Самозванка (ЛП)

— Ты для нее угроза, — сообщила мне другая дама, когда я наполнила свой хрустальный бокал цитрусовой водой. — Ты быстрее.
Подняв брови, я попыталась вспомнить ее имя. Хейзел… Кажется.
— С чего ты это взяла?
— Потому что Грейслен закончила раньше тебя, так что у нас было хорошее представление о том, сколько времени тебе потребовалось на это. — Леди Хейзел, я была почти уверена, что так ее зовут, улыбнулась мне, и я поймала себя на том, что улыбаюсь в ответ.
Агата бочком подошла к нам и налила себе стакан воды.
— Не говоря уже о том, что ты явная фаворитка среди принцев.
— А? — Выпалила я. — Почему?
Обе девушки посмотрели на меня как на сумасшедшую.
— Серьезно? — Спросила Агата. — Сколько раз на этой неделе они сидели рядом с тобой за ужином? Кроме того, они, кажется, изо всех сил стараются завязать разговор, даже когда тебе это явно неинтересно.
— А потом был тот поцелуй на танцах, — добавила Хейзел с дразнящей улыбкой. — Ты же не думаешь, что это ускользнуло от чьего-либо внимания, не так ли?
От этого напоминания у меня внутри все перевернулось, и я словно снова почувствовала сильную, уверенную хватку принца Александра.
— Дамы, пожалуйста, соберитесь вокруг, — позвала леди Саванна, входя в комнату и резко хлопая в ладоши. — Вы завершили первое Испытание. Поздравляю. Сегодня вечером в вашу честь состоится бал, на котором будет объявлена победительница недели. Пожалуйста, потратьте остаток дня на то, чтобы отдохнуть и подготовиться. Сегодня вечером здесь будет много важных людей, так что сохраняйте остроту чувств и безупречный этикет.
Она резко повернулась, чтобы выйти из комнаты, не отвечая на наши вопросы, но бледность ее лица и дрожь в руках свидетельствовали о том, что она была так же ошеломлена восемью смертями, как и мы.
Направляясь в большой зал в тот вечер, я обнаружила, что борюсь с сильным приступом нервозности в ожидании того, что должно было произойти. Я не была такой уж тупицей, какой пыталась казаться, я прекрасно знала, что у меня были хорошие шансы стать победительницей первого Испытания. Но если бы это было так… что бы я сделала?
Независимо от того, как леди Саванна хотела это сформулировать, так называемым призом была возможность раздвинуть ноги для какого-нибудь королевского члена. Как я уже сказала, я не была тупицей, я знала, что этого следовало ожидать. Итак, могла ли я действительно пройти через это? Особенно зная, что мое сердце лежит в другом месте… в нескольких других местах, если я хочу быть до конца честной.
Не то чтобы это было реалистично или, по-настоящему, очень умно общаться с моими сексуальными учителями. Иллюзия убийства Тая и вся мучительная скорбь, которая сопровождала это, доказали это раз и навсегда.
Возможно, это пошло бы мне на пользу. Если и был какой-то верный способ покончить с наставниками, то у меня было чувство, что я позволю принцу залезть мне под юбку. Так почему же я чувствовала себя такой мерзавкой, от того что даже подумала об этом?
— Смирись, Калла, — пробормотала я себе под нос, разглаживая руками тонкую ткань своего платья. Я перестала называть себя Райбет. Это было имя, данное мне мастером Кровавым Глазом, и он забрал его обратно. Калла, Луна, Ло… Теперь это были исключительно мои имена, несмотря на то, что я все еще была самозванкой.
Джулс все еще нигде не было видно, когда я вернулась в свою комнату, но вместо нее была другая горничная, которая помогла мне одеться для бала. На самом деле, она справилась с работой лучше, чем Джулиана за всю неделю. Мое платье было элегантным, сапфирово-голубого цвета, с пышной юбкой и коротким шлейфом. Она аккуратно заколола мои длинные локоны сзади, оставив более короткие пряди распущенными вокруг моего лица, чтобы создать эффект, что я только что отрезала добрый фут или около того от длины. Что касается маски, то в настоящее время я носила едва заметный кусочек металлической филиграни, заткнутый за волосы. Я бы надела ее до того, как меня объявят, но вся эта традиция масок вызывала у меня ужасную клаустрофобию, поэтому я откладывала это как можно дольше.
