая башня форта Слава вселила в их сердца печаль и тревогу. Предчувствие не обмануло. «Нас разместили поодиночке в казематы и заперли на замок, – вспоминал позже Якушкин. – В каждом каземате, с русской печью, было два окошка… По стене стояла кровать с соломой, стол и несколько стульев… в моем новом жилье было темно и сыро».Из-за сырости в комнате не прекращалась капель, своим стуком напоминавшая тиканье часов. Перед окнами – щиты из свежеструганных досок. Никто не должен был видеть заговорщика, и ему также возбранялось общаться с кем бы то ни было. Даже гулять первое время выводили только поодиночке. Еще менее приветливо встретила декабристов стража Свартгольмской крепости. «…Меня ввели в 1-ый номер секретного дома; это был низкий каземат, 8 шагов длины и 6 ширины, с двумя железными дверями и маленьким окошком с железною решеткою. “Это ваше место”, – проговорил черство офицер-смотритель и с шумом запер двери запорами и ключом».Даже по прошествии десятилетий Штейнгель вспоминал, что «это была самая ужасная минута во всей жизни. Мне вообразилось, что тут мне определено умереть». Узник упал на колени перед окошечком и стал истово молиться на свет. Почувствовав некоторое облегчение, барон встал. В ту же минуту загремел засов и вошел смотритель. Извинившись за то, что ничего не приготовлено, он пообещал все принести и добавил, что арестанта «велено пристойно содержать». В понятие пристойного содержания крепостное начальство и узники вкладывали разный смысл. Первые восемь месяцев декабристы не ощущали почти никакой разницы с казематами Петропавловки – были запрещены прогулки, не выпускали в баню.При обращении к заключенным иначе как «каторжными» их не называли. Как это было не похоже на условия содержания Ивана Анненкова, который находился в Выборгской тюрьме еще во время следствия над декабристами! Он постоянно общался с комендантом и офицерами стражи, посещал их пирушки. Жительницы города присылали ему «выборгские крендели и разную провизию, даже носки своей работы». Вообще, по его словам, «сидеть было довольно сносно». После суда ситуация изменилась. Коменданты и крепостная стража выполняли данные им инструкции, хотя и от местного начальства тоже кое-что зависело. Осенью 1826 года в Свеаборгскую крепость, что недалеко от Хельсинки, были доставлены семь декабристов. Их заключили в специально приготовленные казематы на острове Лонгерн. Одному из узников, Михаилу Лунину, досталось помещение, крыша над которым прохудилась настолько, что в дождливую погоду вода протекала сквозь потолок.Обитатели Свартгольмской крепости двинулись в путь (в Сибирь) летом 1827 года. Увозили обычно мелкими партиями – по три человека в кандалах, в сопровождении фельдъегерей и жандармов. При словах «заковать в железа» комендант крепости подполковник Карл Бракель, зачитывавший приказ, зарыдал, и узникам пришлось его утешать. Необычная картина – дворяне в кандалах – вызвала потрясение и у начальника Роченсальмской крепости Кульмана.Со слезами на глазах читал он осенью того же года высочайшее повеление: заковать в железа и отправить в Сибирь декабристов, содержавшихся в форту Слава. К концу 1827 года большую часть офицеров-декабристов вывезли из Финляндии. Последними пределы Великого княжества покинули Михаил Митьков, Петр Громнитский, Иван Киреев и Михаил Лунин. Путь их тоже лежал в Сибирь.