 
— Ты можешь поверить, что сегодня погибли восемь леди? — Пробормотала Агата, пристраиваясь рядом со мной в своем воздушном бальном платье. Оно было девчачьего розового оттенка и украшено маленькими тканевыми бабочками, но почему-то ей шло. — При таком раскладе не останется никого, кто мог бы выиграть.
Я что-то проворчала в знак согласия.
— У тебя есть какие-нибудь идеи, каким будет второе испытание?
Она склонила голову набок, как будто говорила и «да», и «нет» одновременно. — Вроде того, — в конце концов призналась она. — Или, скорее, я знаю, что это было бы во времена королевы Офелии. Эти испытания кажутся намного более серьезными… хотя и буквальными.
— Скорее, кровожадными. — Мой желудок снова сжался и скрутился. Возможно, я все еще испытывала какие-то болезненные последствия своего отравления. — Итак, что же тогда это должно быть?
Агата втянула в себя воздух и огляделась вокруг, вероятно, убеждаясь, что ее знания больше никому не принесут пользы.
— Традиционно вторым Испытанием было своего рода задание, обычно по поиску магического артефакта. Победительница второго Испытания будет названа Королевской Охотницей и удостоена почетного места в королевском доме, независимо от того, кто выиграет последнее испытание.
— Хм, — вздохнула я. — Ну, на этот раз я не думаю, что это произойдет. — Агата согласно покачала головой. — Итак, задание?
— Традиционно. — Она кивнула. — Если мы покинем дворец, как ты думаешь, принцы присоединятся к нам?
Искоса взглянув на нее, я усмехнулась.
— Принцы? Или один конкретный?
Не нужно было быть гением, чтобы понять, что Агата была по уши влюблена в принца Луи. Всякий раз, когда он оказывался на расстоянии вытянутой руки, она становилась почти цвета алоягодного рома, и я не была до конца уверена, набралась ли она смелости заговорить с ним.
— Может быть, ты могла бы пригласить его на танец сегодня вечером, — предложила я, приподняв брови и улыбнувшись смущенному румянцу, выступившему на ее щеках. — Как бы то ни было, он кажется наименее отвратительным из них троих.
Агата закатила глаза и понизила голос, когда мы подошли ближе к тому месту, где остальные участницы ждали снаружи большого зала.
— Я думаю, это спектакль, — прошептала она. — Я думаю, они не так плохи, как кажутся.
Я слабо улыбнулась ей и вздохнула.
— Возможно.
Это было лучшее, что я могла предложить. Если бы она сказала мне это хотя бы три дня назад, я бы рассмеялась ей в лицо за то, что она такая легковерная. Но теперь я не была так уверена, что она ошибалась.
— Хорошо, что вы все здесь, — рявкнул элегантно одетый мужчина, и я узнала в нем Гарри, того кто огласил нас в первый день, когда нас всех представили и осмотрели. — Я объявлю каждую из вас, одну за другой. Порядок, в котором вас объявляют, соответствует порядку, в котором вы заняли места на испытаниях этой недели, начиная с самого низкого балла и заканчивая самым высоким. Понятно? Отлично, давайте начнем. — Он едва взглянул на нас, не говоря уже о том, чтобы дождаться ответа, когда открыл дверь и зашел внутрь, чтобы подать голос. — Леди Хейзел из Редбарка.
— Черт, — простонала Хейзел, затем поправила маску и расправила плечи, чтобы ступить на бал с таким утонченным достоинством, которое, я знала, я никогда не смогу подделать.
Одно за другим были названы имена, и дамы вошли на бал в нашу честь. Удивительно, но Грейслен была объявлена раньше Агаты, и я разделила с ней легкую победную улыбку.
Однако вскоре остались только я… и Саген.
— Поздравляю с таким высоким результатом, — сказала я ей с вежливой улыбкой, когда последняя леди покинула нас, чтобы совершить свое драматическое появление.
— Заткнись, Каллалуна, — усмехнулась она мне в ответ, выплевывая мое имя, как ругательство. — Сам факт, что ты даже думаешь, что ты в моей лиге, звучит нелепо. Я принцесса, ради Зрина. Ты никто, и ты умрешь никем.